Опасная наследница второй очереди - Вера Павловна Окишева

– Давид?

Освальд кивнул.

– Тогда последний вопрос. Что не так с гостиницей?

Этот вопрос мне спать не давал. Ведь и звездному ежу понятно, что без соответствующего разрешения гостиницу не дадут развить. И я нашла того, кто в силах мне помочь разгадать загадку, как этого разрешения добиться.

– А что не так с гостиницей? – насмешливо уточнил Травин, а я предостерегающе качнула ему головой, намекая, чтобы поубавил градус веселья. Не за мой счет.

– Почему ее закрыли?

Управляющий невозмутимо ответил, слегка пожимая плечами:

– Какие-то ошибки в оформлении документов, я думаю. Вам стоит их изучить, вы сами во всем разберетесь.

– Разберусь, обязательно.

Разговор на этом закончился, и я осталась одна. Итак, Освальд Травин засланный казачок, как поговаривал мой папа. И имя у него было необычное, царапало слух. Но зато пока он на моей стороне – все хорошо. Такой союзник мне очень нужен. Наверное, в каждом клане Полуния есть такой вот шпион. Стану главой клана, тоже разовью сеть шпионов. Очень удобно и практично.

Вечером, после ужина, я вышла на охоту. Пришлось принарядиться, чтобы никто не сомневался, что я лечу в столицу в ночной клуб. Как раз вечно занятой Бенедикт еще не прилетел в особняк, можно улизнуть незамеченной. Освальд вызвал для меня такси, а на вопрос когда меня ждать, я ему подмигнула.

– Не могу знать. Вечер обещает быть очень насыщенным.

И да, в клубе я была. Столица разврата открыла для меня все двери своих заведений. Танцы, разгоряченные тела, алкоголь, но в меру, несколько раз попасть на камеры видеонаблюдения и на фото местных блогеров. Богатая наследница клана Апраксиных отрывается от души. Именно так будут звучать заголовки в ленте новостей.

Времени у меня на самом деле было не так уж и много. Чтобы спасти детей, я должна выполнить свою часть сделки. Почему-то я доверяла Освальду, хотя, конечно же, не доверяла никому. Но вот интуиция подсказывала, что управляющий сдержит слово. И поэтому я, улизнув в туалетную комнату, быстро переоделась и выбралась через окно. Выйдя из подворотни на оживленную улицу, села в такси. Через черный вход по слепым зонам добралась до квартиры Надежды. Я была уверена, что яд она хранила не в особняке. Взломав замок, я вошла внутрь и потратила полтора часа на поиски. Преступно много, но игра стоила свеч. Я нашла то, что искала и, вернувшись в клуб, еще пару раз засветилась с местными знаменитостями, чтобы с легкой совестью вернуться домой. Там меня ждал хмурый Бенедикт, который явно собирался на мои поиски или поимку.

– Какие люди! – пьяненько протянула я, разведя руками. – Где-то шлялся весь день, я даже заскучала!

Сбросив туфли, подошла к агенту и, приподнявшись на носочках, попыталась его поцеловать.

– От тебя воняет алкоголем! – возмутился он, на что я лишь обиженно фыркнула и поспешила в свою комнату.

Какой бука, вот Освальд спокойно воспринял меня, молча поднял туфли, унося их в гардеробную. Но мужчины меня сейчас мало интересовали. Первая часть плана была сделана. Осталось еще три пункта. Выключив камеры внешнего видеонаблюдения, я пробралась в спальню Давида, который ругался в кабинете с кем-то так громко, что я слышала каждое его слово. Он просил отсрочки платежа, обещал, что как только станет главой клана, то выплатит по счетам с процентами. Вот наивный. Кто ж ему даст.

Графин с водой стоял на прикроватной тумбочке, там же нашелся и стакан. Я обработала ядом прозрачные стенки так, чтобы не было заметно разводов. Яд был бесцветным и не пах. Идеальное оружие для убийства. Я, правда, не знала дозировки, поэтому отлила половину жидкости из стеклянной баночки, что нашла в квартире Надежды. Остатками яда обработала зубную щетку Давида, надеясь, что не перепутала. Но Марианна любила все броское и яркое, поэтому красную щетку я проигнорировала.

Вторая часть плана была готова, осталось создать себе алиби. Для этого я приняла душ и пришла к Бенедикту. Агент открыл мне сразу, оценивающим взглядом окинул мой скромный наряд: шелковый халат насыщенного бордового цвета до пола, такая же длинная сорочка с черным кружевом, а вот под ней уже ничего.

Я продемонстрировала открытую бутылку вина и зашла внутрь.

– Итак, продолжим наш увлекательный разговор. Ты жив, а значит, яда в том бокале не было?

Я прошлась до столика, где села в кресло и закинула ногу на ногу, поискала глазами стаканы.

– Не было, - ответил Бенедикт и принес бокалы.

Агент явно работал, экран ноутбука был черным, зато клавиатура мигала огоньками. Разлив вино, мужчина устало сел и мы выпили хорошего вина клана Апраксиных.

– Чем занимался целый день? Я беспокоюсь. Все же клан Шеменьевых достаточно влиятельный, чтобы не опасаться их.

– При этом они погрязли в грехах. Уже завтра на Полунии все изменится. Глав нескольких кланов арестуют и увезут на Землю для допросов.

– Федералы прям войну объявили простым провинциалам.

– Так уж и простым. Ты представить не можешь масштаб трагедии. Полуний стал перевалочной базой для наркодилеров и работорговцев. Кстати, клан Франт полностью весь под арестом.

– Весь? – притворно удивилась.

– Не кривляйся, тебе не идет, – раздраженно бросил Бенедикт. На миг в его глазах зажглось что-то звериное, потаенное, магнетическое. Всего на миг, но мне хватило.

– Лучше побеспокойся о своем брате. Василий тоже засветился, - попытался отвести взгляд агент, но я, не мигая, следила за ним. Особенно за его губами.

– Так арестуй его и дело с концом. Если на Давида что-то насобираешь, то вообще замечательно. Тогда тетушке Аглае достанется большая часть наследства. Она его заслужила.

Я томно вздохнула и отпила вина, невинно стала накручивать локон на палец, при этом не отводила взора. Наша игра в «гляделки» весьма возбуждала. И обстановка полумрака, и терпкие нотки вина на губах

– На Давида ничего нет, - агент продолжал делать вид, что не замечал моего пристального внимания. Его голос оставался сдержанным, ровным. – Хотя он тоже фигурировал в нескольких делах. Но пока прямых доказательств его причастности не обнаружено.

– А его жены? - била я наугад, подкидывая предположения. – Обычно много чего делается через родственников, а не от собственного имени.

Покачивая ногой, слегка задела голень Бенедикта, он лишь раз вздрогнул, но не упрекнул.

– Проверю, - ответил и нервно отпил вина.

В горле у него пересохло. Я прекрасно его