Опять 25. Финал - Ирек Гильмутдинов

вобрав в себя всю твердь окружающих пустошей. Над его головой всплыла иконка баффа — «Каменная Кожа». Сопротивление урону взлетело до небес, и теперь даже самые сокрушительные удары Вул’дана и стрелы Лирель выбивали из исполина жалкие 1–2 единицы здоровья. Учитывая, что его запас жизни исчислялся десятком тысяч, это повергло нас в шок. Отчаяние, холодное и липкое, начало подбираться к сердцам.

«Странно, — пронеслось у меня в голове, — зачем каменному голему умение с названием «Каменная Кожа»? Его и так не пробьёшь, а теперь и вовсе…»

И тут меня осенило. Такой механикой наделяют не обычных мобов. Значит, перед нами и впрямь уникальный противник. Возможно, даже тот, с кого падает легендарный сет. Да-да, Женя, помечтай, — я едва не фыркнул, — мы скорее получим губозакаточную машинку эпического ранга.

Когда, наконец, мерзкий бафф рассеялся, началась вторая фаза. Багровые кристаллы, вмурованные в его грудь и спину, принялись пульсировать с угрожающей частотой.

На сей раз атака Стража была куда опаснее. Он применил «Шквал Осколков» — громовой рёв, световая вспышка из центрального кристалла, и в воздухе засвистели сотни заострённых каменных глыб, накрывая веером всю группу. Уворачиваться было бессмысленно — только блокировать. Лирель едва успела рвануться за массивный щит Бренора, прижавшись к его спине и помогая ему удержать позицию. Без её помощи гнома бы смело, как пить дать.

Пришлось импровизировать. Старая тактика себя изжила. Вул’дан с рыком активировал «Берсерк» — его мускулы взбухли, а глаза налились кровью. Он яростно обрушился на ногу голема, полностью переключив агро[11] на себя. Грохотун, вертясь как волчок, использовал это. Он юркнул сзади и начал исполнять свой новый коронный навык «Грязный Приём» — серию молниеносных тычков в те самые пульсирующие кристаллы на спине чудовища. Каждый точный удар заставлял Стража вздрагивать и сбивал его концентрацию, ненадолго прерывая чреду залпов.

«Вот так, уже лучше, — подумал я, обновляя на монстре «Последний Приговор». — Ещё часик, и с ним покончим».

Но на седьмой такой попытке удача отвернулась от нас. Грохотун на долю секунды задержался, и огромная каменная лапа обрушилась на него, размазав по земле. Иконка его портрета в группе померкла.

— Чёрт! — выкрикнул я, в ярости швырнув новый «Приговор». — Ладно, главное, он живой и возродится. Теперь бы нам самим не зафейлить этого РБ и дождаться его возвращения.

Что, впрочем, казалось весьма вероятным — с уходом гоблина наш и без того невысокий урон упал катастрофически. Гоблину точно хватило бы времени на два таких забега от точки возрождения.

Едва я это подумал, как началась третья фаза. Я бы назвал её «Отчаянный Штурм». Каменный великан словно взбесился. Он начал швырять заклинания направо и налево, одно опаснее другого, и среди них были совершенно новые, даже Сильвия была впечатлена. Если честно сам бы от таких не отказался. Надо бы запомнить их.

Настоящая жесть наступила, когда Страж применил новую, до настоящего времени невиданную атаку — «Гравитационную Воронку». Вместо того чтобы целиться в атакующих, он произвольно выбирал жертву, создавая рядом с ней зону искажённой реальности, сковывающую движение и неумолимо затягивающую к его грандиозной тушке для неминуемого после сокрушительного удара. Первой под раздачу попала Лирель — самая проворная в нашей группе. Мы застыли в боязни что вот он конец нашему рейду, наблюдая, как её стройная фигура замедляется, будто в густой патоке, и начинает скользить по земле навстречу гибели. Едва лишь в последнее мгновение она сумела активировать навык «Фантомный Рывок» и буквально вырвалась из тисков гравитации, оставив после себя только разочарованно сомкнувшуюся каменную лапу. В тот миг я забыл, как дышать — ведь именно её «Проникающие выстрелы» наносили голему самый ощутимый урон. Потеряй мы её — и наш шанс на победу обратился бы в пыль.

С этого момента наша тактика свелась к отчаянному «бей-беги-выживай». Мы действовали на пределе сил, понимая, что следующий провал станет последним. Сильвия полностью переключилась на поддержку, безостановочно накладывая «Целебную Плесень» на измождённых Вул’дана и Бренора. Видя, что магический резервуар вот-вот иссякнет, я в отчаянии швырнул в кристалл «Костяное Копьё» — базовую атаку, в которую трансформировался костяной нож и стоившую крупицы маны. Лирель, не целясь, почти инстинктивно осыпала слабое место голема разящими навыками. После достижения двадцать пятого уровня она избрала специализацию «Духовный Лучник», и теперь её мана восстанавливалась с поразительной скоростью. Я же пока медлил с выбором — опции были слишком запутанными.

Когда шкала здоровья Стража окончательно истончилась, он издал оглушительный рёв, а кристаллы на его теле вспыхнули ослепительным алым светом. Не нужно было быть провидцем, чтобы понять — готовится финальная, отчаянная атака, способная смести нас с лица этих пустошей. «Помираю, а так жить охота», — вспомнил я фразу одного жадного дядьки, которого всегда было мало. Вот и нам сейчас мало не покажется.

И тут Вул’дан, чьё тело было исполосовано порезами, а выносливость почти исчерпана до дна, совершил невозможное. Собрав последние силы, он рванулся вперёд и навыком «Ускорение Берсеркера» отшвырнул Бренора от эпицентра готовящегося удара. Сокрушающая мощь обрушилась на него одного. Орк пал, но в ту же секунду мой «Последний Приговор» достиг десятого, максимального стака, а стрела Лирель и моё «Костяное Копьё» почти синхронно пронзили багровый кристалл.

Раздался оглушительный, победный хруст, словно ломалось само небо. Кристалл раскололся, его внутреннее сияние мгновенно угасло. Гигантское тело рейд-босса замерло, пошатнулось и с оглушительным грохотом обрушилось наземь, рассыпавшись на груду ничем не примечательных булыжников.

Триумф был горьким, но награда — щедрой. Поток опыта моментально восполнил наши шкалы и поднял всех до долгожданного 26-го уровня. Среди груды обломков, сверкая таинственным внутренним светом, лежал необычный предмет, обещавший новые загадки. И более ничего. Скудный лут, скажу я вам за такого-то босса.

— И что же за диковинку мы отвоевали? — задумчиво произнёс я, принимая из рук Бренора странный предмет.

Он лежал на ладони, тяжёлый и прохладный, словно был высечен из цельного куска ночи. Глубокий чёрный обсидиан пронизывали тончайшие светящиеся прожилки, пульсирующие неярким серебристым светом, словно жилы из жидкого звёздного вещества. Очень красиво сделан, прям ну вот очень-очень.

— Какая красота, — прошептала Сильвия, заглядевшись. — Я бы сделала из такого материала кольцо.

— Или изящный браслет, — поддержала её Лирель, склонившись рядом, чтобы разглядеть находку.

Перед моим мысленным взором чётко всплыло описание:

Ключ Древнего Рунного Камня

[Квестовый предмет]

Используется для активации древних механизмов, созданных расой каменных ремесленников.

Теперь я знал — моё чутьё не обмануло. Вера