Ада - Гала Мрок

— Понял. Как только он сделает то, что мне требуется, я ликвидирую его, — понизив голос до шёпота, брат переступает через кровавую лужу. — У него либо крыша съехала на фоне катастрофы, либо эта же катастрофа сняла с него маску — и он почувствовал вседозволенность. В обоих случаях он угроза.

Кайл старается чуть ускорить шаг, кривится от боли, но мы достаточно быстро оказываемся внутри дома.

Нас встречают светлые стены, увешанные семейными портретами. На фотографиях хозяйка дома окружена кучей детей одинакового возраста — судя по всему, она была воспитателем в детском саду. Её улыбка на фото кажется такой теплой… Жаль её. Но помочь мы всё равно не смогли бы. Выступить в защиту означало бы принять удар на себя, а я не планирую отдавать свою жизнь и жизнь Кайла за чужого мне человека — как бы это ни звучало эгоистично и жёстко.

Проходим прихожую. Справа — гостиная с большим диваном. Возле него стоит стеклянный стол, на котором оставлена кружка с чаем. Пар ещё поднимается над напитком, образуя едва заметное облачко.

Крис берёт кружку, делает глоток, прикрыв глаза от явного удовольствия. Он наслаждается моментом — и тем эффектом, который оказывает на окружающих. Этот ублюдок знает, что нужен нам, что от него зависит, будет ли Кайл нормально функционировать или станет калекой. Крис упивается подчинением и чувством страха, витающим в воздухе. Сейчас он будто в экстазе после убийства беззащитной жертвы — триумфально пьёт её напиток, смакует каждую секунду своей власти.

Как же хочется засунуть пушку ему в рот и спустить курок…

«Чем тогда ты отличаешься от него?» — мысленно спрашиваю себя.

«Да ничем», — отвечает внутренний голос. — «Такая же беспринципная тварь».

Хотя отличие всё-таки есть: все мои поступки чем-то обусловлены, в отличие от его. Зачем он лишил жизни безобидную женщину? Чтобы показать нам, кем он является на самом деле. Психологически надавить, дать понять, кто здесь главный и с кем шутки плохи.

На Закари это сработало как нужно. Он стал ещё тише и покорнее, преданно заглядывает в глаза своему хозяину и готов выполнять любой приказ — только бы спасти свою шкуру.

— Зак, проверь, что там наверху. Если обнаружишь кого-то — стреляй, — командует Крис.

Закари коротко кивает и, щелкнув предохранителем, крадётся на второй этаж. Его шаги едва слышны, спина напряжена, а взгляд постоянно мечется по сторонам.

— В чём смысл убивать людей? Они не опасны. У них даже оружия нет, — Кайл стягивает футболку через голову.

Рана раскрывается, зияя дырой в брюшину. Я прикрываю рот ладонью, представляя, насколько ему больно, но он мужественно держится. Только бледность лица и блестящий от испарины лоб выдают его усилия.

— Это балласт. Они будут проситься взять их с собой, а получив отказ, начнут истерить, впадать в отчаяние — и тогда оружием может стать любой предмет, — Крис ставит на плиту кастрюлю с водой, оборачивается и, приподняв брови, задаёт Кайлу вопрос: — Ты готов схлопотать молотком по затылку?

Кайл скользит взглядом по ящику с инструментами — тот стоит в углу, черенок молотка торчит с краю.

— Не планировал, — коротко отвечает брат, осторожно усаживаясь на диван.

— Тогда какие претензии? Я делаю грязную работу за вас, изнеженные сопляки, — с презрением заявляет Крис.

Вижу, как Кайл напрягается и собирается встать. Чтобы не допустить его гневного порыва, я подбегаю к нему, надавливаю на плечи. Он опускается, смотрит на меня исподлобья. Решаю воспользоваться приемом, который всегда работает: обнимаю его за шею и, несколько раз целуя в щёку, шепчу в ушную раковину:

— Люблю тебя. Разберёмся после.

Он шумно втягивает воздух и так же выдыхает, без слов соглашаясь со мной.

— Я понимаю, инцест — дело семейное, но, Ада, парню сейчас требуется не твоя вагина, а иголка с ниткой, — Крис, скрестив руки на груди, ухмыляясь, смотрит на меня с прищуром.

— Дурак, мы не трахаемся… — начинаю я оправдываться.

— Почему? — он искренне удивляется.

— По-моему, логично: мы брат и сестра.

Крис фыркает, небрежно пожимает плечом:

— На бумаге — да, а по факту — нет.

Его слова ударяют по больному. Он прав. Это всего лишь формальность. И да, чего уж скрывать, периодически я ловлю на себе неоднозначные взгляды Кайла — от них мурашки бегут табунами, а внутри всё горит от волнующего ощущения.

Он частый гость моих эротических снов и тайных желаний.

Однажды, напившись в стельку, мы чуть было не перешли грань — но уснули на моменте раздевания. На следующий день никто из нас не поднял эту тему, сделав вид, будто ничего и не было.

Я уверена, что у нас есть чувства — не знаю, любовь это или привычка, привязанность, а может, просто эффект запретного плода? Всегда ведь хочется того, чего нельзя.

Кайл ходил вокруг да около, не решаясь поговорить со мной об этом. А я… А я тоже боялась сделать первый шаг. Ведь с точки зрения закона и морали это не нормально — но опять же, мы не