Сиротка в Академии Мрака. Королева Теней - Мария Александровна Ерова

Мы не хотели никуда идти, наслаждаясь редкими мгновениями счастья, так неожиданно свалившимися на нашу голову. Мы не собирались вставать — ни сейчас, ни через час. Тело Себастьяна было тёплым и таким желанным под моими пальцами, а его губы, лениво скользящие по моему плечу, обещали, что утро может стать ещё приятнее.

Но судьба, как всегда, распорядилась иначе.

Дверь распахнулась с такой силой, что ударилась об стену, и на пороге застыл Николас. Его обычно насмешливые глаза расширились от увиденного, когда он застал нас такими — обнажёнными, переплетённых между собой, с простынёй, что в порыве страсти сползла на пол.

— О-о-о... - протянул он, резко развернувшись к двери, но было уже поздно. Картина явно впечаталась в его мозг навсегда.

Себастьян резко прикрыл меня покрывалом, недовольно пробурчал:- Николас, чёрт возьми, ты вообще умеешь стучаться?!

— Обычно этого не требуется! — Николас вновь повернулся, но, заметив нашу возню, заслонил глаза рукой. И я заметила, как его пальцы слегка дрожат. — Но теперь, торжественно клянусь, я буду стучать каждый раз!

Он, как всегда, попытался отшутиться, но голос его звучал неестественно высоко, а улыбка больше походила на оскал.

— Чего ты хотел? — продолжил бубнить Себастьян, спешно натягивая на себя штаны.

— Просто хотел поболтать с тобой за завтраком. Хотя, судя по всему, вы уже... перекусили.

Я натянула одеяло до подбородка, чувствуя, как жар стыда разливается по щекам. Но больше, чем неловкость, меня поразило выражение Николаса. Его шутки были слишком резкими, а взгляд — слишком тёмным.

— Пожалуйста, подожди за дверью, — сухо ответил ему Себастьян, превращаясь из пылкого любовника в себя прежнего — сдержанного, невозмутимого старосту.

Николас кивнул и выскользнул за дверь, но не успела она захлопнуться, как я услышала, как что-то тяжёлое — возможно, кулак, со стуком ударилось о стену в коридоре.

— Кажется, он расстроился, — виновато прошептала я.

Себастьян провёл рукой по лицу, вздохнув. — Да. Но это не наша проблема. Ник переживёт это как-нибудь в объятиях одной из своих подружек. Не думай об этом…

Мне ничего не оставалось, как согласиться с ним и тоже одеться. Нам и впрямь нужно было позавтракать, ведь последние накопленные силы ушли на занятие любовью…

Глава 41

— Что-то назревает.

Мы сидели и завтракали в уже знакомом мне буфете, оградившись невидимой ширмой, что скрывала от посторонних всё, что мы обсуждали. Правда, этих самых посторонних пока не было видно, в зале мы сидели одни, но я уже и сама знала, на что способна магия в этих стенах. Не обязательно было присутствовать лично, чтобы заполучить какую-либо информацию. Теневые клоны прекрасно справлялись с этой задачей, да и наверняка они были не единственной магической фишкой на этом поприще.

Наш завтрак можно было назвать мирным, если не бы не подавленное состояние Николаса, который, как ни пытался скрыть, что рад за своих друзей, всё же не мог с собой справиться, а потому даже его шутки перестали быть смешными. Я чувствовала, что он расстроен, и Себастьян, вероятно, тоже, но Волк, напротив, вёл себя так, будто он завоевал не место в моём сердце и в моей постели, а одержал победу над миром, и даже не пытался скрыть этого. Наверное, между этими двумя давно что-то происходило, и причиной тому, как мне начало казаться, была я.

Однако было кое-что важнее наших личных страстей и разборок, и каждый из нас это тоже понимал. А потому, когда мы перешли к обсуждению персоны Вааланта, все в какой-то момент облегчённо выдохнули. Правда, ненадолго, потому что информация, которую принёс нам Кот, была не самой обнадёживающей.

— Что ты имеешь ввиду? — Себастьян тут же нахмурился. Чего-чего, а его заинтересованности в деле никак нельзя было умалить.

— Он начал тайно рассылать приближённым вампирам и другим союзникам приглашение на Совет, который намерен провести в ближайшие дни. Думаю, ректор поднимет вопрос о наследовании Трона, — ответил Николас, покосившись на меня. — Он получил Силу, которой обладал король Кирис, и теперь хочет воспользоваться этим, чтобы его короновали.

— Откуда ты всё это знаешь? — ахнула я.

— Ник на правах фамильяра имеет доступ во дворец Князя Тьмы, — пояснил мне Себастьян. — В основном он и добывает всю информацию, связанную с главным вампиром, хоть это и очень опасно.

— Мы все рискуем своей головой, — не остался в долгу Николас. — И ты, Росали, теперь тоже.

Тяжкий вздох вырвался сам собой.

— Что я должна делать?

— Пока что беречь себя и не высовываться из Академии без нужды… в одиночестве, — произнёс Кот. — Мы не знаем о всех планах Вааланта, сейчас он утверждает, что ты ему больше не нужна, но я бы не стал столь беспечно полагаться на его слова. Ректор опасен — во всех смыслах. И мы должны помнить об этом.

— Ясно, — я всё же решила откусить хотя бы разок от вишнёвого пирога, хотя понимала, что сейчас мне и кусок в горло не полезет. — Можно вопрос? Если отбросить все моральные аспекты, почему вы против того, чтобы Ваалант стал королём Дарксила?

Парни переглянулись.

— Росали, — Волк и Кот заговорили одновременно, но Ник тут же умолк, предоставив право всё объяснить мне Себастьяну. — Наш мир — Мир Теней, конечно, мрачноват, но… В нём есть солнце, и раннее утро, и много чего ещё, неподвластное ночи.

— Вааланта это не устраивает? — удивилась я.

Себастьян тяжело вздохнул, его пальцы сжались вокруг чашки с кофе, словно он пытался найти в ней опору.

— Ваалант хочет не просто трон, Росали. Он хочет перекроить сам мир под свою тьму, вечную тьму, лишённую всего того, что может его уничтожить или причинить хотя бы малейший дискомфорт. И с силой, которую он у тебя отобрал, ему это вполне может удастся.

Николас мрачно кивнул, соглашаясь с другом и отодвигая от себя нетронутую тарелку:- Представь, что солнце больше никогда не взойдёт. Что утро станет просто… чуть менее чёрной ночью.

— Он не просто вампир, Росали. Он фанатик своей сущности. Для него всякая жизнь, не служащая вечной ночи — ошибка, которую нужно исправить, — добавил Себастьян.

— А ещё он ненавидит все прочие расы существ, — продолжил Кот. — Считает нас «нечистыми», неравными себе.

— Весело, правда? — произнёс Волк.

Они замолчали, и в этой паузе я вдруг поняла: это не просто борьба за корону. Это война за само право Дарксила быть таким, каким он есть. За рассветы, которые я никогда больше не увижу, но оттого они не перестанут быть