Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

зашагали к ближайшей арке. Я, пользуясь тем, что на улице хватало прохожих, поспешил следом и едва тем всё не испортил, поскольку парочка скрылась в подворотне лишь на миг: зашли и тут же вышли.

Я опустился, якобы завязывая шнурки, но мог бы и не суетиться: приятель Виктора сразу перебежал через дорогу к скверу и поспешил к проходной. Второй тип неспешно зашагал обратно ко входу в кафе, тут-то я его и припомнил.

Это был Семён — провокатор из распределительного центра!

Я резко выпрямился, в два шага нагнал паренька и мёртвой хваткой вцепился в его локоть, надавил одновременно пальцами и сверхсилой. Застал жертву врасплох и разом заблокировал сверхспособности, а дабы отбить всякое желание трепыхаться, сгенерировал ещё и давление, охватив сустав нематериальными, но от этого ничуть не менее жёсткими тисками.

Провокатор вмиг опомнился и попытался превозмочь мой блок, но не тут-то было.

— Не балуй, а то покалечу, — шепнул я ему на ухо и в подтверждение своих слов самую малость усилил давление.

Едва не переборщил: Семён, или как там его звали на самом деле, аж на цыпочки привстал, пришлось слегка ослабить хватку, прежде чем потянуть парня обратно в арку.

— Отпусти! Больно! — заупрямился тот, но прохожих на помощь позвать то ли не сообразил, то ли не решился.

Левой рукой я вытянул из кармана стилет, утопил кнопку, и металлический лязг заставил моего старого знакомца вздрогнуть, а уж когда уткнувшееся в поясницу острие укололо через ткань пиджака, он и вовсе судорожно сглотнул. Даже попросил:

— Не дури! Не надо!

Нож я прикрывал корпусом, со стороны его видно не было, так и прошли в арку, а оттуда — в глухой дворик. Дальше церемониться не было нужды, обработал задержанного как надо: лицом в стену, ноги расставить, свободную руку на затылок.

Семён принял случившееся за ограбление и попросил:

— Забирай бумажник и уходи!

Складывать клинок одной рукой я приноровился ещё в больнице, справился с этим в пять секунд, сунул нож в карман и без промедления охлопал пиджак провокатора.

— Бумажник в брюках! — подсказал тот и взмолился: — Да не дави ты так! Рука отнялась уже! Пальцев не чувствую!

Я это заявление проигнорировал, поскольку бумажник был мне без надобности, а ослаблю хватку, и точно дурить начнёт. Ни к чему это.

Как в воду глядел — стоило только запустить руку за пазуху, и поганец вознамерился скинуть мой блок, пришлось приложить его коленом, заставляя потерять равновесие, и тут же двинуть кулаком по почке. Кого другого бить бы не стал, а этой падали сунул в бок с превеликим удовольствием.

Вновь запустил пальцы во внутренний карман пиджака и вытянул из него увесистый бумажный пакет.

— Это витамины! — немедленно вякнул Семён. — Оставь!

Но синие горошины были отнюдь не витаминами. С первого взгляда опознал пилюли для подавления сверхспособностей, коими нас кормили в распределительном центре.

Внутри всё так и перевернулось. Это надо же! Это ж надо!

— Ну зачем они тебе? — заканючил провокатор. — Забирай бумажник, а таблетки оставь!

Я сунул пакет в боковой карман пиджака Семёна, и тот не удержался от вздоха облегчения. Дурачок!

— Что ты сейчас передал для Вити Костерка? — потребовал я объяснений.

— Кому? Какому ещё Вите?!

Изумление в голосе провокатора прозвучало естественней некуда, но меня оно не впечатлило. Вновь клацнул нож, и на этот раз остриё клинка я ткнул задержанному в ухо.

Азарт, бешенство и нетерпение сплавились в совсем уж запредельную злобу, приправленную ясным осознанием того, что начинаю безнадёжно опаздывать. А не выпотрошить эту сволочь прямо сейчас — нельзя.

— Слушай, падаль, я тебя ещё по распределительному центру помню, — не прошептал даже, а прошипел я после этого. — Ты меня в такие неприятности втравил, что с превеликим удовольствием прямо здесь кончу! Загоню нож в мозги, уже не откачают! Сколько таблеток Витя взял? Говори, живо!

— Две, — пролепетал Семён.

— Почём?

— По пятёрке за штуку.

— Зачем ему?

— Разыграть кого-то! Не знаю!

— Если обе таблетки одному человеку скормить, как быстро подействуют?

— Моментально почти.

Направление, которое приобрели расспросы, слегка успокоило Семёна, тут-то я и спросил:

— Остальные таблетки кому?

Провокатор вздрогнул и зачастил:

— Никому! Не знал, сколько Вите понадобится! С запасом взял!

Я его во вранье обвинять не стал, лишь чуть сильнее надавил ножом, и задержанный попытался отодвинуться, но не тут-то было. Из уха закапала кровь; перепугался даже, что переборщил. Впрочем — плевать!

— Кто и сколько тебе за них заплатит? — переформулировал я вопрос.

— Да никто!

— Не свисти! У тебя здесь встреча через пятнадцать минут! С кем? Сколько заплатят? Не жмись, покойнику деньги ни к чему!

Провокатор всхлипнул и запираться не стал, сознался:

— Жорж придёт. Отдаст за пакет полторы сотни.

— Что за Жорж? Фамилия есть у него?

— Не знаю!

— Выглядит как?

— Да обычно, как! Высокий, худой, патлатый…

— Сколько у него таблеток накопилось?

— Да я никогда…

— Сколько? — рыкнул я. — Не дури, они не твои уже! Тебе какое дело?

Семён неуверенно промямлил:

— Я не помню…

— Ухо есть лишнее, а? Или мозги?

Угроза подействовала, но особо память провокатору не освежила.

— Точно не скажу. Тридцать или сорок, может, больше — не помню я, он давно берёт!

Стоило бы потрошить задержанного и дальше, но время утекало, как вода сквозь пальцы, и я потянул его к выходу со двора.

— Идём! Жоржа покажешь.

— А не убьёшь?

— Даже таблетки не заберу, — пообещал я, складывая нож. — Шевелись!

В арке мы остановились, и Семён осмотрелся, затем покачал головой.

— Не вижу его.

Я и сам не наблюдал возле входа в кафе никого длинного, худого и патлатого и, поскольку не мог позволить себе тратить время попусту, повёл провокатора через дорогу.

— В сквере глянем, — пояснил я и возмутился: — Ты чего под ноги уставился?! По сторонам смотри! Покажешь его и вали на все четыре стороны!

— Больно! Не жми так!

Но я и не подумал ослабить эту хватку, напротив — приготовился предельно усилить её, как только Семён заподозрит неладное. Случилось это уже в вестибюле. Туда завёл его под предлогом осмотреться внутри, ну а на проходной всполошившийся парень дёрнулся и попытался вывернуться, но вмиг обмяк, стоило лишь надавить чуть сильнее.

— Митя, бегом сюда! — позвал я бывшего сослуживца. — Левый карман пиджака. Проверьте содержимое!

Жёлудь мигом бросил журнал и подскочил со скамейки, но его опередил начальник караула.

— Что тут происходит?! — возмутился мощного сложения дядька, грозно встопорщив усы. — Ты кто такой?

— Старший вахтёр Пётр Линь! — протараторил я, предъявив удостоверение. — Слышали? В левом кармане у него запрещённые препараты! И отправьте