Гавани солнца - Марта Уэллс

Утес не остановился, и Луну пришлось бежать за ним вприпрыжку.

– Либо поэтому, либо она не хотела, чтобы Делин и Каллумкал были с нами, когда мы выйдем на след летающей лодки и найдем это место. Хватит терять время – пора в воздух.

– Но сперва надо кое-что сделать. Я оставлю письмо, – сказал Лун.

По пути из города они зашли в караван-сарай. Утес написал сообщение, а Лун добавил к нему немного следящего мха, чтобы растениевод Калама смог найти это место. Помощник хозяйки завернул послание в водонепроницаемую ткань, написал имена «Ниран и Диара» и поднял на шест вместе с флагом, означавшим срочность.

После этого они пошли к тракту. Покидая город, Лун оглядел лес – нет ли там отбившихся стадников, или придется охотиться на диких травоедов. На приподнятой каменной дороге стояла одинокая фигура, пристально смотрящая в их сторону. Лун замер.

– Это кетель.

– Наш кетель, – через мгновение подтвердил Утес.

Лун успел разглядеть набедренную повязку и заплетенные в косы волосы. Нельзя было менять облик на глазах у всего потрясенного города, поэтому он подавил желание перейти в крылатую форму и двинулся к тракту.

– Никакой он не наш. Мне кетель не нужен.

Но когда они подошли к ведущему на дорогу пандусу, кетель исчез. Лун вскочил на ближайшую опору, всматриваясь в песчаные холмы и высокие деревья с бахромчатыми листьями.

– Сюда, Лун!

Утес разглядывал что-то на истертых камнях дороги.

Лун нехотя спрыгнул вниз.

В пыли была нацарапана стрелка, указывающая на юг.

Они летели до самого заката, минуя холмы с огромными зонтичными деревьями, под сенью которых копошились маленькие существа, вероятно млекопитающие. Приземлившись, Лун обнаружил, что это растения, медленно уползающие от непрошеных гостей. Между деревьями мерцали лужицы и ручьи с фосфоресцирующими водорослями, и там ему удалось поймать немного рыбы.

Утес ел, а Лун в задумчивости стоял на мелководье, глядя на сияющую траву между когтями ног, пока растения-бродяги не сочли его безобидными и не решили вернуться. Тоска по выводку причиняла ему буквально физическую боль.

Внезапно его спинные шипы непроизвольно приподнялись – что-то изменилось в привычной картине теней под огромными деревьями. Он наклонил голову, прислушиваясь. Утес за его спиной резко встал.

И тут Лун учуял запах и подавил рык.

– Выходи! – рявкнул Утес.

Повисла тишина, а потом в тени кто-то шевельнулся. Из темноты, ступая по мерцающей траве, вышел кетель.

– Прекрати преследовать нас, или мы тебя убьем, – зашипел Лун.

– Без меня вы бы уже погибли в летучем лесу, – ответил кетель, и, к досаде Луна, в этом был резон.

Утес сделал шаг вперед. Кетель опустил голову, но не попятился.

– Что тебе нужно на самом деле? – спросил Утес с раздраженным рычанием.

– Я уже сказал – хочу помочь вам.

В угасающем свете трудно было разобрать выражение его лица. Владыки вообще редко использовали мимику для общения друг с другом, только для того, чтобы обмануть и заманить в ловушку земных созданий. Этот кетель, не имевший дел с земными, мог вести себя иначе, но его глубоко посаженные глаза тонули в тени.

– Где остальные из твоей стаи? – прошипел Утес.

– Больше никого нет, – ответил кетель. – Я давно отослал всех дакти обратно. Доложить ей, что я следую за вами.

«Она» – несомненно, королева-полукровка.

– Где она сейчас? – спросил Лун.

Кетель поднял лицо к закатному небу, и Лун на мгновение сжался в ожидании, что тот скажет «здесь». Но кетель сказал лишь:

– На равнине, ближе к морю. С остальными.

Утес задумчиво посмотрел на него.

– И чем она занимается? С какой целью отправила тебя вперед?

Кетель опустил голову и упрямо сжал губы.

– Владыки запретили тебе говорить нам, – догадался Лун.

Кетель презрительно фыркнул.

– Владыки…

Лун с недоумением повернулся к Утесу. Тот посмотрел на него с таким же выражением.

– Я знаю, что в твоей стае есть владыки. Я видел их на острове.

– Владыки совсем еще юнцы. Она…

Кетель резко повернулся к ним. Лун зашипел и отпрянул. От рыка Утеса ближайшее дерево задрожало и сбросило облако пушистых семян.

Кетель поспешно отступил.

– Она убила прародительницу.

Королева-полукровка уже говорила это, и Лун ему поверил. Но точно не знал, действует ли кетель по собственной воле, без внутреннего голоса, указывающего, что говорить.

– У тебя в голове нет голоса, который заставляет тебя говорить?

– Нет, – ответил кетель, но в его тоне чувствовалось едва сдерживаемое раздражение.

– С каких пор? – спросил Утес. – С тех пор как она убила прародительницу?

– Давно.

Кетель наблюдал за ними, словно пытаясь оценить реакцию. Лун изо всех сил старался не дергать чешуей. Утес так пристально смотрел на кетеля, что тот в конце концов отвел взгляд.

– Вы рассказываете истории? – вдруг спросил кетель.

Лун дернулся от облегчения. Утес вскинул голову.

– Что-что?

Кетель осторожно покосился на него.

– Тот консорт рассказывал истории.

Утес резко выдохнул, и Лун с опозданием понял, что имел в виду кетель.

– Мы не хотим слышать, каким образом консорт, которого ваша стая схватила и заставила спариваться с прародительницей, коротал время под пытками.

Кетель снова отвернулся. Будь на его месте раксура, Лун сказал бы, что он разочарован.

– Я просто подумал, что у вас есть истории.

Утес надолго погрузился в размышления.

– Расскажи нам свою историю, и мы расскажем тебе одну из наших, – наконец сказал он.

Лун стиснул зубы.

– Под «мы» ты, конечно же, имеешь в виду себя.

Утес проигнорировал его слова.

– Расскажи о ней. О твоей королеве.

Кетель, казалось, боролся с собой, эмоции едва проглядывали сквозь стоическую маску. Лун уже и раньше подозревал, что тот молод, хотя и не представлял, как стареют кетели. Теперь же был уверен в этом.

– Я был слишком мал. Но она не позволила другим убить меня. Я был на ее стороне. Остались только мы и дакти, которые родились вместе с ней. И еще несколько других дакти – слишком маленьких или слишком странных. И наш консорт. Он называл ее Отрадой.

– Он дал ей имя.

Голос Утеса не выдавал никаких чувств.

По спине Луна побежали мурашки.

Кетель замешкался, словно не зная, как реагировать.

– Потом консорт умер, и она сказала, что когда-нибудь станет достаточно крупной, чтобы убить прародительницу. Прародительница ее не боялась, потому что ее защищали владыки. Но прародительница забыла обо мне, а я тоже вырос крупным. Я убил владык, а она убила прародительницу. Помогли дакти, которые были на нашей стороне.

Лун отвел взгляд, наблюдая, как переливающиеся водоросли колышутся в течении.

– А