Два сплетенных венца - Рейчел Гиллиг

Рэйвину никогда не приходило в голову задуматься, каким образом оказались искалечены Хаут и Линден, как именно Элспет, в руках не державшая оружия, сумела рассечь их плоть. Пальцами таких рваных ран не нанесешь, даже такими, какими они были сейчас: скрюченными, словно когти хищной птицы. Но теперь, когда Кошмар вдавил кончики пальцев в его горло, Рэйвин начинал понимать: пусть на вид это были пальцы, под их тонкой оболочкой пряталось нечто иное.

Кошмар моргнул, в его взгляд вернулась осмысленность. Хватка на горле Рэйвина ослабла, но не исчезла.

«Я думал, ты усвоил урок и не станешь вторгаться в чужие мысли без приглашения. – Он оскалился. – Но ты упрямая глупая птица, не так ли?»

Рэйвин побледнел.

– Элспет. Ты… ты не можешь найти Элспет?

Кошмар не ответил, но на краткий миг гнев на его лице сменился отчаянием – и это был первый раз, когда Рэйвин увидел его таким.

Паника сдавила нутро.

«Не играй со мной, Король-пастух. Выпусти ее из тьмы, дай мне поговорить с ней. Сейчас!»

Джеспир растолкала их в стороны.

– Если вы, два остолопа, не можете сосредоточиться, я буду счастлива возглавить наш отряд. Волки дышат нам в спину.

Кошмар оглянулся, нашел взглядом волка с серебряными глазами, и улыбка стерла гнев с его лица.

– Хорошо, – сказал он. – Мы близко.

* * *

«Путь к Ольхам непрост, три обмена вас ждет. Первый – где темнота и зеркальна гладь вод».

Озеро и впрямь было похоже на серебряное зеркало: его безучастная темная гладь отражала небо, деревья и лица путешественников. Горс коснулся воды и, задрожав, отпрянул. Джеспир повесила лук на плечо. Братья Айви передавали друг другу хлеб.

Рэйвин наблюдал, как волки, теперь уже всемером, выстроились в линию в пятидесяти ярдах позади.

– Почему они преследовали нас?

Кошмар присел рядом с ним на корточки и окунул кончик меча в озеро.

– Чего ради им рисковать своими жизнями, если вода с радостью убьет нас для них?

Рэйвин взглянул на озеро: оно не выглядело смертельно опасным.

– Яд?

Кошмар подавился собственным смешком.

– Магия.

Озеро было огромным, разливаясь на многие мили, – они бы потеряли много часов, обходя его.

– Мы должны переплыть на другой берег? – спросил Рэйвин, и Кошмар кивнул. – Что за магия?

– Та, которую так любит Владычица: обмен. – Кошмар крепче сжал рукоять меча. – Капля крови – и вода сделает с нами что пожелает. Переживем переправу – и она откроет нам безопасный путь к месту следующего обмена.

Рэйвин не отрывал взгляда от воды. Что замок Ю, что лес, что это озеро – все казалось пугающе тихим в присутствии Кошмара. Словно они ждали его.

Они пролили кровь: Рэйвин порезал большой палец своим кинжалом и сжал мозолистую подушечку над озером, наблюдая, как падают в воду капли, на несколько мгновений окрашивая поверхность в алый: одна, другая, третья.

Джеспир, Горс и братья Айви сделали то же самое, надрезав ладони и капнув кровью в воду. Но стоило Кошмару поднести острие меча к собственной ладони, Рэйвин остановил его.

– Не режь глубоко, – попросил он. – Не оставляй ей шрам.

И снова появилось оно – то страдальческое выражение, скривившее лицо чудовища. То, что так походило на отчаяние. И это напугало Рэйвина больше, чем волки или озеро. Он подошел ближе и понизил голос, чтобы только Кошмар смог расслышать его слова.

– Скажи мне, что происходит. – Он сглотнул комок в горле. – Ты не можешь дотянуться до Элспет?

Кошмар смотрел в воду. Так быстро, что Рэйвин едва успел заметить, он провел пальцем по лезвию своего меча и опустил его в воду.

– Плыви быстро, Рэйвин Ю.

Он рыбкой нырнул в озеро, разбив зеркальную гладь.

Рэйвин обменялся с Джеспир напряженными взглядами. Горс оглянулся на волков, которые уже подобрались на двадцать ярдов, выругался себе под нос, нырнул в озеро, и короткие беспокойные волны сомкнулись над ним. Следом нырнули Уик и Петир, который прежде поцеловал свою счастливую монетку.

Рэйвин посмотрел на свое отражение. И может, он был напуган, а может, ему просто показалось, – но человек, взглянувший на него из отражения, не был им. Не совсем. Он даже одет был иначе: на голове был капюшон, а на лице – маска. Это был не капитан дестриэров, а тот, другой Рэйвин, – тот, что крался по лесной дороге.

Разбойник.

– Ты со мной, Джес?

– Я с тобой, – прозвучал ее голос так же близко, как звучал всегда.

Рэйвин согнул колени и, провожаемый волчьим воем, нырнул.

* * *

В легендах сиренами были прекрасные женщины, чьи песни завлекали мужчин в глубину. Они не носили черных плащей и не прятали лица за масками – они не были разбойниками. Но создание, поднявшееся из глубин озера и схватившее Рэйвина за лодыжку, – было. Его ледяные пальцы вонзились в кожу, минуя обувь, и, когда оно заговорило, у него был голос Рэйвина и лицо Рэйвина, и его серые глаза сияли.

– Не надо плыть дальше, – сказало оно. – Свобода, которой ты жаждешь, всегда была здесь, под маской. Будь тем, кем желаешь быть: люби зараженную, воруй, предавай, наплюй на королевский закон. Останься.

Это было испытание, созданное из его крови, для него: уловка Владычицы Леса, чтобы укрепить его – или утопить.

Рэйвин барахтался в воде, его легкие горели, пока он пытался ударить разбойника в лицо и вывернуться.

Тяжесть одежды и клинков тянула его ко дну, но он был силен: у него никогда не было иного выбора, кроме как быть сильным. Рэйвин вынырнул на поверхность и, хватая ртом воздух, принялся оглядываться, надеясь отыскать остальных. Он увидел Уика совсем рядом – на расстоянии, может, десятка гребков. Потом Петира, который старался не отставать.

– В воде проклятые демоны! – закричал он.

– Отвали! – где-то поблизости, захлебываясь, кричал Горс.

Наконец он увидел и Джеспир, которая быстро плыла, жадно хватая ртом воздух. Впереди всех был Кошмар – он уже почти добрался до другого берега. Какое бы чудище ни гналось за ним под водой, ублюдок его обгонял.

– Черная Лошадь, Джес! – разнесся голос Рэйвина над озером, и ледяная вода попала ему в рот. – Плыви!

Ей не нужно было повторять дважды. Джеспир на мгновение скрылась под водой, а когда она вынырнула, то ускорилась десятикратно. Горс, плывший впереди, сделал то же самое: он коснулся своей Карты Черной Лошади. И теперь они оба, он и Джеспир, превратились в одинаковые потоки, рассекающие серебристую гладь и спешащие к берегу с невероятной скоростью.

Рэйвин и братья Айви все еще были на середине озера, а монстры, живущие в его глубине,