Холод, согрей - Олег Геннадьевич Фомин

Леарит наложила на всех чары покоя. Это помогло, но пластины и кожа демона потемнели, будто покрылись сажей, кое-где пошел дымок, демон поморщился.

Более-менее устроились, а затем центром внимания стала Велира. Эгорд принялся расспрашивать, как ее похитили, где держали, что вообще видела в плену. Технические детали похищения его интересуют не слишком, против толпы искусных магов даже мастер мечей долго не повоюет.

Почти все время в плену Велира была связана, в беспамятстве, под действием морока, Эгорд сталкивался с этим заклинанием из Темной Книги. Велира видела самые плохие воспоминания, тайные кошмары, иногда в череде страшных миражей проступала морда кобры с зелеными глазами, а пару раз видела Милиту.

– Не понимаю, зачем ее похитили? – спросила Леарит.

– Чтобы мы пошли за ней, – говорит Эгорд. – Только и всего.

– Хотели заманить в ловушку? Ту самую, откуда мы только что?

– Есть подозрение, что это лишь отвлекающий маневр.

– Отвлекающий от чего? – спросил Тиморис.

– От настоящей ловушки. Как бы то ни было, надо скорее возвращаться на поверхность. Но будет сложно. Пещеры, по которым мы спускались, завалило. Не все, но многие. Милита постаралась...

– С чего ты взял? – вмешался Хафал.

Леарит тоже посмотрела на Эгорда с удивлением, как и все, но отвела взгляд смущенно, едва заметно улыбнулась каким-то мыслям.

– Ну я же маг, – отвечает Эгорд с улыбкой. – И не такое умею.

Стрекозы уже показали хозяину путь до ближайшей пещеры, изученной хорошо, Эгорд постепенно видит все больше и больше. Но все равно придется сделать крюк.

Хафал заметил в конце пещеры демона, убежал прикончить, Эгорд не стал держать, пусть развлекается, заодно устранит возможную слежку, лишь бы сам шуму не наделал.

Сгрудились вокруг небольшого кратера, в нем бурлит магма.

Подлечились, выпили зелий, Тиморис приготовил еду, но Велира отказалась есть стряпню отца. Тоже ушла, Тиморис за ней, упрашивает пожевать хоть малость.

Эгорд и Леарит сидят на земле, спины легли на борт кратера. Обнимая любимую, Эгорд слушает, как она дышит, как дышит он сам, как бурлит магма в котле.

А стрекозы сообщают, что вокруг. Картинки внутреннего зрения меняют одна другую, наслаиваясь...

Стрекозы нашли Тимориса и Велиру в пещере, полной желтых, оранжевых, красных растений. Отец и дочь сражаются друг против друга. Велира наступает, кричит, лицо искажено яростью, а Тиморис только и успевает сдавать назад, отражать, глаза круглые.

– Дочка...

– Ррра!

Лязг! Лязг!

– Дочуня, перестань, давай погово...

– Не смей сюсюкать!

Лязг!

– Я не дочуня, ты, вешалка бабья!

Велира пробила оборону отца, пинок в грудь, тот отлетел к подножию высоченного гриба у стены, шляпка дотягивается до входа в другую пещеру.

Тиморис вскочил, осмотрел быстро ножку гриба, придержав шлем.

Перехватил сабли иначе, руки теперь как лапы богомола, сабля вошла в ножку, вторая выше, первая – еще выше, и так карабкается вверх, подошвы упираться в ножку, соскальзывают, но воин взбирается ловко, как паук.

Велира сомкнула сабли в золотого летуна, тот утянул ее вверх, она зависла над отцом, пнула его по кисти, воин взвизгнул, повис на сабле, Велира сапожком по другой кисти. Тиморис с протяжным криком упал, прокатился по склону каменного пласта, вскочил, прихрамывая, убегает в соседнюю пещеру.

Велира пустила золотого нетопыря вниз по дуге, Тиморис панически озирается, уже не хромает, ноги обгоняют туловище.

– Дочка, мы можем решить культурно!

– А мы разве не культурно?!

– Это варварство!

– Ну что ты, папуля, доказывать правоту вспарыванием брюха – культурная традиция многих племен, куда меня бросала судьба, ведь рядом не было отца, который бы не позволил всяким вшивым судьбам бросаться дочерью!

Велира протаранила Тимориса в зад, тот с воплем пролетел вперед, выкатился кубарем в другую пещеру, Велира приземлилась на вмятины, которые он оставил, сабли расцепились, дочь продолжает погоню на ногах.

Тиморис поднялся, руки быстро закрутились в клубок, метнули огненный шар, но Велира отбила несчастную пародию на файербол саблей.

Тиморис вздрогнул, пустился бежать с заячьей прытью.

– Дочка, я был не прав, признаю!

Споткнулся о булыжник, растянулся, проехал по земле, ослепив дочь пылевой змеей, но Велира из этой тучи выметнулась. Тиморис едва успел вскочить, на него летит сабля, пришлось закрыться наручами.

Лязг!

– Ау! – стон Тимориса.

Его рука и сабля Велиры шарахнулись друг от друга.

Велира обрушила вторую саблю, Тиморис подставил другие наручи.

– Ааау!

Велира с рыком рубанула сразу двумя, Тиморис нырнул под одну за спину дочери, обхватил смуглянку обеими руками, поднял.

Разбойница взревела, начала вырываться. Ноги дрыгаются, предплечья с саблями машут нелепо, черный хлыст волос хлещет, Тиморис выплевывает локоны.

– Не смей лапать, юбочник потный, я тебе не портовая девка!

Велира укусила за кисть до крови.

– Ааааау! Дочка, Ямор тебя!.. Хватит!

Но Тиморис держит крепко.

– Да меня не только Ямор!.. – задыхается Велира от гнева. – Меня столько уродов, пока тебя не было...

– Больше ни один не посмеет пальцем тронуть!

– А ты что делаешь?!

– Я в воспитательных целях! Ты не оставляешь выбора, я тоже хочу жить!

Велира перестала дергаться, дышит тяжело.

– Меня и так уже не трогают. Жизнь научила давать сдачи. Мои пираты боялись меня как огня...

– Я тебе тоже... как огня, можешь не сомневаться. Надеюсь, тебе нравится.

– Еще как!

– Вот и славно. Надеюсь, вкусная еда и хорошее питье нравятся не меньше. Давай приготовлю чего-нибудь, сможешь бить меня со свежими силами еще больнее.

– Сперва руки убери!

Тиморис отпустил.

Дочь вырвалась на метр вперед, разворот, сабли ощетинились. Дышит свирепо...

Воин чуть пригнулся, готовый закрыться руками, если что, рожа несчастная.

Золотые сабли медленно опускаются, хотя взмокшее смуглое лицо всем видом кричит «чтоб тебя Ямор» и так далее. Велира сдула с глаза черную пружинку, сабля села за спину, вторая в кулаке.

Велира отвернулась, побрела прочь.

Тиморис просиял, кинулся за ней, но тут же затормозил, взгляд рыскает по земле, воин кидается в разные стороны – собирает ингредиенты для кулинарной магии...

Ночлег пришлось пропустить, нужно скорее убраться с территории Милиты.

Хорошо, что есть зелья, прогоняют усталость, дарят силы. В конце концов, Эгорд, путешествуя с Витором, обходился порой и без зелий, и без сна, и как-то все равно выбирались, в том числе – из подземелий.

Чтобы отвлечь Леарит от нехороших мыслей и усталости, Эгорд рассказывает ей истории о том,