Закон вольных сталкеров - Дмитрий Олегович Силлов

– Если твоя родня не будет барагозить, я просто уйду, никому не причинив вреда, – добавил я. – После чего они спустятся, освободят тебя, и все вы будете счастливы надолго, ибо золотое основание автоклава, по моим прикидкам, обеспечит всех вас до конца жизни.

Ученый состроил жалобное лицо, насколько это было возможно с рожей, где глаз находится на затылке. Из чего я сделал вывод, что сказанное мной ему почему-то не понравилось.

– Ну, тут уж извини, других вариантов нет, – сказал я.

И, развернувшись, направился к лестнице, ведущей наверх.

* * *

Выйдя из лаборатории, на каннибальскую кухню я поднялся, готовясь стрелять на малейший шорох, – но делать этого не пришлось. Помещение было пустым, если не считать уже четырех человеческих тел, висящих на крюках в разной степени расчленения. Похоже, тут было налажено конвейерное производство мясных блюд, не зря же под названием заведения была нацарапана хвастливая надпись про лучшие в Зоне стейки и котлеты.

Только я ошибся… Похоже, хваленая сталкерская чуйка еще не до конца пришла в себя после того, как моя душа рассталась с телом в автоклаве ученого.

…Тощий, но очень шустрый повар бросился на меня из-за шкафа. Никогда бы не подумал, что за таким невзрачным предметом мебели можно спрятаться. Но у повара получилось!

В каждой руке у него было по кухонному шеф-ножу, которыми, на мой взгляд, запросто можно зарезать корову – а уж человека и подавно…

Вот не люблю я, когда меня убивать пытаются. Аллергия у меня на такие действия отдельных индивидов, причем рефлекторная. Выражающаяся в том, что я на это реагирую не думая.

И порой довольно жестко…

Повар прыгнул на меня, занеся над головой сразу два ножа и явно метя мне в шею – каким-нибудь да попадет…

В ответ на это мое тело отреагировало странно. Я вдруг на манер книжного мушкетера сделал длинный выпад своим «Вепрем», ствол которого воткнулся прямо в раззявленную пасть нападающего, кроша его длинные желтые зубы.

И выстрелил.

Отдача очень ощутимо ударила в локоть и сустав – так, что я аж невольно присел от боли.

«Ну вот на фига выпендривался? – пришла запоздалая мысль. – Не мог просто выстрелить, без выпендрежа?»

Но видя, как отброшенный выстрелом назад мутант поднимается на ноги, пришло понимание: всё не зря. Я б стрельнул, а эта тварь и с существенной дыркой в тушке вполне могла меня своим нестерильным ножом в шею ткнуть, после чего хоть обратно в автоклав возвращайся, хозяин которого теперь меня, наверно, недолюбливает…

У повара в раскрытой пасти теперь имелось отверстие, сквозь которое хорошо просматривался наполовину разделанный труп, висящий позади на крюке. Что, впрочем, не мешало мутанту идти на меня с ножом. Второй нож он выронил при падении, но мне б и одного за глаза хватило – такой клинок пропорет насквозь и из спины выйдет, если, конечно, сможет пробить мою навороченную броню.

Выяснять, насколько она действительно навороченная, я не стал, первым выстрелом отстрелив мутанту вооруженную руку. А когда его от попадания пули развернуло на сто восемьдесят градусов, я уже вполне осознанно выстрелил ему в затылок, феерично забрызгав и без того грязную кухню черными мозгами ее хозяина.

Повар рухнул на пол вниз лицом – а точнее, тем, что от лица осталось. Я же отсоединил магазин, воткнул в шахту новый – и направился к лестнице, ведущей наверх, в бар Владислава. Того самого, с двумя головами, обе рожи которого мне изначально не приглянулись. Думаю, выстрелы внизу все услышали и теперь меня ждет наверху радушный прием, к которому я после встречи с поваром уже морально подготовился.

И не зря.

Едва я мощно толкнул наверх крышку люка, как навстречу мне прямо в лицо полетела граната, после чего кто-то попытался ту крышку люка с силой закрыть…

Это был как раз тот случай, когда спасти человека может только существенный опыт боевых действий. Потому что если прощелкать нижней челюстью, ребристая «эфка» покатится вниз по лестнице и непременно рванет внизу, нашпиговав твою задницу несовместимым с жизнью количеством горячих чугунных осколков.

Лишний металл моему организму точно не требовался, это я и без медицинских анализов точно знал. Потому летящую в мой портрет гранату я сильно отбил вверх растопыренной ладонью, после чего позволил тому невидимому силачу закрыть-таки люк над моей головой.

Наверху громко хлопнуло, затем кто-то истошно заорал. Стало быть, качественная граната попалась, с непроржавевшим запалом, а то ведь нечистоплотные торговцы порой пытаются всучить доверчивым сталкерам и такие УЗРГ.

«Если доберусь до Большой земли, надо будет в бейсболе себя попробовать, – подумал я, вновь толкая крышку люка. – Вон как я, оказывается, умею ловить всякие предметы, летящие мне в хлебало».

На этот раз люк открылся легко, и я шустро выскочил наверх, в сизый дым, воняющий тротилом и жареными котлетами из – теперь я это знал наверняка! – свежего человеческого мяса.

И, разумеется, тем, кто пытался закрыть крышку люка после того, как бросил в нее гранату, был хозяин бара.

Правда, теперь его, наверно, можно было звать не Владиславом, а просто Славой, так как взрыв гранаты оторвал лысую голову, и теперь она лежала на стойке бара, бестолково хлопая глазами и разевая рот в попытке что-то сказать. Но без легких это получалось плохо, потому голова Влада лишь хлюпала кровью, натекшей из обрывка полуметровой шеи.

Слава же сейчас одной рукой зажимал другой обрывок мускулистой шеи брата, торчащей из широкого воротника клетчатой рубахи, а второй рукой пытался навести на меня обрез двустволки того же калибра, что и мой «Вепрь». То есть жахни он сейчас мне в морду – даже из одного ствола, пусть даже дробью, – вся моя и без того сомнительная красота лица превратится в кусок кровоточащего мяса.

Такой расклад меня решительно не устраивал, однако двух секунд для того, чтобы навести «Вепрь» на мутанта и нажать на спусковой крючок, у меня тоже не было.

Потому я поднырнул под линию выстрела, ушел вбок – и из этого положения долбанул ногой по двустволке.

Решение так себе, конечно, но другого не было. В результате оружие вылетело из руки теперь уже одноголовой твари, произведя при этом оглушающий выстрел – но, к счастью, струя раскаленной дроби пролетела мимо моей физиономии. И у меня появились те самые две секунды, чтобы навести свой «Вепрь» на Славу и навсегда отучить его от пагубной привычки кормить своих клиентов человеческим мясом.

Правда, к сожалению, сделать это у меня не получилось…