Бронепоезд на Порт-Артур - Дмитрий Николаевич Дашко

Так что «Кустов» оказался в ресторации не случайно.

Меня осеняет очередная догадка.

– Знаете, Модест Викторович, а ведь я, кажется, знаю, кто убил Соколово-Струнина, – говорю я.

– Кажется?! – иронизирует жандарм.

– Я уверен… Процентов где-то на девяносто.

– Кто?

– Кустов! И, поверьте, у меня есть веские основания для такого вывода!

Сообщаю штаб-ротмистру всё, что выведал Гиляровский о походах Соколово-Струнина в псевдоспортивный клаб, разбавляю своими соображениями.

– Что ж… Звучит резонно, – соглашается жандарм. – Быть может, несчастный Соколово-Струнин начал что-то подозревать, напал на какие-то улики, и Кустов, или как его на самом деле – вывел его таким образом из игры, пока не стало слишком поздно. Заодно и подставил вас… Но главный вопрос в другом: как искать этого Кустова?

Наступает тягостная тишина.

Я прерываю её своим высказыванием:

– Его можно найти только в одном случае: если Кустов до сих пор находится в Ляояне!

– Предлагаете распространить его изображение? Я сейчас же распоряжусь насчёт копий…

– Боюсь, это не поможет! – категорично заявляю я.

– Почему?

– Помните тех свидетелей, которые якобы видели Соколово-Струнина неподалёку от места убийства, причём вместе со мной…

– Разумеется, помню. Но что с того? Вы же сами сказали: мы, европейцы, для китайцев на одно лицо…

– А вы устройте опознание! Проведите его по всем правилам. Покажите меня среди других офицеров.

– Зачем?

– Уверен, они безошибочно укажут в мою сторону. Правда, меня смущал тот факт, что, по их словам, я был в капитанском мундире, но… Теперь у меня есть объяснение и этому.

– Какое?

– Кустов – оборотень!

В пользу этого утверждения говорит и странное недовольство Кустовым со стороны Алтая. Собаки оборотней не жалуют.

Аргумент не самый железобетонный, но становится последней соломинкой, что ломает хребет верблюду.

– Он способен принять личину любого человека, которого знает лично, – развиваю мысль я. – Но у всего есть обратная сторона.

Поднимаю указательный палец правой руки.

– Знаете, какое слабое место этой твари? Оборотень может менять внешность, но не одежду. Отсюда и постоянный капитанский мундир. А ещё у меня есть подходящая кандидатура в оборотни!

– Вы меня удивляете, господин ротмистр! – поражённо произносит Сухоруков. – Вам бы в жандармерии служить или военной контрразведке, а не в полевых частях…

– Мне предлагали… Подполковник Николов звал. Но я отказался.

– Зря! – качает головой Сухоруков. – Впрочем, воля ваша. Так кто он – этот самый таинственный оборотень?

– Недобитый мною штабс-капитан Вержбицкий, в последней должности адъютант командира моей бригады.

Вспоминаю нашу стихийно возникшую вражду, то, как Вержбицкий едва не погубил наш отряд, как под личиной капитана Рассохина пытался устроить покушение на Куропаткина и Алексеева. И как каждый раз ему удавалось уйти.

– То есть – это даже не японец, а свой, причём опытный офицер, который прекрасно разбирается в нашей «кухне»! – напрягается Сухоруков.

– Боюсь, мой ответ – да.

– Да уж, не порадовали вы меня, Николай Михайлович, – грустит жандарм. – Оборотень на то и оборотень, что способен воплотиться в кого угодно… Как прикажете его искать?

– Нет уж, увольте: приказывать станете вы.

Сухоруков замирает, не веря ушам.

– Простите, что вы сказали?

И ребёнку ясно: не могу я его оставить наедине с такой проблемой. Тем более она касается и меня лично.

Растягиваю губы в улыбке:

– Приказы в таких делах – это скорее по вашей части. А я всего лишь буду вам советовать. Если, конечно, захотите ко мне прислушаться.

– Готов выслушать любой ваш совет! – Сухоруков смотрит на меня с надеждой.

– Нам снова понадобится чудесный нос того китайца… Как его…

– Вэй Чанга? – с улыбкой напоминает жандарм.

– Да, его! Он недавно здорово выручил меня! Пусть сослужит ещё одну службу.

– Какую именно?

Вместо ответа показываю на стопку фальшивых купюр.

Сухоруков с улыбкой кивает.

– Неплохо придумано, Николай Михайлович. Очень неплохо! Если Вэй Чанг нападёт на след, никогда его не оставит. Прикажу срочно доставить его сюда.

Бедный Вэй Чанг! Его притаскивают из какого-то кабачка, где старик собирался расслабиться. И, судя по слегка осоловелому взгляду, успел-таки причаститься стопкой-другой паршивой китайской водки.

– Здравствуй, Вэй Чанг! Нам снова нужна твоя помощь! – говорит жандарм. – Как себя чувствуешь?

Старик отвечает так витиевато, что я быстро теряю нить его рассуждений. Но вроде бы всё сводится к тому, что вот прям щаз в космос Вэй Чанг, пожалуй, слетать не готов, однако поводить по окрестностям длинным чувствительным носом ещё способен.

Жандарм облегчённо вздыхает.

– Слава богу, Николай Михайлович. Вэй Чанг согласился нам помогать.

Первые хорошие новости на сегодня.

Фальшивок для поисков оборотня недостаточно. Китаец просит отвезти его в место, в котором Вержбицкого (а я всё меньше и меньше сомневаюсь в том, что это не он) видели в последний раз.

– Едем к господину Астафьеву, – предлагаю я.

Там нас снова встречает Алтай.

Мне удаётся без риска для жизни потрепать его лохматую башку, потом мы идём в дом.

К счастью, «Кустов» слишком спешно и неожиданно для хозяина квартиры покинул его дом, слуга-китаянка ещё не успела сделать в комнате влажную уборку, поэтому нос Вэй Чанга ждёт целое пиршество запахов оборотня.

Какое-то время нюхач кружит по дому, заглядывая в разные уголки, затем стремительно выскакивает на улицу, оборачивается и произносит несколько лающих фраз.

– Вэй Чанг напал на след! Он ведёт в старый город, – переводит Сухоруков.

Так в Ляояне называют населённые китайцами городские кварталы с их грязью и вонью дешёвых «обжираловок».

– Вперёд! – восклицаю я.

Ужасно не терпится вынуть душу из Вержбицкого и спросить с него за смерть не только Соколово-Струнина, но и моих бойцов.

Глава 16

Однако мой энтузиазм быстро разбивается о хладнокровие Сухорукова.

– Не спешите, господин ротмистр! – просит он.

– А в чём дело? Оборотень может уйти… – удивляюсь я.

– Именно, – кивает жандарм.

– Тогда я вас совершенно не понимаю! – теряюсь я.

По идее жандарм заинтересован не меньше моего в поимке злодея.

– Китайские кварталы – город в городе, – монотонно поясняет Сухоруков. – Бывает, что туда намного легче войти, чем выйти…

– Ничего страшного: у нас есть проводник – Вэй Чанг! – Я смотрю на китайца.

Жандарм качает головой:

– В Вэй Чанге я не сомневаюсь. Он своё дело знает! Проблема в другом – вы же в курсе здешней обстановки… Того, как к нам относятся местные…

– Не понимаю вас, господин штабс-ротмистр…

– Насколько я знаю японцев, они мастера на всякие хитроумные комбинации. Готов побиться об заклад: оборотень орудует не один, в городе у него целая армия помощников, – излагает свои соображения Сухоруков.

У меня тоже были схожие мысли на эту тему.

– Тем лучше – накроем всех скопом! – радостно говорю я.

Сухоруков скептически хмыкает. Меня это