Глэйд вечный, Глэйд бесконечный - Джеймс Дашнер

class="p1">– Перестаньте! – покачала головой Александра, прикрывая свою татуировку рукавом мантии. – Многие люди делают татуировки на память о чем-то. И не только на своем теле, но и на теле других людей.

Она кивнула головой в сторону виднеющейся среди деревьев тропинки.

– Ну что, пойдем в теплое место?

Доминик посмотрел на Минхо и сказал:

– Было бы неплохо. А то замерзнем насмерть.

Но Минхо не мог упустить такой шанс.

– Пойдем, но чуть попозже, – произнес он и, обращаясь к Александре, заявил:

– Символ на вашей руке идентичен символу Остатков Нации. А это значит, что вы не Богиня, а, допустим, Несущая Скорбь. Может быть, вы вообще принадлежите другой нации. Ясно одно – вы не являетесь Богиней Аляски.

Все в группе как один издали стон разочарования. Да, он решил использовать свой шанс не вовремя.

– Может быть, мы продолжим этот спор, когда войдем в тепло? Я замерзла.

И Садина принялась дрожать, показывая, насколько ей холодно.

Минхо пожал плечами и обратился к оранжеволосой девушке:

– Оранж?

Ему нужна была ее поддержка, но она только покачала головой, демонстрируя сожаление.

Минхо всем сердцем хотел бы забыть все, что связывало его с Остатками Нации, как, вероятно, и Оранж, но сделать этого он был не в силах, и помнил – на уровне какого-то глубокого внутреннего чувства – запах коридора, ведущего в Ад. Запах черной плесени и канализации. Запах страданий и смерти.

– Разве ты не помнишь этот символ? – спросил он Оранж. – На стенах. Он обозначал направление.

Лицо Оранж ничего не выразило.

– Один был на стене перед комнатой, где давали еду, – не унимался Минхо. – Не помнишь? Иногда после дежурства я изо всех сил бил по нему кулаком, а вы со Скелетом надо мной смеялись.

Оранж глубоко вздохнула и криво усмехнулась:

– Помню. Именно поэтому тебя и называли Счастливчиком.

– Похоже на правду, – сказал Доминик.

– Подожди! – сказала Оранж, остановившись. – А ты уверен, что это тот же самый знак?

Остальные тем временем, ведомые Александрой, уже ушли вперед.

– Абсолютно уверен, – ответил Минхо. Как бы ему хотелось, как и тогда, врезать кулаком по этому знаку, но уже на руке Александры!

Садина, идущая позади группы, спросила:

– Каким образом Божество Аляски может иметь какое-то отношение к Остаткам Нации?

Но Александра, которая либо не слышала вопроса, либо не захотела на него ответить, продолжала идти по тропе сквозь деревья.

Минхо догнал ее, остальные присоединились.

И он поделился своими соображениями, добившись того, чтобы все, включая Александру, слышали его слова.

– Она не Бог и не Богиня, и, вообще, она не имеет никакого отношения к Божеству Аляски. Она – рожденная в ничтожестве Сирота, которая, прежде чем попасть на Аляску, сбежала из крепости Остатков Нации, когда Несущие Скорбь, отправляя ее в сорокадневное странствие, сбросили со скалы.

Александра, рассмеявшись, упорно продолжала двигаться вперед.

Никто не сказал ни единого слова.

Глава 13. Остатки Нации

1. Айзек

Берг взревел двигателями, после чего, раскачиваясь и поскрипывая, взмыл в небо. Вскоре он выровнялся и полетел более уверенно. Внутренние помещения берга оказались вполне уютными – гораздо уютнее, чем те, в которых их везли с наручниками на руках (тот металлический зверь, в конце концов, разбился). Айзек и Джеки осматривали кабину, в то время как Сиан и Эррос вели берг.

– Похоже на мою юрту на острове, – сказал Айзек.

– Да, такой же бардак, как и у тебя, – усмехнулась Джеки, показав на сваленные в кучу шкуры животных и оружие в углу.

– Это нормально. Здесь же люди живут! – парировал Айзек.

– А ты им доверяешь? – спросила Джеки. – Мне все еще кажется, что они нам не все сказали.

Айзек уже не знал, кому можно верить, а кому нельзя.

– Я верю ей, – сказал он наконец, взглянув через плечо на сидящих у окна Фрайпана и Химену.

– Но эти люди…

Джеки стала говорить еще тише:

– Мы ничего не знаем о них, кроме того, что они рассказали сами. Они могут быть людьми какого-нибудь другого Божества. Могут быть с Марса. А, может, они, вообще, преступники!

Слово Божество Джеки произнесла так, словно осторожно пережевывала кусок рыбы с острыми костями.

Айзек покачал головой. Он видел гибель собственной семьи, его похищали, он убивал шизов, стоял в нескольких дюймах от гривера, и теперь он просто хотел воссоединиться с друзьями и отправиться домой. Покопавшись в памяти, он поискал факты, наверняка соответствующие истине.

– Они накормили нас, – сказал он. – Спасли от потрошителя. Они везут нас на Аляску, где мы найдем наших. И это все, что меня сейчас заботит.

Может быть, они ужасные люди и врут по поводу этих частот и последовательностей. Но Айзек просто хотел домой. И на остальное ему было наплевать.

– А что будет с ней? – спросила Джеки, кивнув в сторону Химены. – Лучше было бы, если бы она ушла сама по себе, но, как я понимаю, эти двое собираются… забрать ее с собой после того, как забросят нас на Аляску, так?

Химена была умнее Айзека и наверняка сильнее.

– Думаю, с ней все будет в порядке, – сказал Айзек. Он и представить себе не мог обстоятельств, в которых Химена не смогла бы выжить. – Она на многое способна!

Больше всего Айзеку хотелось верить в истинность всего, что Химена говорила с того самого момента, как они встретились. Она была так уверена в себе, так правдива, что складывалось впечатление: эта девушка вряд ли вообще когда-либо лгала. Но теперь от ее уверенности, казалось, не осталось и следа. Айзек посмотрел на Химену: плечи опустила, голову повесила…

– Ничего себе! – прошептал Айзек.

– Вот и я говорю, – кивнула головой Джеки. – А ты представляешь, что случится, когда Сиан и Эррос высадят нас на землю и обнаружат, что Химена им солгала?

Джеки мотнула головой в сторону лежащей в углу кучи оружия.

– Похоже, это оружие они отняли у других людей, – сказала она, а ее глаза закончили фразу: и эти люди теперь мертвы…

– Скажите на милость, хоть что-то в этом мире может быть простым и ясным? – вздохнул Айзек и неторопливо подошел к Химене.

– Ты действительно знаешь, где находятся Секвенсоры? – спросил он шепотом.

Она не ответила.

И это был ответ.

Фрайпан промолчал. На физиономии Джеки отразилось: А что я тебе говорила?

У Айзека кругом шла голова от того, что он узнал за последние сутки. Клеттер проводила опыты над людьми в деревне, где жила Химена. Химена – последний родившийся там ребенок. Секвенсоров и их семьи спрятали под землей. Появилось слишком много вопросов, на которые требовалось найти ответы.