Системная Перезагрузка. Том 5 - Серафим Леман

Это был не скелет. Вернее, не только скелет. Конструкция из костей и металла, напоминающая скорпиона размером с человека. Вместо жала — зазубренный клинок из тёмного сплава. Двигался он быстрее остальных, атаковал ядовитыми шипами, которые выстреливал из хвоста. Отстреляв с десяток, прекратил. Боезапас, видимо, закончился.

Бой был тяжёлым. Пришлось использовать много навыков. В конце я разнёс его на куски, потратив почти все ресурсы. И ещё больше времени потратил на умерщвление того, что пришло за ним.

Под хламом скорпиона, среди обломков стали и меди, нашлось что-то объёмное.

Я разгрёб груду. Это был ящик. Небольшой, из тёмного дерева, окованный по углам потускневшей медью. Замок был сломан, крышка приоткрыта.

Внутри лежали… вещи.

Свёрток из промасленной кожи. Несколько стеклянных пузырьков с засохшим и почерневшим содержимым. Металлическая пластина с выгравированными символами. И — самое странное — книга. Тонкая, в кожаном переплёте, страницы которой пожелтели от времени.

Я взял книгу в руки. Убедившись, что страницы не слиплись, аккуратно открыл её. Буквы были написаны от руки, чернила выцвели, но читать можно было.

Язык был общим. Символы, которые непонятным образом создавали смысл у меня в голове и которые я учил, живя в Поселении. Это всегда было странным занятием. Как и с речью Йона или общим языком Блуждающих. Я смотрел на страницу, и в голове всплывало понимание.

«…третий день под землёй. Припасов пока что много. Мы нашли глубокую шахту и спрятались там от монстров. Капитан говорит, чтобы никто не выходил наружу и не искали родных. У нас нет выбора. Только выживание…»

Это чей-то дневник, что ли?

«…я только сейчас понял, что пишу не саквожским, а каким-то другим языком. Странно…»

К сожалению, прочитать больше ничего не удалось. Лишь обрывки чьих-то мыслей, изложенных на бумаге.

Я перевернул несколько слипшихся страниц.

«…Лирик начал кричать сегодня утром. Говорит, что видит надписи. Он одержим. Мы убили его. Не можем рисковать. Я думаю, что Кирза тоже видит надписи, но молчит об этом….»

Почитав ещё немного, закрыл книгу. Не стал читать дальше, хотя было интересно. Положил её обратно в ящик, а ящик — в инвентарь.

Меня больше заинтересовало не содержимое, а сама суть предмета.

Эти предметы… они были древними. Возможно, старше самого Поселения Блуждающих. Оставшимися с прошлой Инициализации, судя по описанным событиям. Вполне напоминало приход Системы в цивилизованный мир. Или даже с более ранних циклов.

Что они делали здесь, в осколке души Ту-роу? Были ли они частью его? Или он собирал их, как коллекцию? Или это были просто отголоски, случайные воспоминания, материализовавшиеся в этом месте?

Я не знал. Но одно было ясно — чем сильнее тварь, которую я убивал, тем ценнее мог быть полученный с неё хлам. И тем опаснее была она сама. И при этом мне каким-то боком нужно было побороть её, не используя навыки. А если использовал — мучиться потом с «последствиями», надеясь, что тварь посильнее не объявится.

Дилемма, однако.

Мой ритм сбился. После боя со скорпионом я долго восстанавливался. Еды почти не осталось. Воды — полторы фляги.

Я сидел у своей груды трофеев — костей, металлолома, ящика с древностями — и жевал последний кусок вяленого мяса, думая, каким идиотизмом я вообще занимаюсь. Мясо казалось мне жёстким и безвкусным. Я запил его щедрым глотком воды.

Нужно было что-то менять. Я не мог бесконечно сидеть здесь, убивая скелетов по одному. Золотой ранг был ничуть не ближе, чем в первый день. Да, я стал лучше контролировать силу, экономить энергию, предсказывать появление тварей. Но прогресс в медитациях был мизерным. Квинтэссенции почти не двигались.

А время… текло безостановочно. Где-то снаружи проходили часы. А здесь — дни. Возможно, недели.

Я встал и подошёл к краю платформы. Посмотрел в бездну. Звёзды мерцали холодно и равнодушно. Не знаю даже, настоящие ли они, но им явно плевать на мои проблемы.

Что, если прыгнуть туда? Гравитация тут присутствует. Но сколько меня будет тянуть вниз? К ближайшей звезде, пока не умру от старости или ещё быстрее — задохнусь? Что будет? Всё же смерть? Или это тоже часть испытания? Типа, насколько меня хватит, или что-то в таком духе.

Нет. Ту-роу сказал — обратной дороги не будет, пока не достигнешь золотого ранга. Или не умрёшь. Значит, прыжок в бездну — смерть. Окончательная.

Я отвернулся от края.

Нужно было ускориться. Проявить больше силы. Привлечь более сильных тварей. Рискнуть. Иначе я просто умру от голода и жажды, так и не сдвинувшись с места.

Я решил на следующей медитации не сдерживаться. Попробовать сдвинуть квинтэссенцию Охотника по-настоящему. Вложить в это всю волю, всю накопленную энергию.

Сел в центр. Закрыл глаза. Погрузился в себя.

Ядро. Золотистая сфера. Шесть точек.

Сосредоточился на Охотнике. Надавил. Вложил в давление всю свою волю, всё желание стать сильнее, всё отчаяние и ярость. Приказал ему двигаться.

Точка дрогнула. Сдвинулась на этот раз не на миллиметр. На пару сантиметров с первого толчка! Кажется, я начинаю понимать, почему меня притащили сюда. Прогресс идёт гораздо быстрее.

Я почувствовал сопротивление. Будто точка была вбита в само ядро. Но я давил сильнее. Вспомнил первую охоту. Страх. Адреналин. Удовольствие от победы. Стал этим ощущением.

Точка поползла. Медленно, мучительно, она двигалась к краю ядра.

Почувствовал, что вот-вот получится. Что ещё чуть-чуть, и я вытолкну Охотника за пределы ядра.

Следом ощутил, что реальный мир изменился столь же резко. Давление обрушилось на платформу с такой силой, что камень подо мной, кажется, затрещал. Воздух сгустился, стал вязким, тяжёлым. Я открыл глаза. Звёзды над головой померкли, будто свет не мог пробиться сквозь эту плотность.

По краям платформы теперь появились не скелеты, составленные из разных деталей.

Фигуры. Тени разумных. Сгустки тьмы, облечённые в форму лишь с небольшим количеством цвета в ней. Их было немного. Пять… Шесть. Не больше. Но от каждой исходила такая мощь, что у меня перехватило дыхание.

Они были разными. Одна напоминала рыцаря в доспехах из чёрного льда. Другая — гигантского зверя с клыками из теней. Третья — парящий в воздухе плащ с пустотой внутри капюшона.

И все они смотрели на меня. Не пустыми глазницами. В них горели точки холодного света. Осознанность. Интеллект.

Это были не отражения или примитивные конструкции из частей. Это были… эхо. Эхо чего-то могущественного. Части чего-то большого, что жило когда-то.

Одна из фигур, безликий рыцарь, сделал шаг вперёд. Его доспехи скрипели, будто лёд трескался под давлением. Он поднял руку, и в ней