Брутфорс 1-6 - Иван Катиш

— Да, — ухмыльнулся я. — У нас две причины торопиться: первая — наш клиент вот-вот загнется и тогда лечить будет некого. А вторая — нам не на ком пробовать наше изобретение, кроме как на нем.

Дима посмотрел на меня с осуждением:

— Риц, твоя честность тебя погубит. Не надо так. Будем упирать на первый пункт, в нем весь гуманизм. Более того, именно в нем сконцентрирована настоящая правда. Если у вас всего один клиент в наличии, очевидно, что решение сделано для него. И других причин для его создания у вас не было. Если по-простому, ради абстрактного упражнения ты бы задницу не поднял.

Я посмотрел на него в изумлении. Кажется, я зря так редко прибегаю к коллективному разуму. В трактовке Димы я выглядел чуть ли не альтруистом.

— А если ты за меня беспокоишься, то не надо. Я не врач и не давал подписку, что обязуюсь информировать власти об опасных экспериментах. С нас ее не берут. Но чтоб всё совсем чисто было, считай, ты мне ничего не говорил, а просто попросил поприсутствовать. Я за дверью посижу, если внутри места не будет.

— За какой дверью? — затупил я.

— За какой-нибудь, — ухмыльнулся Дима. — Должна же там быть хоть какая-то дверь.

Я усмехнулся. Дима вытащил свой ящик из шкафа и выставил его на пол. В этот момент в дверь заглянул Оба, увидел Диму с ящиком и возликовал.

— О, Дим, ты с нами⁈ Да?

Дима подтвердил.

— Класс! Я хотел предложить, но постеснялся. Этот, сам знаешь, какой параноик, — кивнул на меня Оба. — Предпочитает всё делать малыми группами.

— Малой группой мы стали только сейчас! — возмутился я.

— Согласен, — торжественно подтвердил Оба. — До этого мы были микрогруппой.

Дима, улыбаясь, влез в ботинки. Ему, похоже, было все равно, какая он группа.

* * *

Я ожидал, что придется вызванивать Бооса, поскольку мы не договаривались о Диме, притащив его в последний момент. Однако верховный босс Технотрека стоял на входе лично.

— Усиленная команда? — прищурился он. — Сомневаетесь?

— Страхуемся, — я посмотрел на него с каменным лицом.

Боос ухмыльнулся:

— Хорошо, что у вас такая разносторонняя команда. Что же, проходите.

За холлом, где сидели всякие малозначимые личности и ресепшн, находился матовый шлюз. Туда мы вошли все вместе. Никаких отпечатков пальцев и прочего у нас брать не стали, документов тоже не попросили. Вместо этого мы имели возможность полюбоваться собственным полным именем, годом рождения и увеличенным изображением сетчатки глаза.

Я с изумлением уставился на сетчатку, Дима заметил мое изумление и углом рта мне сообщил, что сетчатка не настоящая, это картинка для красоты. Действительно все наши восемь глаз выглядели одинаково.

А Боос хитрым образом оказался рядом с Димой и вперился в его имя. Ну да, с Димой он нигде еще не сталкивался, самое время познакомиться.

— Как у вас всё симметрично, — прокомментировал он Димино имя.

«Дмитрий „Дима“ Иванович Димов», — горело на экране.

— Да, только отчества не хватает, — дежурно прокомментировал Дима. — В следующем поколении есть возможность исправить.

Боос только хмыкнул. Диме не привыкать, конечно. Его имя не комментировал только ленивый, так же как только ленивый не цеплялся к моему нику.

«Доступ разрешен, доступ разрешен, доступ разрешен, доступ разрешен», — загорелись надписи под каждым столбиком. Боги ворот благословили нас на проход. Вот и славно. Прикольно было бы, если бы кого-нибудь не пустили. Например, меня. Но Демона я бы не отдал никому, даже Обе.

Мы прошли на первый этаж и на этом люди закончились. Перед нами развернулся пустой коридор, скудно освещенный голубоватым светом. Темный полированный пол под ним казался синим. Двери были расположены неравномерно, должно быть, помещения внутри были разного размера.

— Тут у нас тестовый этаж, — сообщил нам Боос. — Идеально под наши цели. Ваш больной ожидает.

Проскочив мимо единственной стеклянной двери с синеватой подсветкой, остальные были чуть ли не металлическими, мы прошли в самый конец коридора.

Неплохо живет Технотрек! Я принюхался: в воздухе пахло озоном с легким оттенком ванили. Боос, зараза, заметил:

— Кто-то кофе себе притащил. Вам не предлагаю. Когда закончим, сможем подняться на кухню.

Ну да, ну да, если не получится, то незачем нас кофе поить. А если получится, мы и сами не будем, сразу поедем домой. Экономия в любом случае!

У самой последней комнаты Боос остановился и приложил ладонь к панели. Ага, здесь автоматика не работает. Приходится самому, ехидно подумал я.

Дверь щелкнула и приоткрылась, приглашая нас внутрь. Боос потянул за ручку, и мы вошли.

Здесь было светло: с размером окна никто не пожадничал. Я было удивился, что в такой комнате вообще есть окна, но потом заметил тонкую внутреннюю сетку, пронизывающую стекло. Да, такое окошко выбить будет посложнее, чем дыру в стене проковырять. Даже у нас в инкубаторе таких нет, с другой стороны, у этих ребят столько бабла, что они, говорят, даже собственный скалодром завели. Хотя скалодром, наверное, подешевле будет.

В середине комнаты стоял длинный стол с кучей стульев вокруг, на стенах висело штук пять длинных экранов, а по центру длинной стороны стола сидел печальный Марш. Он поднял голову, посмотрел на нас и отвернулся к окну. Неплохо по нему жизнь проехалась. Я видел его живьем чуть больше года назад, и был он тогда значительно наглее. И шерсть лоснилась. А теперь фиолетовые разводы клубились по всей наголо выбритой голове. Выглядел он хуже, чем Больеш, огребший при разборе Приемной комиссии.

У меня возникло неприятное ощущение, что кто-то смотрит на нас, но я отмахнулся. Надо было сосредоточиться на главном.

— Будете присутствовать? — спросил я Бооса.

Я не сомневался, что он захочет остаться, но ошибся.

— Пожалуй, нет, — ухмыльнулся Боос. — Не волнуйтесь, наша безопасность прибежит, если что. Они всегда с нами.

И он покрутил пальцем над головой, указывая непонятно на что. Я ничего не заметил, даже когда поднял голову.

— Удачи вам! — пожелал он нам и испарился. Только дверь чпокнула.

Спешная эвакуация Бооса не прошла незамеченной — Марш оживился.

— Что вы такое притащили, что даже Боос убегает во все лопатки?

— Привет, кстати, — поздоровался я.

— Привет, — нехотя откликнулся тот. — Давно не виделись.

— Давно, — согласился я и начал вытаскивать Демона на стол. — Давай-ка мы тебя пересадим к стене, сидишь тут как начальник и не подобраться ни с какой стороны.

Марш скривился и послушно пересел на стул у стены. Я дособирал Демона, быстро соображая, на каком расстоянии разумно оставить биокристалл. Но решил новых