Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 1 - Шуан Мэйхуа

– Тебя что-то беспокоит? Я дал тебе лекарство, снимающее боль. Если не станет легче, могу приготовить что-то посильнее, но, увы, все равно придется немного потерпеть. Удивительно, что ты остался жив после всего, что произошло.

После пятнадцати лет сна на холодном полу подобные условия казались Му Яну сказочным сном. Комната, в которой он находился, была светлой и чистой, стоял успокаивающий аромат целебных трав. Кровать была мягкой и удобной. Грязным и неприглядным в этих четырех стенах был только он сам.

Устав ворочаться, Му Ян вновь попытался встать. Мальчик, в спешке проглотив последний глоток воды, едва не подавился. Небрежно поставив чашу на стол, он подбежал к демону и, помогая ему приподняться, чуть не свалился на пол вместе с ним.

– Да что тебе не сидится? Куда ты идешь? Снова хочешь упасть? – возмутился он, пытаясь удержать Му Яна на месте. Но демон, похоже, не слушал его слова. Тогда И Чан решил его припугнуть:

– Если ты не будешь слушаться, я позову стражу, и они тебя свяжут!

– Я не могу… Не могу… – его голос дрожал, а белки глаз заполнились красными прожилками. Взгляд демона метался по комнате.

– Что ты не можешь?

Ладони вмиг похолодели, а ноги начали подкашиваться. У демона началась лихорадка. Забившись в самый темный угол комнаты, взрослый демон свернулся калачиком, прижав колени к груди, закрыл веки и время от времени издавал всхлипы. В этот самый момент он нащупал на своей шее ошейник раба. Вцепившись в железные оковы, он попытался их снять, но попытки оказались тщетными. От напряжения его раны вновь открылись, и белые бинты пропитались алым.

Мальчику был привычен вид крови, но он не был готов наблюдать за такими страданиями. Даже душевнобольные не вызывали у него столько сострадания, как это существо. С виду взрослый и даже жуткий, но такой одинокий, словно напуганный ребенок. И Чан присел на корточки рядом с ним и спросил:

– Ты, небось, голоден? Хочешь есть? Я попрошу, и нам принесут что-нибудь. Моя матушка работает на кухне, она положит побольше.

Вставая, И Чан продолжал без умолка тараторить, пытаясь разрядить обстановку и не поддаться эмоциям. Но Му Ян схватил его за руку и, вставая на колени, слезно взмолился о помощи:

– Ты можешь его снять?

На мгновение И Чан потерял дар речи, он поджал губы и покачал головой.

– Я не могу… Может только Его Высочество наследный принц.

У него отняли последнее, на что он мог рассчитывать. Забрали родину, дом, имя, родных и близких, свободу, даже жизнь и смерть ему не принадлежали. Му Ян стиснул зубы, проявив два острых клыка; его взгляд вмиг стал холодным.

– Тогда отведи меня к нему.

И Чан усмехнулся:

– Кто я такой и кто ты такой, чтобы видеть Его Высочество, когда вздумается? Единственное, о чем я могу доложить наследному принцу, это о твоем самочувствии – только если он прикажет. Умер ты или идешь на поправку, когда видеть тебя, что с тобой делать – решать ему. Да и сейчас Его Высочеству не до тебя: у него сломана нога и неизвестно, сколько времени уйдет на выздоровление. Ходят слухи, что из-за этого перенесут свадьбу с принцессой Сяо Мэйли из соседнего государства, и это, к твоему сведению, по твоей вине. Поэтому будь благодарен, что тебя помиловали, а то Его Высочество Чэнь Кэ мог содрать с тебя кожу.

– Благодарен? Я не в долгу у этого человека. Я ему отплатил! Я все сделал, даже больше. И все потому…

Му Ян замолчал, не закончив. И Чан переспросил:

– Почему?

Выдержав паузу, демон фыркнул:

– Неважно.

Он хотел что-то сказать, но решил промолчать. И Чан все же попросил принести им еды. Маленькую комнатку наполнил аромат горячей лапши и жареного риса с яйцом и тушеными овощами. Как и предполагал мальчик, его матушка позаботилась и припрятала лишний кусочек свиного ребрышка для сына, а также добавила пару омантусовых пирожных.

Му Ян лежал на полу, продолжая пытаться снять ошейник, и, несмотря на уговоры, отказывался вернуться в постель. Его суп остыл, так и оставшись нетронутым. Он был ужасно голоден, но при воспоминании о последнем приеме пищи, его воротило.

И Чан сменил догоревшую свечу на новую. На улице было темно, но из окна просачивался блеклый свет полумесяца.

Глава 9. Шепоты прошлого, связывающие судьбы

Оперевшись на Ши Тао, Ю Вэйюань медленно опустился на кровать. Он сменил грязную одежду, пропитанную потом, и облачился в ночную рубашку. Как только он прибыл во дворец, лекари, переживая за его здоровье, снова принялись донимать его. Ужин с важными гостями ему пришлось пропустить, но причина была весомой и обоснованной. Никто и не думал обижаться на наследного принца, кроме Чэнь Цаньжэня, который явно затаил обиду, когда Ю Вэйюань забрал добычу из-под носа его младшего сына.

Уставший от навязчивого внимания лекарей, Ю Вэйюань вздохнул с облегчением, наконец оказавшись в уединении. Перед его глазами все еще стоял образ изувеченного демона, душа которого висела на грани между жизнью и смертью. Но он не боялся объятий смерти, а, напротив, жаждал их, умоляя наследного принца закончить его многолетние страдания. Со слезами на глазах, из последних сил он пытался вырваться из железных оков и был готов целовать ноги Ю Вэйюаня, который к тому же был сыном убившего его императора демонов, лишь бы эта жизнь, полная страданий, подошла к концу. В ушах все еще звучал крик о помощи, взывающий к справедливости и хотя бы к капле оставшейся человечности в сердце наследного принца. Но звезды сошлись таким образом, что Ю Вэйюань не мог проявить слабость, только не в этот раз.

По дороге во дворец после пережитых им событий принца долго трясло. Стоило ему сесть в паланкин, как он тут же получил строгий выговор от наставника.

– Что вы себе позволяете? Что за представления вы устраиваете на виду у семьи Чэнь?

Ю Вэйюань долго сдерживался, пытаясь вслушаться в слова наставника, но в то же время старался не принимать их близко к сердцу. Потерев переносицу, он закрыл глаза и постарался успокоиться, выдавливая из себя непринужденность и беззаботность, хотя все эти чувства были лишь маской, которую он давно носил. Его душа была полна боли, разочарований, угрызений совести и одиночества.

Выслушав упреки, Ю Вэйюань ответил:

– Как мне вести себя, чтобы угодить вам, наставник? – Его голос звучал спокойно, но в словах ощущалась боль. После паузы принц продолжил, и в его