Пришествие ночи 1-6 - Питер Гамильтон

— Превосходно! — Уоррен Аспиналь улыбнулся Ральфу. — Это, во всяком случае, куда лучше, чем сразу ставить зараженных к стенке.

— Даже если ноль-тау не стирает вирус, мы точно знаем, что оно сдерживает одержателей так же, как обычных людей, — добавил Ральф. — Мы можем держать их в стазисе, пока не найдем окончательного решения.

— Сколько ячеек у нас в наличии? — спросил Лэндон у Дианы.

Глава техотдела медленно сморгнула, выжидая, пока ее нейросеть отыщет требуемый файл.

— Здесь, в здании, три. На весь город, вероятно, еще десять-пятнадцать. Их используют практически исключительно в космической промышленности.

— На борту «Эквана» пять тысяч пустующих ячеек, — напомнил Ральф. — Этого должно хватить, если сработает программа корреляции. Честно говоря, если потребуется больше, нам так и так конец.

— Я немедля отправлю ремонтников отсоединять ячейки, — решил адмирал Фарквар. — Отправить их вам можно на грузовых челноках автопилотом.

— Остается только загнать зараженных в ячейки, — заключил Ральф, перехватывая взгляд Бернарда. — Что еще тяжелей, чем поймать их.

— Возможный след, — неожиданно предупредила Диана, получив датавиз от одного из ИскИнов. Все сидевшие у Первого узла повернулись к ней. — Такси покинуло аэропорт через двадцать минут после прибытия космоплана с дипломатами. Пять минут спустя процессорная сеть машины начала давать странные сбои. Еще через две минуты контакт был утерян вовсе, но машина явно осталась на ходу, потому что система контроля за движением не фиксировала пробок в этом секторе, а просто потеряла машину из виду.

Склад, где размещалась фирма «Техническое снабжение Махалия», был закупорен наглухо — один из двадцати совершенно одинаковых складов, выстроившихся вдоль южной окраины промышленной зоны, отделенных друг от друга полосами растрескавшегося бетона и рядами засыхающих деревьев, высаженных здесь, чтобы развеять общее мрачное впечатление. Длиной склад был метров семьдесят, шириной — двадцать пять, а высотой — пятнадцать; темно-серые композитные панели не прорезало ни одно окно. Снаружи здание выглядело безликим и безобидным, хотя и заброшенным. В щелях поселился омбейский ворсистый мох, вдоль одной стены громоздились в три-четыре слоя голые шасси древних тракторов, осыпаясь на бетон ржавчиной.

Ральф сфокусировал сенсоры шлема на раздвижных воротах в торцевой стене в пятидесяти метрах от него. У него и его команды ушло четыре минуты на то, чтобы добраться сюда на полицейском гиперзвуковике, следуя по отслеженному Дианой и ИскИнами следу отключений в системе контроля за движением. Вместе с ними в промышленную зону по приказу Бернарда Гибсона отправились три взвода полиции. В общем, склад полукилометровым кольцом окружили восемь самолетиков.

Из склада не пробивалось ни лучика света. Признаков жизни — никаких, даже тепловидение ничего не дает. Ральф снова просканировал стену.

— Кондиционер включен, — заметил он. — Вижу тепло мотора, и решетка шевелится. Кто-то там сидит.

— Хотите загнать туда наносенсор? — спросил Нельсон Экройд, капитан взвода ТБО, коренастый мужчина лет сорока, едва достававший Ральфу до плеча, — не совсем та внешность, которой можно ожидать при его профессии, хотя Ральф-то привык к массивным бойцам спецназа. Впрочем, он был уверен, что в рукопашной Нельсон Экройд окажется достойным противником — была в нем какая-то скрытая уверенность.

— Здание большое, возможностей для засады много, — продолжал Экройд. — Установить их расположение будет крайне полезно. А операторы у меня из лучших. Противник даже не заметит проникновения.

В голосе его звучало нетерпение — учитывая ситуацию, это может оказаться роковым недостатком. Ральф не мог представить, чтобы Нельсон Экройд и его взвод были завалены работой. Их уделом оставались бесконечные тренировки и учебные тревоги — проклятие специалистов.

— Никакой нанотехники, — предупредил Ральф. — Положиться на нее все равно нельзя. Группа проникновения должна пользоваться только стандартными процедурами поиска и захвата. Никаким данным сенсоров мы не можем верить, так что пусть будут предельно внимательны.

— Так точно, сэр.

— Диана! — датавизировал он. — Что скажут ИскИны?

— Перемен никаких. Процессоры в здании работают бесперебойно. Но электронной активности здесь и так немного, офисные и административные системы отключены на ночь, так что это ни о чем не говорит.

— Сколько человек влезает в такси?

— Шестеро. И по сведениям промышленного департамента, в «Махалии» работают пятнадцать человек. Они продают запчасти к сельхозтехнике по всему континенту.

— Будем предполагать худшее. Минимум двадцать один возможный заложник. Спасибо, Диана.

— Ральф, ИскИны засекли в сети контроля за движением еще два подозрительных следа. Я велела им сосредоточиться на движении вокруг аэропорта в период после прибытия посольских. Еще одно такси со множеством сбоев и грузовик.

— Черт! Где они теперь?

— ИскИны ведут поиск, но этих двоих найти труднее, чем первое такси. Буду держать вас в курсе.

Канал закрылся. Ральф глянул на окружавших склад бойцов — черные фигуры, скорее тени, чем люди. «Свою работу эти парни знают», — неохотно признал агент.

— Все на месте, сэр, — датавизировал Нельсон Экройд. — ИскИны взяли под контроль камеры слежения. Они не знают, что мы здесь.

— Хорошо. — Ральф не сказал ему, что Тремарко или Галлахер сразу узнали бы, окажись рядом взвод полиции. Ему не хотелось, чтобы бойцы начали с перепугу палить по теням.

— Ждем, — передал Ральф взводу. — Статус штурм-механоидов, пожалуйста.

— На линии, сэр, — отозвался взводный техофицер.

Ральф в последний раз окинул взглядом раздвижные ворота. Как ящик Пандоры: откроешь — и возврата не будет. Только сам Ральф, Роше Скарк и адмирал Фарквар знали, что если вирусоносители пройдут через окружение из бойцов, промышленная зона окажется под прицелом платформ стратегической обороны.

Он спиной ощущал, как наводятся на него сенсоры низкоорбитальных спутников.

— Хорошо, — бросил он взводу. — Пошли!

Штурм-механоид, которым пользовались отряды омбейской полиции, выглядел так, точно его создатели насмотрелись ужастиков. На семи плазматических «ногах», походивших больше на щупальца с копытами, он мог подниматься на добрых три метра и двигаться по пересеченной местности со скоростью, которой не могло добиться даже самое усиленное человеческое существо. Кольчатое продолговатое тело обладало змеиной гибкостью; к нему могли крепиться восемь специализированных конечностей, от альпинистских «кошек» до гаусс-пушек среднего калибра. Аппарат мог управляться напрямую через датавиз, мог действовать по заранее заложенной программе или самостоятельно.

Сейчас пять механоидов ринулись через стоянку перед складом, за две секунды одолев тридцать метров. В композитные листы ворот врезались вылетевшие из туловищ штурмовиков клейкие нити, образовав в четырех метрах от земли решетчатый узор. Миллисекундой позже нити взорвались; заряда направленной взрывчатки в них хватило бы, чтобы пробить метровый слой бетона. Рассеченной двери не дали даже упасть; пять штурм-механоидов врезались в нее, словно на чемпионате по синхронному разрушению. Обломки разлетелись в стороны, снося все на своем пути по центральному проходу