"Фантастика 2026-47". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Анатольевич Евтушенко

любопытство так просто не удовлетворить. Для вас, может, все тайны мира и одинаковы, а я, вот, дочитала вашу рукопись до конца и мне теперь страшно хочется узнать, что было дальше.

– Действительно, – поддержал лируллийку Штурман. – Любая история должна быть рассказана до конца.

– А рок-н-ролл, наоборот, никогда не кончается, верно? – усмехнулся Человек-Т. – Впрочем, извините. Хорошо, о чём вы хотите узнать?

– Обо всём, – заявила Вишня. – Обо всё, что с вам случилось потом. Ну самое основное хотя бы…

– Самое основное…

И Человек-Т рассказал.

Он рассказал о том, что после случая с захватом мамы и сестры, а также его непосредственного вмешательства, в ФСБ началась и довольно быстро закончилась война двух группировок. Одной, связанной самым непосредственным образом с Михаилом и его далеко идущими планами и другой, относительно молодой и здоровой, ещё не забывшей о том, что честь и Родина превыше собственного сытого благополучия. Как ни странно, победа осталась за здоровыми силами. Кого-то ушли в отставку, кого-то отдали под суд и посадили, а кого-то пришлось натурально лишить жизни. Затем наступил период относительного спокойствия и работы. Захватывающе интересной работы. Человек-Т был глубоко засекречен и под руководством российских учёных совершил много путешествий на планеты Солнечной системы и во времени. Особенно были увлекательны путешествия во времени. Многие загадки и тайны были раскрыты и многие страницы учебников истории переписаны. Но потом…. Потом наступило одиночество. Сначала ничем закончились отношения с Машей. Во-первых, оказалось, что плата за сверхъестественные возможности – полное бесплодие. С его, Леонида, стороны. Врачи не смогли помочь. Но и это как-то, наверное, можно было пережить, если бы не второе. А именно то, что она перестала его понимать. Или любить, что часто одно и то же. В общем, любовь умерла, а новая так и не родилась. Всё, что у него было с женщинами после Маши сводилось или просто к сексу или, в лучшем случае, к паре-тройке месяцев душевного эрзац-тепла. Наверное, он уже тогда начал меняться внутренне, и окружающие интуитивно чувствовали, что он, Леонид, уже не совсем человек. Да, так оно и было на самом деле. Он уже не был человеком. Он был Человеком-Т.

– Я всё больше отдалялся от людей, – продолжал Человек-Т, неотрывно глядя в пламя костра, словно видел там недоступные иным картины своего прошлого. – И они сторонились меня тоже. К тому времени тайна моего существования перестала быть тайной. Сначала всё было вроде бы хорошо. Только утомительно. Мои коллеги журналисты иногда бывают уж слишком бесцеремонны… Впрочем, я их не осуждал – сам был таким. Дело не в них. Просто… на меня стали смотреть, как на диковинное чудо-юдо. Где бы я ни появлялся – всюду меня сопровождал шепоток. «Смотрите, смотрите, это Человек-Т! Говорят, умеет читать мысли и его нельзя убить…». «Ой, девочки, а интересно, каков он в постели? Мне рассказывали, что он может всю ночь и следующий день и опять всю ночь. И совершенно не устаёт! Вот бы…». «Нет, вы как хотите, господа, а это не человек. Это мутант. Просто такая удачная мутация. Один случай на миллиард…». И всё в таком же духе. Везде и постоянно. Даже самые лучшие не видели во мне вполне человека. Они видели в первую очередь Человека-Т. Мутанта. Урода. Аномалию. Чужого.

– Вполне естественная человеческая реакция, – заметил Доктор. – Особенно для того времени.

– И не только человеческая, – тихо сказала Вишня.

– Наверное. Но мне от этого было не легче. Именно тогда я и стал задумываться о Пионерах.

При этих словах Пионер поднял голову и внимательно посмотрел на Леонида.

– Да, о Пионерах. К тому времени я уже обнаружил их следы. Сначала на Марсе. А потом, когда научился прыгать к звёздам, и на других планетах.

– И что же вы о нас думали? – спросил Пионер.

– Да ничего слишком уж оригинального. В фантастической художественной литературе всё уже было описано и предсказано. Пионеры, или Предтечи – раса разумных, которая первой вышла в открытый космос – задолго до зарождения иных рас, постигла все тайны Вселенной, а потом куда-то ушла. Вероятно в иные измерения и миры. Недоступные нам. Туда, где им интересно. Впрочем, это было, так сказать, оптимистичное предположение. По иному, пессимистичному сценарию, вы прекратили своё существование.

– Как интересно! – сказал Пионер и засмеялся.

– Я искал вас повсюду, – продолжал Леонид. – Но найти не мог. К тому времени, я уже почти перестал появляться на Земле. У меня завелись друзья на другой планете. Точнее не друзья, а, как бы это сказать… поклонники, что ли. Они считали меня чуть ли не богом и очень хорошо ко мне относились. И относятся. Я подолгу жил у них и продолжал скитаться по космосу в поисках Пионеров и пути их ухода. Иногда я инкогнито возвращался на Землю, но подолгу на ней не задерживался. Потому что раскрыть инкогнито означало вернуться к прежней жизни, от которой я как раз и убежал. А делать вид, что я обычный человек и жить обычной человеческой жизнью я не мог. Потому что я действительно не человек. Я – Человек-Т.

Некоторое время все молчали. Умник тихонько забрал пустой кувшин и принёс новую порцию «Милого Джона».

– А зачем вы нас искали? – осведомился Пионер. – Впрочем, можете не отвечать. Я сам скажу. Вам казалось, что вы такой же, как мы. И поэтому вам просто хотелось быть со своими. Так?

– Да, – сказал Леонид, – наверное. Мне и сейчас так кажется.

– Так в чём проблема? – улыбнулся Пионер и поднялся, протягивая руку. – Пошли.

– Куда?

– Домой. Ты правильно все понял и твоё место среди нас. Пошли, я тебя отведу.

– Э! – воскликнул Капитан. – Куда? А как же…

– Не волнуйтесь, – сказал Пионер. – Он сможет вернуться в любой момент, когда захочет. Впрочем, не думаю, что он захочет скоро. И вообще, чего вы переполошились? Радоваться надо! Человек, наконец, обрёл цель и новую жизнь.

– Да я ничего… – смутился Капитан. – Просто как-то неожиданно все.

– Так хорошо сидели, – добавил Механик.

– И так мало узнали, – сказала Вишня.

– Основное мы узнали, – сказал Доктор. – А больше и не надо.

– А как же рукопись? – спросил Штурман. – С рукописью-то что делать?

– Я вам её дарю, – сказал Человек-Т. Он уже стоял рядом с Пионером. – Теперь она ваша и вправе поступить с ней, как вам заблагорассудится. Можете даже сами её дописать.

– Это вряд ли, – вздохнул Штурман. – Космонавт не писатель. Космонавт читатель.

– Так что, мы уже прощаемся? – спросила Вишня и тоже встала.

И вслед за ней поднялись все.

Небо на востоке порозовело, и Человек-Т повернул голову