По следу из розовой пыльцы - Мария Камардина

Я оборачиваюсь на знакомый голос. Его обладатель придерживает дверь, пропускает своего спутника и снова всовывается в подъезд, выслушать кого-то, оставшегося внутри. Князев с телефоном у уха занят разговором и проходит мимо меня, только смотрит вопросительно. Подъезд у него за спиной, и вышедший на крыльцо Влад успевает и вытаращить глаза на нашу компанию, и придать лицу более нейтральное выражение. Он, как обычно, в светлом – серые джинсы, белая футболка, – а вот вышедший следом Тарас напоминает светофор: рубашка ярко-жёлтая с принтом из пальмовых листьев, шорты зелёные, а кроссовки вообще красные.

– Пробежимся по окрестностям, ладно? – говорит он Владу, закрывая дверь, а потом тоже видит меня и широко улыбается. – О, какие прекрасные леди в наших гребенях! Кать, познакомишь с подружкой?

Саламандра тихонько фыркает. Я очень стараюсь не закатить глаза.

– Адель, это Тарас и Влад, работают у нас в Министерстве. Мальчики, это Адель…

– Мы знакомы, – с мрачной усмешкой говорит Влад. – Это же вы моя будущая, хм, мачеха?

На отца он при этом не смотрит. Я бы и хотела обернуться, но всё ещё держу под руку Адель, а под другой рукой в сумке копошится дракон, который совсем не хочет сидеть спокойно: брыкается, норовит вырваться, а то и рычит. Напряжённости момента не замечает только Тарас, который восхищённо выдаёт:

– А я думал, такие мачехи только в кино бывают! Помнишь, как в том… – Тут Влад пихает его локтем, и он спохватывается: – В смысле… Ничего такого, но фигура у вас – отпад!

Влад откровенно краснеет – похоже, «то» кино не относится к фильмам для семейного просмотра. Я укоризненно кашляю, Адель смеётся, Князев выходит вперёд и встаёт так, чтобы загородить её плечом.

– Кино, – говорит он недобро, – бывает разное. В том числе с трупами. Ты здесь живёшь?

Он указывает на подъезд, и Тарас оборачивается на дверь, словно не только что оттуда вышел.

– Ага, с бабкой. У неё тут кошки пропали, так она мне весь мозг вынесла, вот, идём искать… – Он снова улыбается, потом вдруг становится серьёзным: – О, погодите, вы ж из полиции, да? – Он оглядывается на Влада, тот нехотя кивает. – Насчёт соседки с третьего этажа? А можно с вами поговорить?

Князев оглядывается и кивает обратно на беседку. Тарас начинает говорить прямо на ходу, мол, да, с погибшей был знаком, приятельствовали, нет, не подкатывал, не в его вкусе, но да, время от времени общались, и снова нет, про конфликты ни на работе, ни с подружками не рассказывала…

Влад нехотя тащится рядом со мной и делает вид, что Гошка интересует его больше, чем разговор, но стоит ему протянуть руку к дракону, как тот всерьёз рявкает и скалится. Парень отшатывается, косится на меня обиженно, но почти сразу отворачивается к кустам, а потом тычет идущего впереди Тараса пальцем в спину:

– Глянь, не эту кошку твоя бабка потеряла? Тоже вроде рыжая?

Кустами немедленно интересуются все. Тарас возвращается, приседает на корточки, вытаскивает из поясной сумки горсть сухого корма и пытается подманить зверюшку на «кис-кис». Коту внимание не очень нравится, и он, едва выбравшись из-под прикрытия веток, уворачивается от парней и прижимается к моим ногам. Мне кажется, что он вздрагивает, но тут Гошка начинает рычать громче, а Адель наклоняется и подхватывает кота на руки.

– Это мой, – говорит она, и зверь согласно тычется носом в её щёку. – Из машины выскочил, вот ходили, искали…

– Теперь придётся мыть, – зловещим тоном добавляет Князев. – С шампунем от блох. А лучше яйца отрезать, чтоб не бегал, а то ишь, бабу ему подавай, нашёлся герой-любовник.

Кот издаёт откровенно матерное урчание, а потом ещё мяучит с разной интонацией, словно хочет что-то сказать. Превращаться при незнакомых парнях он не спешит, да ещё на детскую площадку за нашей беседкой явилась компания мам с малышами. Я перевожу взгляд с кота на Тараса и вдруг вспоминаю ещё одного рыжего.

– Слушай, – говорю, – а с Дашиным кавалером ты не знаком? Иваном вроде зовут.

Вопрос явно в точку – Тарас кривит такую рожу, какой удостаивается не всякий посетитель министерского подвала.

– Знаком, – ворчит он с явной неохотой. – Дядька это мой. Ждёт, зараза, когда квартира освободится, надеется на наследство. А шиш ему, он бабке хоть и сын, а как помочь – так хрен! Да я, собственно, про него как раз…

Нелюбовь к родственнику у Тараса крепкая и долгая, и говорить он начинает, ещё не дойдя до беседки, причём местами матом, из-за чего с детской площадки на нас косятся с неудовольствием. Но Адель решает проблему – выпархивает наружу с котом в обнимку, и всё лишнее внимание тут же достаётся рыжему и пушистому. Виктор стоически терпит вопли «кися!» и позволяет карапузам трепать шерсть и гладить уши, потому я решаю, что найденная им информация, если таковая и есть, может немного подождать.

С уходом кота Гошка вроде притих и не пытается сбежать, так что я сосредоточиваюсь на рассказе Тараса. Сам он переехал сюда по просьбе матери – та, занятая двумя младшими детьми, не успевала помогать престарелой тётке. Бабушка с внуком жили душа в душу уже почти год: он ходил за продуктами, провожал старушку в поликлинику, закупал лекарства и возил к ветеринару кошек, за что имел пирожки с борщами и отдельную комнату. И всё было замечательно, пока пару месяцев назад в гости к маме не явился сын.

– Она к нему, конечно, сюси-пуси, Ванечка то, Ванечка сё, – мрачно рассказывает Тарас. – Он у неё один, и родила поздно, любовь невероятная, и пофиг, что скотина, сыночек ведь. И квартира по закону должна ему отойти. Но она написала завещание: половина ему, раз уж сын, половина мне. Так он теперь как ни явится, всё ко мне цепляется – мол, я бабке только ради квартиры и помогаю, как у неё со здоровьем плохо стало, раньше никому не интересно было, она в больнице лежала, я и не вспоминал. Ага, потому что я с младшими уроки делал, пока мать к ней моталась! А этот урод… – Тарас стискивает зубы и отводит взгляд. Потом без выражения добавляет: – Он и с Дашкой мутить начал для того, чтоб повод был почаще являться и поближе быть. Хотел к нам переехать, да бабка не дала, сказала, всего две комнаты, а по хозяйству от меня больше пользы.

– Дарья с ним не ссорилась? – уточняет Князев.

Тарас пожимает одним плечом и слегка понижает голос.

– На людях – нет. Она даже хвасталась подарками, то браслетик, то кулончик, он вообще неплохо зарабатывает, грузовиками, что