Брутфорс 1-6 - Иван Катиш

микрогранул. Все-таки не зря я не доверял Фреймираевским кристаллам — никакой устойчивости. Но работу свою он сделал, а другой такой нам не надо. Можно считать, успех.

Но наша удача, похоже, никого, кроме Марша, не заинтересовала. Боосовы охранники вступили в пререкания с людьми, которые ворвались первыми, и мы узнали много нового о внутренних отношениях в Технотреке. Оказывается, первым делом к нам явилась охрана внешнего контура, в обязанности которой входила поддержка отношений с территориальными структурами, а в контакте с Боосом была только внутренняя, которая и смотрела на нас в мониторы. А эти, первые, даже в мониторы не смотрели, просто зафиксировали появление неустановленных личностей, то есть нас, в одном помещении с Маршем.

То, что они материализовались в момент, когда наш эксперимент был завершен, было лютейшим везением. Могло бы быть хуже, если бы они появились раньше. А вломились они так поздно только потому, что поверить не могли, как кто-то мог устроить такую акцию без согласования с Министерствами.

Пока они орали друг на друга, Кулбрис протолкался к нам и протянул мне руку:

— Рад поводу увидеться. У вас всё получилось. Поделитесь рецептиком?

Я пожал ее, и Кулбрис по очереди поручкался с Димой, Обой и до безобразия счастливым Маршем.

— Боюсь, что нечем, — усмехнулся я, кивнув на горку гранул. — Ключевой элемент приказал долго жить.

Кулбрис нахмурился и посмотрел на остатки кристалла:

— Странно… А наш работает…

— Мы оценили, — улыбнулся я. — Ваш дракон очень классно сделан, собственно, он и навел нас на кое-какие мысли. Но мы нашу машинку очевидно перегрузили. Впрочем, я надеюсь, сам агрегат в ближайшее время не понадобится, поэтому восстанавливать его мы не будем. А так расскажу, конечно.

— Парни! — ворвался в разговор Марш. — Спасибо! Нет слов! Не знаю, что еще сказать, но буду должен!

Я ухмыльнулся.

— Ты из застенков сначала спасись, должен он…

Марш ухмыльнулся.

— За этим дело не станет. Я тут не навсегда.

Тут в комнате появились еще люди, среди которых я опознал Вадима. Становилось тесновато.

Дима невозмутимо обработал антисептиком ленту, смотал ее и положил обратно в ящик.

Гвалт в помещении стал совершенно невыносимым, и Кулбрис, который более-менее ориентировался в местных помещениях, предложил сбежать в соседнюю комнату. Мы сначала не поняли, как он предлагает прорываться, но он кивнул на малозаметную дверь в углу, которую я даже не опознал как возможный проход. И мы вместе с Маршем туда тихо утекли.

Наше отсутствие было обнаружено только через час, когда мы уже перемыли кости всем биокристаллам, я поделился идеей с ячеистой сеткой, а Кулбрис объяснил, как вышло, что только Маршу так не повезло. Такой буйный экземпляр у группы ЛОЛ был только один, полученный почти что по ошибке. С тех пор они прикрутили настройки своим творениям, причем еще до того, как узнали о Марше, и совсем под другим причинам — чтобы добиться большей стабильности. До того, как на них вышло Минсвязности, они даже не думали, как можно избежать подобного эффекта.

— Да, кстати, — добавил Кулбрис. — Я разболтал ваши секреты, и бабушки ждут результатов. Им самим неловко было, что они ничем не смогли помочь пострадавшему.

Тут я похолодел. Ведь знают бабушки, знает и Хмарь. А я так надеялся избежать каких-либо объяснений. Но, с другой стороны, какие проблемы? Победителей не судят! Или мне хотелось в это верить.

И когда мы, довольные друг другом, собирались пойти все вместе обедать, в наше убежище заглянул Вадим.

— А вот они! — радостно бросил он через плечо и обратился к нам. — Господа изобретатели, мы между собой разобрались, теперь ваша очередь объясняться.

Дальше было скучно. К счастью, это был не допрос один на один, а общая беседа, для которой нас перегнали в соседнее помещение, напоминающее конференц-зал. Мы вчетвером были в неприятном меньшинстве против всех остальных. Только Кулбрис укрылся в углу и изображал независимого наблюдателя. Боос сиял довольной рожей — свои проблемы он решил, а остальные сидели с такими озабоченными лицами, как будто мы меховую корону из Оружейной палаты увели. Или как минимум собирались.

Я воспользовался логикой Димы и пять раз повторил, что наш эксперимент не был утвержден, потому что мы торопились как можно скорее избавить Марша от подступающего безумия. От коварных вопросов, не сам ли Марш виноват в своих бедах, я отмахнулся и предоставил разбираться с виной Марша компетентным органам.

— Лучше бы вы свои экзерсисы с компетентными органами согласовывали, — бурчал Вадим. — Хотя бы с нами.

— Где вы, там и Минздрав, и Мининт, — внезапно огрызнулся Марш. — Не очень-то они мне помогли.

— Вас лечили за счет территории! — возмутился Боос.

— Дятел лечит старый дуб, добрый дятел дубу люб… — пробормотал Оба.

Мы с Димой не выдержали и заржали. Оба со своим интересом к нашему наследию любого переплюнет.

К сожалению, на этом ничего не закончилось, и нас полоскали еще пару часов. Особенно всех расстроил рассыпавшийся кристалл, потому что без него оставшаяся конструкция лишилась даже базового функционала. Конечно! Мы же покопались там. И теперь Демон не мог совсем ничего. В принципе его можно было восстановить, но куда потом девать? Можно отдать девчонкам в нашем корпусе, хорошая вещь.

Девчонкам, хм.

С совместным обедом ничего не вышло, и мы запланировали пересечься, когда Кулбрис снова приедет в Москву, а Марш получит разрешение на выход из Технотрека. Марш при этом был уверен, что за свои страдания сумеет добиться пересмотра срока отработки. Боос неприятно косился на него, от чего возникали подозрения, что у Марша всё получится.

Тем не менее, в какой-то момент всё закончилось. Нас выпустили из Технотрека еще до темноты, и мы двинули в кампус своим ходом, хотя Вадим любезно предложил подвезти. Он как раз собирался туда — ябедничать на нас нашему начальству. Но мы подумали, что ускорять разборки еще и на кампусе не в наших интересах, и слились.

* * *

У выхода с нашей станции внезапно обнаружились встречающие: Фа и Хмарь. Фа кинулась Обе на шею с криками:

— Ура, ура, я думала, тебя уже депортировали!

— А если б депортировали, то что? — хмыкнул Оба. — Пошла бы за мной пешком? И босиком?

— Пошла бы, рожа страшная! — Фа вцепилась в Обины щеки и потянула в стороны.

— Э! — притворно возмутился Оба. — Вот не надо мне страшность повышать.

Но видно было, что ему приятно.

Я на такой прием рассчитывать не мог. Хмарь гневно смотрела мне в глаза:

— Риц! Нам надо поговорить!

Я вздохнул.

— Хорошо. Где?

Глава 26