Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

Я завопила во всю немалую силу легких, получив от непривычных к воздействию такого оружия демонов небольшую фору, и побежала, на ходу сунув рукоять во внутренний карман плаща. Распихивая демонов, лягаясь всеми конечностями и пулеметной очередью выплевывая фаерболы и силовые волны, я упорно продвигалась вперед. Для того чтобы телепортироваться отсюда, мне надо было хотя бы на секунду застыть в неподвижности и сосредоточиться. Вот только этой самой секунды у меня как всегда и не было. Толпа врагов в азарте травли меня просто раздавит. Не думаю, что, размазанная по плацу, как масло по хлебу, я буду эффектно выглядеть. По крайней мере, моей прическе это на пользу точно не пойдет. Да и моим знакомым, включая Вайдера, вряд ли понравится.

– Брать ее живьем! – заверещала Каридад, не принимая посильного участия в погоне.

Ну спасибо, утешила. Значит, сегодня меня не убьют – разве что под горячую руку. Или немного позже, после долгих и изощренных пыток. Не слишком радужная перспектива.

Я могла собой гордиться – еще добрые две минуты я самоотверженно барахталась в океане недружелюбно настроенных демонов, пытающихся с риском для жизни первыми стать обладателями столь ценного трофея, как я, и умудрилась отстоять свою независимость и частичную целостность частей тела. Но, к сожалению, на великую героиню, способную в одиночку справиться с целой армией, я все-таки не тяну. Какой-то гад умудрился-таки задеть обездвиживающим заклинанием меня, а не своих товарищей, а еще более… нехороший демон, воспользовавшись моментом, приложил меня чем-то тяжелым по голове. Дальнейшего сопротивления с моей стороны не последовало, так как я была в недееспособном состоянии. Разум плавно упал в неприветливую темень бессознательности, а тело, лишенное поддержки со стороны головы, рухнуло на землю.

Голова болела просто зверски, заставив меня мысленно и в самых нелицеприятных выражениях помянуть Каридад и неизвестного демона, решившего, что моя голова подходит для отработки ударов тяжелыми предметами. Видимо, сказывается недостаток занятий на плацу, в результате чего меня банально спутали с манекеном. Высказывать свое мнение вслух я пока не стала, решив сначала разобраться в сложившейся ситуации. Что-то мне подсказывало, что она вряд ли располагает к душевному разговору на тему умственных качеств демонического племени.

Так… руки-ноги связаны, причем довольно крепко, сама я, кажется, валяюсь на полу, кляпа во рту нет, что уже приятно. В следующее мгновение все приятности закончились – кто-то с размаху пнул меня в живот, заставив скрючиться на полу. Заразы, больно же! Пока я хватала ртом воздух, пытаясь выровнять дыхание, бесстрастный мужской голос констатировал:

– Она пришла в себя.

Тоже мне эксперт нашелся! После такого пинка и труп в себя придет. Я, к счастью, к этой славной категории не принадлежала (так и подмывает уточнить – пока), так что пришлось открывать глаза, доказывая свою принадлежность к миру живых и бодрствующих.

– Отлично. Оставь нас, – приказала Каридад, и все тот же черноволосый, скользкого вида помощник поспешил скрыться.

В обстановке сырой и темной камеры, в которой я имела несчастье очнуться, торжествующая противница смотрелась удивительно гармонично: палач на рабочем месте. Я уже собиралась предложить ей знакомого заплечных дел мастера в имиджмейкеры, но она заговорила первая.

– Ну вот ты и попалась, Реехеана! – с переигранным пафосом провозгласила она.

Да ладно, говори уж, я не перебиваю. Грех портить заранее подготовленную речь. Впрочем, я все-таки вставлю свои пять копеек.

– Ну попалась, – миролюбиво согласилась я. – Я и сама заметила.

«Вы не подумайте ничего хорошего, я действительно не герой и склонности затевать перепалку с тем, кто может меня убить, обычно не имею. Да только в настоящем плену я оказалась, кажется, в первый раз (и скорее всего, в последний, в любом смысле), так что надо же извлечь хоть какие-то приятные моменты. Где я еще смогу поругаться с Каридад, не отвлекаясь на такие мелочи, как драка или чье-то спасение? А тут тихо, хоть не светло и не уютно… мама дорогая, вытащите меня отсюда хоть кто-нибудь, мне уже страшно! У меня сейчас будет паника и истерика на этой почве – она же может меня убить и не почесаться! А я умирать не хочу, я еще молода, у меня вся жизнь впереди. Может, повалять дурака и выдать это вслух с соответствующими завываниями? Нет, пожалуй, демонесса может принять все за чистую монету. Значит, за неимением благодарной публики хватит паясничать. Выслушаю нашу «великую и ужасную», она по случаю нежданной удачи сегодня в ударе».

– Правы были древние, когда говорили: «На инквизитора и ведьма бежит», – противно растягивая слова, изрекла демонесса.

Я не собиралась вступать с ней в переговоры, но слушала внимательно. Раз не убили на месте, значит, имеют на меня какие-то планы. И, если со мной желают ими поделиться, лучше быть осведомленной. Хотя, сомневаюсь, что мне это может помочь. Каридад сейчас запросто может отправить меня на тот свет, а даже если не отправит, у меня есть все шансы мирно закончить свою жизнь в этом милом подземелье. О том, что я отправилась к Каридад, известно только Амели, а она, неоднократно сталкивавшаяся с моей счастливой способностью подолгу пропадать джинн знает где, вряд ли поднимет тревогу. И погибну я здесь во цвете лет, стану призраком и буду являться Каридад, доводя ее до инфаркта и преждевременных седин. Хм… а звучит неплохо. Вот только умирать все равно не хочется.

– Оказывается, ты любишь преображаться в демонов? Я тебя понимаю: вы, люди, что внешне, что внутренне не очень. А идея с превращением весьма хороша. Настолько, что я ею воспользуюсь. Пусть тебя радует, что теперь твой весьма невзрачный облик послужит мне.

Одарив меня ядовитой улыбкой, эта змея резко развернулась на каблуках и удалилась, оставив меня в недоумении.

Что-то я ничего не понимаю. Ну мнение Каридад о внешности людей вообще и моей в частности оставим в стороне. Но чем ей так понравилась моя идея с перевоплощением и каким образом должен послужить мой светлый облик, я представить не могла. А вот что ничего хорошего мне не светит, понимала превосходно: уж больно гадким было выражение ее лица.

Усталость и головная боль навалились с удесятеренной силой. Оказывается, присутствие торжествующей соперницы было единственным фактором, поддерживающим во мне бодрость. Да еще и связанные за спиной руки вносили в гамму отнюдь не приятных ощущений свою весомую лепту. Попытка поудобнее устроиться на сыром и холодном полу заставила лишь прочувствовать все синяки и ушибы, заработанные сегодня. Но, кое-как прикорнув у стены, неожиданно для себя