Яд под кожей - Диана Валеса

Он прищуривается, выкидывает окурок и скалится в улыбке.

— Негоже моей истинной шарахаться по всяким гадюшникам, — суёт руки в карманы светлых джинсов. — Сядешь? Или мне тебя силой затолкать?

— Не сяду! И я уже говорила, что не твоя…

На этих словах он меня обрывает, резко потянув на себя. Звереет прямо на глазах. Открывает дверцу и грубо вталкивает меня в салон. Всё происходит так быстро, что у меня начинает кружиться голова и мне приходится откинуться на сиденье, прикрыв глаза рукой.

Ещё и выпитый алкоголь даёт о себе знать.

И пока я пытаюсь сфокусировать поплывший взгляд, Адам уже оказывается в машине. Дёргаю за ручку, но двери уже заблокированы.

— Вы… Выпусти меня! — поворачиваюсь к нему, сжимая кулаки.

Я готова сейчас с ним драться! До последнего!

Улыбается, поглядывая на мои маленькие кулачки. Захватывает одну из них, обволакивая тёплой ладонью. Сердце почему-то бешено начинает колотиться в груди. Кожа от его прикосновения покалывает. Задыхаюсь от нехватки кислорода в лёгких.

Прикрываю глаза. Это какой-то дурман?..

Адам наклоняется ко мне. Ощущаю жар его тела. И этот парфюм… Он такой знакомый. Его лицо слишком близко, а рука уже оглаживает мою ладонь, тянется, дотрагиваясь пальцами чувствительной кожи. Мурашки бегут по всему телу, а внизу живота вспыхивает пламя.

Напряжение сейчас настолько сконцентрированное, что я судорожно выдыхаю. В глазах Адама мелькают жёлтые искры. Он блуждает по моему лицу каким-то пьяным взглядом.

Пальцы уже добрались до моего плеча и ключиц, нежно касаются оголённой шеи. Облизываю губы, не в силах отвезти взгляда от парня. Губы покалывают и будто бы требуют, чтобы их поцеловали…

Это что вообще такое?..

— Адам… — выдыхаю ему в губы, которые находятся в десяти сантиметрах. — Поцелуй меня…

Что?!..

Это я сказала сейчас?..

Какого чёрта…

И пока до меня доходило осознание, рука Адама зарылась в моих волосах, а его горячие губы накрыли мои, языком проведя по нижней губе, от чего я задрожала и вцепилась руками в его мускулистые плечи. Нежное прикосновение, а столько эмоций и чувств вспыхнуло во мне в этот момент! А затем его язык скользнул внутрь, и я совсем потеряла голову. Из меня вырвался тихий стон, который снёс все предохранители.

А дальше начался самый настоящий ад. Безумие, в котором меня распирало от страсти и вожделения парня, который столько всего мне сделал. Но я не могла остановиться, отвечала ему на дикий поцелуй, от которого меня уносило куда-то в другую вселенную.

И вот только сейчас, целуясь с ним по собственной воле, я поняла, что уже испытывала это всепоглощающее безумие! Это он! Тот самый незнакомец, что целовал меня в Голден Гласс. Громко простонав, я всё же отстранилась.

— Это ты?.. Целовал меня тогда…

На его губах растянулась улыбка, от которой у меня душа рвалась на части. Он лишь облизнулся, а затем вновь накинулся на меня, целуя и прижимая к себе. Руки его огладили мою спину, забрались под футболку и тело реагировало…

Ох, совсем не так, как тогда в аудитории, когда он был груб и пытался разложить меня на столе перед ним. Сейчас моё тело требовало большего. И я сама… О нет!

И пока я пыталась сопротивляться чувствам, он потянул края футболки, снимая её с меня. Выдохнула и упёрлась руками в его плечи.

— Адам…

Но всё мои слова пропали, когда он захватил губами твёрдую горошину сквозь тонкий поролон бюстгалтера, а затем его рука скользнула под чашечку и сжала грудь, отчего жар между ног стал практически нестерпимым. Он провёл языком по ложбинке грудей, опускаясь ниже, покрывая губами каждый миллиметр, а затем замер на долгие секунды, легонько приподняв бюстгалтер.

— Обманщица, — хрипло прорычал Адам, проведя пальцами под правой грудью, где проявилась его метка.

Он перевёл на меня горящие глаза, а я даже не могла ничего сказать в ответ… А после он наклонился и провёл языком по своей метке, прикусил чувствительную кожу и я совсем поплыла.

Слишком чувствительно. Слишком горячо. И сложно сопротивляться.

Адам снова притянул меня за шею, врываясь горчим языком в рот. Требовательно. Алчно. Так, как целовал меня тогда на озере. Укусил за нижнюю губу.

И, кажется, я протрезвела.

Оттолкнула его с лёгкостью от себя, потому что Адам точно от меня этого не ожидал. Поправила бюстгалтер дрожащими руками и натянула на себя футболку, под испепеляющим взглядом парня.

Он не двигался, лишь сжимал силой челюсти.

— Эмили, — прорычал он и снова потянулся ко мне, но я размахнулась и влепила ему пощечину. Звук шлепка разнёсся по всему салону.

— Мерзавец, — прошептала я и обхватила себя руками, — не трогай меня.

Адам лишь оскалился, пронзил меня злым и раздражённым взглядом жёлтых глаз, завёл двигатель автомобиля, выруливая на трассу, ведущую к академии.

Я не смотрела в его сторону, боясь вообще как-то с ним контактировать. А ещё меня грызло ужасное чувство внутри. Я так легко сдалась ему. Стоило просто дотронуться до моей руки, и я растеклась лужицей. После того, что он сделал со мной.

37

Всю дорогу я дрожала от страха. Ведь замечала краем глаза, как его руки, покрытые венами, сжимали с силой руль, как он постукивал по нему пальцами, и как громко выдыхал иногда.

Видимо не только меня окатывало разными эмоциями в его присутствии.

Боже, лишь бы он не лез ко мне, не применял силу. Я же не переживу! И, вообще, буду драться!

Заехав на территорию академии, он остановил машину у моего крыла общежития. На улице темно, лишь свет тусклых фонарей вдоль аллеи и у беседок, освещали территорию. Слабо, но всё же.

Порываюсь открыть дверь и свалить наконец подальше от истинного монстра, но дверь не поддаётся. Зато тяжёлая ладонь Адама падает на моё колено.

— Куда собралась?

— Домой, — пищу, в надежде побыстрее уйти и успокоиться.

— А поцелуй на ночь? — скалится, а в его глазах мелькают золотые искры. Пугают меня до безумия.

Кожа от его прикосновения жжёт.

Какой к чёрту поцелуй?!

— Нет, — говорю всё также с писком в голосе. Страх и смелость одновременно поселились во мне.

Ни за что не дам себя поцеловать! Ну уж нет. Обойдётся, чёртов насильник.

Усмехается, сверля взглядом мои губы, а затем подаётся вперёд с молниеносной скоростью. Но я каким-то боком успеваю залепить ему ещё одну пощёчину. А после кричу, спрятав лицо в ладонях, ведь двери-то заблокированы.

Адам громко ругается, и я слышу щелчок двери.

— Вали, — сухо произносит, но я чувствую, как в