Магазин волшебных питомцев 3 - Сергей Шиленко

Два пластиковых ведра я отмыл дочиста, подписал маркером «только аква» — чтобы никто, включая меня самого, не вздумал развести в них хлорку.

В процедурной подключил к крану шланг системы обратного осмоса. Фильтр закашлял, зашипел, выплюнул воздух, и из второго шланга в ведро потекла тонкая струйка очищенной от всех примесей воды. Медленно. Осмос — дело неспешное. Но на приборе значилось «с использованием рун ускорения потока», так что до завтра ждать не придётся.

Морская соль тоже нашлась в складской коробке — пятикилограммовый пакет специальной аквариумной смеси, не пищевой. Я насыпал по расчёту, опустил в ведро маленькую помпу и включил. Вода закрутилась мутной воронкой, соль начала растворяться.

Пока помпа работала, я вернулся в зал заниматься декором.

Крупные пористые камни. Провёл по ним ладонью. Шершавые на ощупь, без острых граней. Ничего, что могло бы порезать нежное тело. Разложил их по дну, а в углу поставил большую пещеру. Узкий вход, глухая задняя стенка, темнота внутри. Дом для того, кто всю жизнь прятался в расщелинах.

— Дэнька — дизайнер! — провозгласил Архимед, вышагивая по прилавку. — Пятизвёздочный отель! Люкс!

Я перешёл к грунту. Принёс в зал здоровенный пакет, распорол. Коралловая крошка приятно зашуршала. Сухая, белая и очень лёгкая. Зачерпнул горсть: кругляши, пыль на пальцах. Пахло известняком и морем.

Коша немедленно сунул нос в мою ладонь и оглушительно чихнул. Крошка разлетелась веером. Мантикорёнок посмотрел на меня оскорблённо: мол, ты что мне подсунул.

— Сам виноват. Не суй нос в породу.

Я вымыл руки, засыпал грунт слоем в четыре пальца и разровнял пластиковой лопаткой, оставив небольшой уклон к передней стенке. Принёс вёдра. Положил на дно аквариума обычную белую тарелку и стал лить воду прямо на неё: струя разбивалась и растекалась, не размывая грунт.

Потом второе ведро. Третье. Между заходами — кран, осмос, соль, помпа.

Через час с небольшим аквариум был полон. Вода стояла мутноватая, но это нормально: коралловая пыль осядет за сутки. Я проверил солёность рефрактометром, нашедшимся в том же ящике: тридцать пять промилле. В самую точку. Первый этап пройден.

Я подключил внешний фильтр, залил, стравил воздух — канистра забулькала и заработала ровным гулом. Установил пенник. Две помпы течения на боковые стёкла, направив потоки навстречу друг другу, чтобы получилась мягкая круговая циркуляция, а не струя в лоб. Нагреватель выставил на пятнадцать.

И вот тут начиналась главная проблема.

Азотный цикл. Чтобы аквариум перестал быть банкой с солёной водой и стал живой системой, в фильтре и грунте должны поселиться бактерии — те, что перерабатывают аммиак в нитрит. Запустить туда животное раньше — верный способ его отравить.

Без магии на нормальный морской цикл уходит от месяца до года. К счастью, я теперь живу в мире, где на это есть свои средства. Я порылся в ящике со склада и выудил пакетик бактериальной закваски. Прочитал этикетку.

— Просрочен на восемь месяцев. Ну кто бы сомневался… Эй, Система, есть какой-нибудь полезный рецептик?

Я направил ману, и Небесная Канцелярия её приняла.

Обнаружен инертный биоматериал. Доступен рецепт реанимации: «Пробуждение спящих». Стоимость: 40 ед. маны. Результат: 100% восстановление колонии.

— Грабёж, — сказал я и согласился.

Рецепт оказался настолько простым, что я выругался. Высыпал серо-бежевый порошок в миску, добавил ложку солёной воды, размешал. Положил ладони по бокам от миски и пустил через них ровный тёплый поток с ощущением «просыпайтесь, пора работать».

Порошок зашевелился. Помутнел, вспенился, издал тихий шипящий звук. Пошёл резкий, землистый запах, как от свежевскопанной грядки после дождя.

Всё зверьё наблюдало за процессом с трибуны. Коша сидел, обвив себя хвостом. Лис навострил уши. Маруся просто ухаживала за котёнком.

Я вылил содержимое миски в аквариум. Вода на миг помутнела ещё сильнее, потом фильтр подхватил взвесь.

Хорошо. Но мало. Для полноценного морского цикла нужна ещё живая порода или хотя бы стартовая культура из готовой системы. Значит, после аттестации — на рынок.

Пока Славик поживёт в Питомнике. Там время не идёт, и ему всё равно, сутки пройдут или неделя.

* * *

В подсобке разворачивалась дипломатическая встреча на высшем уровне. Шкипер стоял в двух шагах от гнезда и разглядывал Рябу. Благородная Рунная Несушка разглядывала Шкипера. Оба сохраняли осанку. Ни один не издал ни звука. Два монарха, случайно оказавшиеся на одном приёме.

Я подошёл, почесал курице шею по перьям. Она милостиво приподнялась, и я вынул из-под неё яйцо. Зелёное, D-ранга, тёплое, покрытое золотыми светящимися рунами. Их стало заметно больше с прошлого раза.

— Спасибо, кормилица.

Потом я покормил аспида. Дракончик в террариуме сидел, растопырив серебристые пластины крыльев под лампой, и при виде банки с мучными червями застучал раздвоенным хвостом по стеклу. Я вытряхнул порцию в кормушку. Пора перестать кормить с пинцета. Жирные, шевелящиеся червяки.

Дракончик повертел головой, но быстро сообразил. Хвать! И первый червяк готов!

— Не переедай, — посоветовал я.

Всё. Дела закончены. Вышел в зал и позвал своих.

Коша — прикосновение к рыжему загривку. Лис — ладонь между ушами. Маруся — тёплая латунная лапа в моей руке. Черныш, сонный, тёплый, пахнущий пылью и молоком. Блёстка, зависшая перед лицом и напоследок обдавшая ветерком. Ранго пришлось искать и звать. Пых дрых в зале, раскинув лапы. Коснулся его, и огнехомяк растворился в воздухе.

К Шкиперу я тоже подошёл отдельно. Пингвин посмотрел на меня, вздохнул с достоинством и позволил коснуться холодного плотного пера.

Питомец помещён в Питомник (слот для неприрученных)

Потом птицы. Тринадцать штук — попугаи и канарейки, по одной, каждую снял с полки и отправил на постой. Синий с металлическим клювом напоследок успел отгрызть щепку от края стеллажа.

— Ремонт, — сказал я в пространство. — Обязательно ремонт.

Магазин опустел и притих. Только фильтр в аквариуме ровно гудел на весь зал. Я надел куртку. Архимед приземлился на плечо, вцепившись когтями в ткань.

— Инспекция! — объявил какаду. — Аттестация! Взятка! Три ореха и коньяк!

— Никаких взяток. У нас всё честно. Почти.

— Почти! — с удовлетворением подтвердил он.

Я запер магазин изнутри, прошёл через подсобку и вышел через чёрный ход. В лицо ударил сырой апрельский воздух с запахом мокрого асфальта. Со стороны Сокольников доносился привычный шум дороги.

Белый «Форд Транзит» стоял у крыльца. Я сел за руль, впустил Архимеда и повернул ключ.

* * *

До Госкомранга я доехал за двадцать минут.

Учреждение занимало трёхэтажное здание на тихой улице в Преображенском районе. Серое, облицованное панелями.