Риелтор от бога 2 - Сергей Жуков

— Максимус, ты рехнулся⁈ — Леон схватил меня за рукав. — Они нас чуть не убили! Надо бежать!

— Чуть не убили могучих воинов Лискона? — улыбнулся я, снимая его руку. — Дайте мне немного времени. Я скоро вернусь.

— Максимус, куда ты? — крикнул он мне в спину.

Я не ответил, потому что уже шёл по тропе обратно к эльфийской деревне.

* * *

Деревня выглядела так, как будто по ней прошёл ураган. Не физический, а эмоциональный. Везде суета, крики на эльфийском, бегающие фигуры. Эльфы носились между домами, хватали оружие, кричали друг на друга. Матери тащили детей в дальние дома, мужчины строились в отряды и тут же рассыпались, потому что никто не мог договориться, кто командует.

Паника. Настоящая, безудержная паника. И у кого? У эльфов, которые совсем недавно смотрели на нас с ледяным презрением, от этого зрелища было не по себе. Если уж они испугались…

Старейшина стоял, опираясь на посох, и слушал доклады, которые ему выкрикивали подбегающие эльфы. Лицо бледное, губы сжаты.

— Что происходит? — спросил я, подойдя.

Он повернулся ко мне и его глаза расширились:

— Ты всё ещё здесь? Радуйся, духи леса дают вам шанс уйти живыми. Забирай своих людей и убирайся прочь!

— Что происходит? — повторил я свой вопрос.

— Это тебя не касается, человек, — он презрительно хмыкнул и отвернулся.

В этот момент к старейшине подбежал перепуганный молодой эльф с царапинами на лице:

— Старейшина, бобры уже в глубине священного леса! Их дюжина, может больше, и они двигаются очень быстро!

— Это чужаки привели их сюда! — старейшина сказал это громко, явно желая, чтобы слышали все вокруг. — Они осквернили границу и бобры пошли за ними!

— Но бобры двигаются не в нашу сторону, — молодой эльф сглотнул. — Они не идут к деревне.

— Куда тогда? — старейшина повернулся к нему.

Молодой эльф замолчал, посмотрел на старейшину, на окружающих, облизнул пересохшие губы.

— Не вздумай это говорить, — побледнел старейшина.

— Они направляются к Древу леса, — тихо сказал молодой эльф.

Тишина. Короткая, страшная тишина, в которой я услышал, как старейшина перестал дышать и в следующую секунду надменный, властный, уверенный в себе хозяин эльфийского поселения исчез. Передо мной стоял старик: жалкий, напуганный старик, у которого тряслись руки на посохе.

— Мы не можем их остановить, — прошептал молодой эльф, и голос его сломался. — Их шкуры слишком прочные для стрел, а вода, которой атакуют наши маги, их только радует. Мы пробовали, мы пытались…

С каждым словом лицо старейшины бледнело всё сильнее. Эльфы вокруг слушали и я видел, как страх передаётся от одного к другому.

Я стоял рядом и смотрел на старика, который ещё полчаса назад приговорил к казни сотню безоружных людей. Который изгнал четырнадцатилетнюю девочку в лес и сделал её имя ругательством. Который называл людей скверной и держал их в загоне для овец.

Сейчас это был просто напуганный старик, которому не к кому обратиться за помощью и я понял, что вот он — тот самый момент, ради которого я не ушёл, когда мог. Решить проблему с бобрами, вернуть жителям Лискона дом и раз и навсегда зарыть топор вражды с эльфами, которые живут в этом лесу сотни лет.

— Я могу помочь, — сказал я.

Он посмотрел на меня и в его глазах мелькнуло что-то. Нет, вовсе не благодарность и не надежда, скорее недоверие. Как смотрит человек, которому протягивают руку помощи из-за забора, через который он сам минуту назад кидал камни.

— Ты? — сказал он. — Человек? Гномий маг? Ты хочешь помочь нам?

— Не вам, — ответил я. — Всем. И вам, и людям из Лискона, потому что бобры это ваша общая проблема. Вчера они захватили Лискон, сегодня они сгрызут ваше Древо леса, а послезавтра….

Когда я сказал это, вокруг повисла гробовая тишина. Несколько эльфиек упали в обморок лишь от слов о том, что их священное Древо леса могут сгрызть бобры.

— Вы не можете победить бобров в одиночку. И люди не могут, но вместе мы справимся, — продолжил я.

— Вместе с людьми? — старейшина произнёс это так, как будто я предложил ему пообедать с крысами.

— Вместе с людьми, — кивнул я. — И с вашей изгнанницей, которая только что в одиночку уложила троих ваших магов. Вам нужна каждая рука, каждый клинок и каждая капля магии. Или вы предпочитаете гордо стоять и смотреть, как бобры сжирают ваше священное дерево?

Старейшина молчал. Вокруг нас бегали эльфы, кричали, суетились. Барабаны в глубине леса не прекращались.

— Условия? — наконец спросил он, и в этом одном слове я услышал всё, что мне нужно было услышать. Он торговался, а торговаться я умел как никто другой.

— Люди из Лискона свободны, — сказал я. — Никакой казни, никакого загона, никакого унижения. Они возвращаются в свою деревню и живут в мире с вами. Торговля, обмен, добрососедство. Граница остаётся, но перестаёт быть стеной.

— Что ещё? — недовольно спросил он, понимая что у него нет рычагов влияния на меня.

— Ариель, — сказал я. — Её изгнание окончено. Она свободна и может приходить и уходить, когда захочет.

Старейшина стиснул посох так, что костяшки побелели.

— Это слишком много, — процедил он.

— Это цена вашего дерева, — ответил я. — Решайте быстро. Бобры ждать не будут.

Из леса донёсся громкий и протяжный треск. Треск ломающейся древесины.

Старейшина закрыл глаза и тяжело выдохнул:.

— Хорошо, будь по твоему.

— Отлично, — хлопнул я в ладоши. — А теперь слушайте как мы поступим…

Я вернулся к месту, где ждали жители, и остановился перед толпой. Сотня пар глаз настороженно и недоверчиво смотрела на меня.

— Я договорился с эльфами, — сказал я. — Они отпускают нас: никакой казни, никакого плена. Взамен мы поможем им отбить бобров от их священного дерева.

Среди людей повисла короткая тишина, а потом в воздухе взорвался гул голосов.

— Помогаем⁈ — здоровенный мужик в рваной рубахе шагнул вперёд. — Помогаем эльфам⁈ Они два дня держали нас в загоне для овец! Наших детей! Наших жён!

— Они хотели нас убить! — крикнула женщина с ребёнком на руках.

— Да! — Леон встал рядом с ней и ткнул пальцем в мою