Идущий тропой мертвых 8 - Зигмунд Крафт

столько не улыбался, сколько за последний час. Создавалась полная картина нормальной семьи, если не вдаваться в детали, что четыре мужика как однояйцевые близнецы. Они даже сели к нам за стол, но не ели.

Ну а потом мы продолжили исследования. Я решил всё же показать свой тип барьера, но старик воспринял это без энтузиазма. А вот когда пытался на нём возвести такую же защитную плёнку, то он испытал истинное облегчение на грани с эйфорией. Весь внешний фон был от него обрезан. Всё тренировка, по сути, и раскачка моего душевного ядра. Что примечательно, даже это особой любви ко мне старика не прибавило. Даже немного обидно для меня и моей гордыни, когда обычно народ так падок на мою внешность.

Что же с големами? Они растения до сих пор, даже не куклы. Их вполне можно было бы назвать живыми, пусть и с натяжкой. Они общались со мной будто отдельные личности, хоть и имели общую с хозяином память, так как периодически обменивались ей, в том числе дистанционно.

Алдаласар уверял, что это протоличности, которыми он руководит. Их разумность обусловлена так называемым зарядом, как заводной механизм. Конечно, очень грубое и поверхностное сравнение, но пока он не мог объяснить мне тонкости. Якобы, когда он связывается сознанием с клоном, то тот получает импульс его воли и мыслеобразов. Этого протоличности хватает для имитации полноценной личности на несколько часов. В зависимости от задач, даже на несколько дней.

Для меня это звучало слишком натянуто, потому что мне казалось, что клоны в состоянии принимать решения самостоятельно, а не только действовать в рамках установленных программ. Да, временами они подтормаживали, как когда-то говорил Эльдарион, это якобы обусловлено связью с хозяином. Временем связи, обдумывания и передачи обратно. Часто в это верилось, но иногда меня посещало чувство, что они лишь имитируют паузу и сами обдумывают, так как их взгляд оставался вполне осознанным.

Меня посетила мысль, что ни я, ни Рэй не могли отследить клонов из-за их природы растений. Если они входили в свой изначальный режим, то по сути превращались в неодушевлённый предмет, пусть и одухотворённый. И воспринимались как фон и лес вокруг. Вопрос только в том, как они могли так легко входить и выходить из этого состояния?

В общем, с этими реалистичными клонами что-то явно было не так. Я несколько раз якобы случайно прикасался к ним. Казалось, они также испытывали дискомфорт, но меньший, чем оригинал. А разве должны были? И их кожа на ощупь совсем как настоящая.

Големы, которых я изучал, казалось, не имели к клонам совершенно никакого отношения. Это действительно что грубые болванки, марионетки на заводе банальной программы. Да, это было чем-то похоже на программирование, как мне казалось, так как в прошлой жизни мы на информатике этой темы касались очень поверхностно. Но общие черты я замечал, как например с процедурным программированием.

Круги заклинаний, в которые вписывался код, очень замысловато переплетались и уменьшались, чтобы уместиться в ядро голема. По сути, его источник энергии обволакивала этими плетениями. Такой комок и был виден магам, как и характерен для подобной «формы жизни»? Я очень сильно сомневался, механизмы големы или низшая искусственная форма жизни. Всё же, в их основе растения, а они живые. Можно сказать, что голем — это модернизированное запрограммированное растение.

Времени было слишком мало. Но хотя бы по големам информация не являлась такой уж запретной и методички мне дендромант дал. До следующего своего прихода мне надо было изучить их и приступить к практике. А то в этот раз я по сути по верхам прошёлся, ведь основой моего изучения были в первую очередь души.

Развитие моей доми тихо плакало в сторонке. Чувство, что этих оставшихся трёх лет мне банально не хватит, лишь укреплялось. Но я не мог бросить изучать материал, слишком уж он был завораживающим.

* * *

Когда пришёл срок, я не хотел уходить от Алдаласара. Моё сердце просто разрывалось от тоски по неизведанному, по незаконченным исследованиям. Столько нового и интересного — я всё обязан был бросить на полгода! Даже плакать хотелось от бессилия, но я не мог оставаться. И так находился по сути незаконно здесь, многие эльфы пошли мне навстречу, позволяя зайти так далеко. Я не мог предать их доверия, иначе вообще все возможности будут закрыты раз и навсегда. Тем более, меня будет ждать отряд Териасета.

Айеравол перед моим уходом заикнулся о поддержке сверху. Надо бы узнать подробности. Вдруг удастся прогнуть условия под себя ещё больше?

Также, несмотря на то, что я мог прикасаться к старику, не причиняя ему боль, нарастал мой голод по тактильности и тёплому живому общению. Да и наши отношения были не настолько близки. Алдаласар давно охладел ко всему мирскому и стал словно чувственным инвалидом. Я скучал по своим друзьям. И даже тепло Даэлии не спасало.

Я стал лучше понимать, что происходит с Алдаласаром, что он чувствителен даже к крохам препраны. Такой детектор на ножках. Так же его холодность вызвана постоянной концентрацией на поддержании особого ментального барьера. Учитывая его проблемы с контролем препраны, ему это даётся тяжелее, чем кому бы то ни было. Ну и исследования давили на его психику, куда ж без этого. По сути, он тут личным героизмом занимался на постоянной основе и вечно страдал. И правда поразительно, что его рассудок ясен несмотря ни на что. Опять же это отчасти из-за его самоконтроля. Когда становится совсем тяжко, он погружается в состояние, похожее на сон без сновидений. Таким образом удаётся снимать напряжение с психики.

Мне было тревожно после всего, что узнал. Жуткие Болота давали безграничные возможности, но в то же время были реально опасны. И я не о демонах и агрессивных магзверях, а о вещах гораздо хуже. Тут предстоит противостоять тому, что не увидеть и не почувствовать, можно сойти с ума и даже не понять этого.

Любая шальная мысль может оказаться не твоей собственной, а навязанной извне и ты это никак не поймёшь. Демону даже не нужно находиться рядом или подселяться, всё произойдёт гораздо тоньше. То, чего я боялся всегда, что было причиной моей мнительности и множества ошибок, здесь обретало пусть и призрачную, но довольно реальную форму. Я могу потерять самого себя свою истинную личность. Стать тем, кем не являюсь. И я не в состоянии противостоять этому.

Может, ну это место? Свалить после окончания служения и не лезть? Моя тяга к познанию сильна, но