Брак через "Нихачу" для мисс попаданки - Марина Сергеевна Орлова

Услышав все, что она пропустила, понимание ситуации Сары стало куда глубже, и она с облегчением подумала, что ошибка ее неразумного сына не была критичной. Ко всему прочему, она была искренне довольно тем, как держалась Марго и противостояла массовой критике.

Проблемы заключалась в том, что ее сын даже не понимал проблемы! Как женщина, которая отчаянно хотела внуков, Саре ничего не оставалось, как призвать все свое терпение на выручку и не опускаться до проверенных и старых методов воспитания ремнем.

– Сын, этот разговор должен был случиться гораздо раньше. Сейчас я очень сожалею о своем недосмотре. Потому на этот раз хочу, чтобы ты навсегда запомнил то, что я тебе скажу, – очень выразительно посмотрела женщина на Феликса, который невольно проникся серьезностью ситуации. – Всегда. Вступайся. За. Свою. Женщину! Всегда! Никому не позволяй ее запугивать, даже своим родным! Раз ты выбрал ее, то должен взять ответственность за ее жизнь. Если кто-то запугивает твою женщину, ты это в том числе, неуважение к тебе самому. Через нее ты позволяешь ругать тебя. Запомнил?

– Но она не выглядела так, словно ей нужно заступничество, – нахмурился Феликс.

– Это неважно! Даже если ей это не требуется, ты должен всегда быть на ее стороне! Какой бы сильной и выносливой ни была женщина, ей всегда будет приятно знать, что рядом есть тот, на кого можно положиться!

– Но отец никогда не вступал в конфликты связанные с тобой. Ты всегда справлялась своими силами, – защищался он из последних сил. И в самом деле, как человек, у которого опыт в отношениях между женщинами и мужчинами был исключительно профессиональный, он мог полагаться на шаблон поведения, в котором рос. Таким примером стали отношения его родителей. Потому он невольно переносил его на свой личный опыт, тем более, что Марго действительно немного походила темпераментом на его мать.

– Да что ты понимаешь, невежественный мальчишка?! – разозлилась женщина еще сильнее, отчего ее лицо даже возмущенно покраснело. – Твой отец всегда меня поддерживал. Всегда! Ты думаешь, я стала бы мириться с человеком, который будет игнорировать страдания жены? – возмутилась она, гордо вскинув подбородок. – Не смей сравнивать своего отца с этими ничтожествами! Это унизительно!

– Но… я никогда не видел, чтобы он вмешивался, – скромно заметил Феликс, удивленный реакцией матери.

– То, что он не делал это показательно, еще не значит, что он оставался в стороне. Знаешь ли ты, сколько твой отец в тайне устранил моих недругов, которые смели меня провоцировать в прошлом? – высокомерно и немного хвастливо фыркнула он и улыбнулась собственным воспоминаниям.

– Кто-то смел тебя провоцировать?

– А ты как думал? Пусть мы с твоим отцом и происходим из знатных и уважаемых семей, наш брак изначально был исключительно по расчёту. Все об этом знали, потому мой статус леди Белтон долгое время подвергалось сомнению. Не счесть, сколько провокаций мне потребовалось пережить, чтобы укрепиться в этом статусе и заткнуть за пояс всех недовольных. Эти зазнайки наивно полагали, что, раз брак всего лишь деловой, то мой муж будет закрывать глаза на то, если мне будут создавать некоторые проблемы. Теперь эти смельчаки даже глаза в моем присутствии поднять не могут! А все почему? Думаешь, я их так запугала? – вздернула она бровь. – Разумеется, нет! Какой бы знатной моя семья не была. Как только я перешла в дом Белтонов, я стала частью их семьи, потому мои родители не могли защитить меня. Я могла полагаться лишь на собственную силу и влияние, которых после замужества было не так много. И на лояльность мужа. Сказать честно, после того, как я была избалована в своей семье, я была шокирована и напугана переменами в моей жизни. А еще чувствовала себя исключительно одинокой в этом браке поначалу, – со вздохом призналась она. Ее голос был очень печальным. – Как и остальные, я полагала, что рассчитывать на поддержку мужа не следует. Из врожденной гордости и ради семьи мне оставалось только стиснуть зубы и сражаться. Но, как бы я не держала удары, которые приходили снова и снова, понимала, что моя супружеская жизнь не будет счастливой. Это будет не жизнь, а непрекращающаяся борьба. И почти смирилась с этим, как поняла, что мои ненавистники внезапно стали исчезать один за другим. вскоре смельчаков, желающих разозлить меня, находилось все меньше и меньше и в свете возникло негласное правило о морей неприкосновенности, ведь все видели, что становится с теми, кто посмеет затеять со мной конфликт.

– Это отец вмешался? – удивился Феликс, который всегда считал, что его мать и отец оба достаточно самодостаточные и влиятельные люди, чтобы решать проблемы самостоятельно и не лезть друг к другу с ненужной помощью.

– Это так, – улыбнулась Сара ласково, вспоминая любимого мужа. – Уже позже я поняла, что за моей спиной твой отец тайно разбирался со всеми моими обидчиками так, что они больше не смели вести себя неподобающе в моем присутствии. В силу сдержанного характера и воспитания он не смел вмешиваться открыто. В то время он так же, как и я чувствовал себя неловко, ошибочно полагая, что я не желаю и не приму его помощи, так как презираю его из-за того, что меня вынудили вступить в этот брак. Потому действовал из-за кулис, тщательно заметая следы. Потому вскоре возникло мнение, что это были мои личные силы, которые устраняли проблемы. Даже после того, как недопонимания между нами с твоим отцом были разрешены, он продолжил поддерживать меня тайно, сказав, что так даже лучше, если все будут думать, что за мной стоит неведомая сила.

Сара замолчала, с ностальгией прищурив глаза, но когда сосредоточила внимание на своем сыне, только вздохнула на его опустошенном выражении лица.

– Сынок, пойми, в мире есть сильные женщины в виду различных причин. И то, что они не нуждаются в помощи – лишь миф, каждая женщина желает быть хотя бы иногда слабой. Есть два типа сильных женщин, те, кому позволяют быть сильной, и те, кому приходится, потому что им не на кого положиться. Как ты думаешь, чья жизнь лучше и счастливее? – выразительно подняла она брови. – особенно, если с женщиной есть мужчина. Если даже с ним ей приходится оставаться сильной, то это – не мужчина, а аксессуар. Так как… –