Снова в строю - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

— Понятия не имею, — беспечно ответил я и добавил: — Но, думаю, нам следует это гостеприимное, в кавычках, место покинуть как можно быстрее.

— Согласна, в гостях хорошо, — она нервно хихикнула, — а дома — лучше!

— Идти сможешь? — уточнил я.

— Думаю, справлюсь, — ответила Настя, а потом покраснела и добавила: — Мне бы только носик попудрить.

— Ты и так прекрасно выглядишь, — отмахнулся я, поднимаясь с дивана.

— Гм, Михаил Юрьевич, в дамских комнатах не только красоту наводят, — намекнула та.

— Прости дурака, не сразу сообразил, — усмехнулся и продолжил: — Не ожидал, что такими намеками начнешь изъясняться. В госпитале-то все говорила, как есть.

— Это все пагубное влияние твоей подруги, — вздохнула Настя. — Где тут уборная, боюсь, как бы не опозориться!

Ну, сам виноват, знал же, что посыл очищения накапливает в мочевом пузыре токсины, а организм уже старается от них быстро избавиться. Беда в том, что заговорив об этом и сам ощутил позывы облегчиться.

— Пойдем искать, а если что, то используй вон тот вазон, — указал на большую напольную вазу, — вместо судна.

— Нет, ты точно с ума сошел, — покачала головой девушка.

А я вот так не считаю, если в ближайшее время интересующий нас общий вопрос не решим, то эта ваза очень сойдет за ночной горшок. Боюсь, долго терпеть не смогу, внутри все аж распирает и ныть начинает. Один из стандартных откатов, когда организм принял много лекарств для вывода токсинов. Зато можно не опасаться за яд.

Нет, никто из нас с девушкой не опозорился, уборная оказалась недалеко от библиотеки. Но госпоже Исаевой пришлось потерпеть, так как я поступил не как джентльмен и не пропустил даму вперед. В конце концов, она, после того как вдохнула хлороформ, почивать изволила, а я носился будто в одно место ужаленный.

— Это твоих рук дело? — задала вопрос Настя, когда спустились на первый этаж.

Она с любопытством разглядывала разрушения после недавней схватки. Ее не испугал вид крови и трупов, все же привычка — вторая натура.

— Ты и собачек убил? — расстроенно поинтересовалась моя спутница, когда вышли в сад.

— Нет, они дрыхнут, — усмехнулся я, — очнутся к утру.

— Уф, это хорошо, а то ведь четвероногие сторожа ни в чем не виноваты, они свою работу исполняли.

— Вот порвали бы меня на кусочки эти псы и тогда не так бы заговорила, — возмутился я. — Прости, не сумей их усыпить, то из револьвера бы расстрелял. Знаешь, если делать выбор между тобой и кем-то еще, то не задумываясь и чего бы не стоило — всех, кого смогу уничтожу.

— А если придется решать кого спасать меня или госпожу Холодную?

— Разорвусь, но никого в обиду не дам, — усмехнулся я.

— А если…

— Без если, — не дал продолжить Насте задавать глупые вопросы. — Лезь давай!

— В каком смысле? — уставилась та на меня, а потом на забор. — Господин Голицын, ты издеваешься⁈ Мне не перелезть. Давай поищем калитку или через ворота выйдем.

— Они заперты, имеют магические ловушки, а времени нет, — отмахнулся я и сцепил перед собой ладони в замок. — Не волнуйся, я тебя подсажу, потом перелезу и с той стороны поймаю.

— Но… — почему-то покраснела Настя.

— Мне не до твоего нижнего белья, к тому же, не забывай, что и без него тебя видел.

— Ты про тот случай, когда я ванну принимала и ты ввалился без спроса? — прищурилась девушка и с обидой на меня посмотрела.

— Дверь-то ты не заперла, а потом, в тех шапках пены смог разглядеть только твою очаровательную головку. Но почти сразу зажмурился от крика, который ты издала.

— Если ты не про тот случай, то…

— Хватит, у нас мало времени! Лезь, а то возьму в охапку и на забор закину! — пригрозил я.

Настя вздрогнула, такая перспектива ее не прельщает. Ножку на мои сцепленные руки поставила, а потом я девушку вверх подбросил. Моя помощница, схватилась пальцами за край забора и повисла.

— Ногами упрись в стену и попытайся подтянуться, — подсказал я, но у девушки ничего не получилось.

Правда, я ее уже схватил за руку и втащил на каменную кладку забора. Спустился вниз, обернулся, расставил руки в стороны и сказал:

— Прыгай, ловлю!

Не сразу, посомневавшись с минутку, девушка все же решилась сигануть вниз, но это произошло после того, как пригрозил ее тут одну оставить.

— Ты бы так со мной не поступил, — находясь в моих объятиях, сказала Настя, а потом уточнила: — Я же права?

— Нет, не оставил, вновь бы к тебе залез и сбросил вниз. Насмерть тут расшибиться невозможно, а царапины, ссадины, синяки — не беда. Даже заработай ты пару переломов, то их бы быстро срастил.

— Не верю, ты не смог бы так со мной поступить! — дернулась в моих руках девушка.

— Уверена? — прижал я ее к себе и шепнул на ушко: — Хочешь проверить?

— Михаил, тебе больше заняться нечем? Забыл, где находимся? Нам следует отсюда ноги уносить как можно быстрее!

И в этом она права на все сто! Дело в том, что у меня сработал магический звоночек, сообщая, что метка, поставленная на господине в котелке стремительно к нам, приближается. Две пролетки подкатили к воротам. Кто-то стал стучать в калитку и орать, чтобы открывали. Разумеется, требование выполнить никто не спешил, как и собачки ни разу не гавкнули. Перед воротами стало все более оживленно, появился и господин в котелке, который стал раздавать приказы. Мы с Настей находимся метрах в пятидесяти от них, а мой Руссо-Балт позади нас еще в паре десятка метров. Машину вряд ли опознают, но уже то, что она здесь у прибывших могут возникнуть вопросы.

— Идем в сторону авто, — сказал Насте, а сам пытаюсь поставить на незнакомых парней метки слежения.

Кстати, обновил заклинание и на господине в котелке. С ним необходимо поговорить по душам и от души! Это значит, предварительно поучив его манерам, что моих близких нельзя трогать! Ничего, успею еще этому гаду вставить трость в одно место и заставлю съесть котелок.

— Эй, вы! — заорал один из парней и замахал