Ветеран хаоса - Алексей Ковтунов

— Дедушка, а вы домой сегодня вернетесь? — вдруг поинтересовалась она, и в голосе ее проскользнула тревога.

— Конечно вернусь, — усмехнулся я. — Куда ж я денусь? И кстати, заходи к нам почаще. Анна Ивановна готовит так, что пальчики оближешь. Продуктов закупили, все как положено, так что приходи, покормим, обогреем.

Василиса снова улыбнулась, и в этот раз улыбка была куда более искренней. Хорошая девочка, добрая. Жаль, что судьба обошлась с ней так жестоко…

Перемена подошла к концу, и внучка заторопилась на какой-то семинар. Мы попрощались, и я посмотрел ей вслед, пока она не скрылась в толпе студентов. Эх, молодежь, вечно куда-то спешит, вечно чем-то занята. Ладно, мне тоже пора, а то Вальтер там небось изнывает от нетерпения.

Неспешно поднялся из-за стола и побрел в указанный служащим кабинет. По дороге размышлял о том, как пройдет эта встреча. Так-то вариантов как минимум несколько, Вальтер мог начать угрожать, мог попытаться подкупить, мог даже попробовать напасть. Последний вариант меня даже немного привлекал, потому что тогда у меня появился бы законный повод защищаться. А уж защищаться я умею, этому война научила.

У входа в кабинет обнаружились двое здоровенных охранников. Стоят, руки скрестили на груди, смотрят исподлобья даже будучи выше меня. Типичные громилы, видел таких тысячу раз. Крепкие, тупые, верные как собаки. Один удар по правильному месту, и такой великан валится как подкошенный, но лезть в драку без причины не хочется.

А еще чуть поодаль, у окна, стоял неприметный мужик в пальто и шляпе. Делал вид, что просто любуется видом на внутренний двор академии, но я сразу понял, что это за птица. Телохранитель, причем явно не из простых. Движения плавные, взгляд внимательный, руки в карманах. Наверняка там какое-нибудь оружие или артефакт припрятан.

Охранники расступились, пропуская меня внутрь, а потом зашли следом и встали у двери, сердито глядя мне в спину. А я-то думал, что пообщаемся наедине, по-свойски. Ну да ладно, если Вальтеру так спокойнее, пусть будет.

Сам хозяин торгового дома уже сидел за столом и пребывал в ужаснейшем настроении. Морда красная, на лбу вены вздулись, глаза налились кровью. Рядом на столе валялась разорванная в клочья газета, и я сразу узнал заголовок. Тот самый, про подпольный бордель и наследника дома Вальтеров.

— Ты! — зарычал он, едва я переступил порог. — Как ты смеешь? Ничтожество! Падаль!

Орал он во всю глотку, и это наверняка было слышно далеко за пределами комнаты. Интересно, что подумают студенты и преподаватели? Впрочем, мне плевать, пусть думают что хотят.

— Еще и газету мне эту передал! Как ты вообще посмел?

— А что такого? — я пожал плечами и демонстративно осмотрелся по сторонам. Академия выделила Вальтеру лучшее помещение для переговоров, видать, он немало пожертвовал на нужды учебного заведения.

— Что такого⁈ — окончательно взъярился Вальтер-старший и вскочил из-за стола. — Ты еще спрашиваешь? Мне пришлось скупить все газеты в городе! У всех издательств, из всех магазинов! А еще заплатить, чтобы эту новость больше не выпускали!

— А, ну бывает, — отмахнулся я. — Это всё? Или ты что-то еще хотел мне рассказать?

С этими словами развернулся и направился к выходу, но охранники тут же перекрыли дверь, стоят, как скалы, не сдвинешь. Впрочем, я и не собирался двигать, просто проверял реакцию.

— О как, — хмыкнул я, обернувшись. — Мы сейчас в академии, ребят. Вы правда думаете, что держать профессора против его воли это хорошая идея?

— Ты пойдешь только когда я разрешу! — рявкнул Вальтер. — Сначала ты должен принести публичные извинения!

— Да за что мне извиняться? — я изобразил искреннее недоумение. — Я же просто подвез его. Ну, журналистов вызвал, может. Но за такое не извиняются.

— Каких еще журналистов, старый ты пердун? — он нахмурился, явно не понимая, к чему я клоню. — Ты должен извиниться за то, что прилюдно оскорбил моего… Стоп…

Вальтер замолчал на полуслове. Прокрутил мои слова в голове еще раз, и лицо его начало медленно меняться, а руки слегка задрожали.

— Погоди, — выдавил он. — Какие журналисты? Куда подвез? Нет…

— Да, — на моем лице появился довольный оскал. — Еще как да.

А почему бы и нет, собственно? Он бы сам все равно никогда не догадался, кто именно стоит за позором его дома на весь город. А мне как-то даже обидно стало, честное слово. Столько трудов, столько подготовки, и всё это останется безымянным? Нет уж, Вальтеры должны знать своих героев. Пусть помнит, кто именно устроил его сыночку такой веселый вечер.

На этом развернулся и снова направился к выходу, чтобы оставить врага наедине с его мыслями. Но охранники и не подумали уступать дорогу. Стоят, смотрят исподлобья, ждут приказа.

— Ты… — прохрипел Вальтер-старший за моей спиной. Голос его изменился, стал каким-то сдавленным, хриплым. — Убить его! Прикончить прямо здесь!

Заорал он не своим голосом, но охранники замешкались. Переглянулись между собой, не зная, как поступить. Все-таки приказ приказом, а последствия потом расхлебывать им.

— Но господин… — промямлил один из них. — Мы же в академии…

Понимаю их растерянность, ведь с одной стороны хозяин велит, а с другой стороны, убивать профессора в стенах учебного заведения это как-то чересчур. Даже для таких тупых громил это слишком очевидное преступление.

— Плевать! — окончательно вышел из себя Вальтер.

Охранники все же сохранили остатки здравого смысла и не двинулись с места. Тогда их хозяин попытался действовать сам. Взмахнул руками, начал чертить в воздухе какие-то символы. Пытался создать заклинание, но эмоции не позволили этого сделать. Магический круг мигнул пару раз и рассыпался, так и не сформировавшись до конца. Вот что бывает, когда не умеешь контролировать свои чувства.

— Я задушу тебя голыми руками! — с этими словами он бросился вперед.

Ну что ж, я своего добился. Возможно будет превышение самообороны, но зато минус один враг. Терпеливо дождался, пока он сократит дистанцию достаточно, выхватил шашку из ножен и нанес один точный рассекающий удар. Целил в горло, чтобы наверняка.

Динь!

Острый клинок врезался в прозрачный барьер и отскочил назад, так и не достав до цели. Вальтер отшатнулся, а медальон на его груди засиял