Околдованная чаем - Эми Пинто

– Это хорошо, – продолжала Чайная Ведьма, и её глаза ярко сверкнули. – Быть одиноким – значит, не иметь рядом никого, кто мог бы тебя остановить. Это значит быть свободной сделать всё ради своей мечты. Чтобы стать… великой.

Мика сглотнула и уточнила:

– Вы считаете, я могла бы стать великой?

– Да, я очень на это надеюсь, – Чайная Ведьма поправила свою островерхую шляпу и улыбнулась. – Потому что я болею за тебя, Мика Дайаан.

У Мики чуть не остановилось сердце. Чайная Ведьма болеет за неё? За неё? Это же даёт шанс, хотя и совсем маленький, на то, что ей удастся выиграть место ученицы!

Но не успела она и рта открыть, чтобы задать новый вопрос, как Ведьма шагнула вперёд в своих расшитых бисером туфельках и в мгновение ока проскользнула мимо Мики через распахнувшуюся дверь на крышу.

– Вы готовы? – громко спросила директриса.

Она стояла в центре крыши, и её бежевую тунику и шарф теребил ветер. Над их головами реял в вышине ворон Персиваля, размеренно каркая, как будто отсчитывая секунды до начала поединка. На самой верхней трибуне в окружении почитателей из числа учеников устроилась Чайная Ведьма в расшитой звёздами мантии. Та, что могла своей властью изменить жизнь Мики.

Мика сосредоточенно обвела взглядом трибуны ещё раз. Здесь не хватало не только серых. Здесь также не было и профессора Аклхака.

– Готова, – отвечала Эмери с дальнего края крыши, и Мика посмотрела на неё.

Она так и осталась в пурпурном платье в горошек. Мика даже могла разглядеть остатки прилипшей муки после недавнего разгрома. Разгрома, устроенного Микой у неё в кондитерской. От специй на столе перед нею шёл такой острый запах, что у Мики защипало в носу.

Директриса обратила на Мику такой взгляд, словно хотела сказать: «В голове не укладывается, что тебе хватило глупости вызвать Эмери».

– Готова, – ответила Мика.

Директриса кивнула и обратилась к трибунам:

– Условия простые, – громко объявила она. – Каждая ученица должна заварить чай, который вызовет волшебное существо, – Мика тут же вцепилась в косичку, а с трибун донёсся хор испуганных восклицаний. Задание было ужасно сложным. Директриса прочистила горло и продолжила: – И поскольку обе участницы носят золотые передники, вместо обмена передниками победительница будет объявлена лучшей в классе.

– А проигравшая? – послышался голос из толпы. Мика сразу же поняла, что это был Персиваль – по его гаденькой ухмылочке. – Разве правила не требуют исключения из школы?

Мика застыла, покраснев от напряжения.

– Это мы решим в своё время, – директриса погрозила пальцем и снова обратилась к соперницам: – А вам советую показать лучшее, на что вы способны. За вами наблюдает особенный почётный гость.

Мика потупилась, не отрывая взгляда от коробок со специями и чайника перед собою. Ей не требовалось оглядываться, чтобы узнать, что за ними наблюдает Чайная Ведьма. «Я болею за тебя, Мика Дайаан».

– Начали!

Под чайником зажглась горелка, и Мика развила активную деятельность, наполняя чайник молоком и сухими чайными листьями. Именно с этого начинала готовить свой чай кузина Аахори, и то же советовали все прочитанные ею книги по чаеварению. Уж если это работало у них, то сработает и у Мики! Заварка быстро нагрелась, и содержимое чайника побурело.

Толпа разразилась приветственными криками, но Мика не отважилась поднять взгляд. Нет, ей необходимо сосредоточиться на себе и только на себе. Точно как сказала Чайная ведьма.

Мика зажмурилась, стараясь вспомнить один из уроков у профессора Хомяка – один из тех немногих, которые она не проспала. Она набрала пригоршню специй и неловко поёжилась, почувствовав, как хрустит пергамент с рецептом в кармане передника. Ей нужна победа. Чтобы стать ученицей. Чтобы спасти семейную лавку. Чтобы доказать всему свету, что она не безнадёжна…

В нос ударил запах чая, и Мика вдохнула глубже. Она выдохнула и наконец-то отважилась покоситься на Эмери, криво улыбнувшись уголком рта.

Победа нужна ей была особенно для того, чтобы раз и навсегда взять над ней верх.

Стол громко заскрипел, и Мика отскочила. Началось! Волшебное существо уже в пути! Чайник зашумел, и лёгкое посвистывание сменилось неистовым кипением. Зрители подались вперёд, директриса вопросительно подняла брови, а Мика стиснула зубы.

Что-то приближалось. Что-то протискивалось на волю из чайника, высовывая по очереди одну мощную конечность за другой. Что-то ростом почти с директрису, с выпученными глазищами и липкой мордой. Что-то совершенно… зелёное?!

– Глеб?! – ахнула Мика.

Глава 22. Ведьма выбирает ученицу

Толпа застыла в молчании, пока гигантский лягух Глеб осматривался. Мика громко сглотнула. Она уж точно надеялась не на такую волшебную тварь! Она испуганно посмотрела на директрису и снова на Глеба.

Лягух успел изрядно подрасти с их последней встречи. На уродливой башке громоздилась целая моховая кочка, так что на спину свисал здоровенный буро-красный гриб. Глеб переступил мощными узловатыми лапами. Ему явно было не по себе посреди толпы зевак, да ещё на крыше, так далеко от земли. Ох, нет! Мика протянула руки.

– Глеб, Глеб, малыш! – позвала она. – Всё хорошо.

– Кри-кри! – чирикнул он, заметив наконец Мику, как будто хотел сказать: «Где же ты была, моя дорогая, моя единственная подруга? Я так без тебя скучал! И кстати, у тебя случайно не завалялось какой-нибудь лягушачьей вкусняшки?»

Из пасти выскочил длинный язык и со шлепком прилип к глазу. А затем он медленно двинулся к Мике.

– Умница, вот так, – подбодрила его Мика.

Глеб кивнул огромной башкой и прыгнул. Зрители содрогнулись.

– Хорошо, тише, тише, малыш, – Мика махнула рукой и пошла навстречу. Глеб наклонился, и она погладила его по холодной влажной коже. И с облегчением перевела дух. Кажется, всё будет хорошо. Всё будет в порядке.

Глеб не сводил глаз с Мики, и его губы вздрогнули.

– Кри-кри? – он как будто хотел спросить: «Они тебе надоели?»

– Нет, Глеб, – Мика насторожилась.

Он топнул задней лапой.

– Кри-кри! – чирикнул он, как будто хотел сказать: «А я думаю, что они тебе надоели, потому что ты такая грустная».

– Я же сказала, нет!

– Кри-кри! – он как будто хотел сказать: «Я сделал своей целью тебя развлекать!»

Мика и глазом моргнуть не успела, как он одним стремительным движением подхватил её и закинул себе на спину. Мике пришлось что было сил вцепиться в противный гриб, чтобы не упасть, потому что лягух взвился в воздух.

– О боже! – воскликнула директриса, когда Глеб перелетел через неё.

С ужасным треском он взгромоздился на трибуну. Ученики с визгом посыпались в стороны, спасаясь от грубых лап и липкого языка. Но Глеб не обратил на них внимания. Мика как раз собиралась крикнуть: «Я всё исправлю!», как снова оказалась в воздухе, цепляясь за гриб.

Глеб запрыгал с одной трибуны на другую под дождём из островерхих шляп и коричного попкорна, старательно не пропуская ни одной скамьи. Гирлянды порвались, и на поля внизу полетели золотые, зелёные и серые передники. А Глеб уже