Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

class="p1">— Императорские? — переспросил продавец на Дорогомиловском рынке, вытирая руки о фартук. — Есть, конечно. Свежайшие, утром самолет сел. Но, братан, они стоят как крыло от «Боинга».

— Беру два крыла, — вздохнул я. — Двадцать килограмм. И льда побольше — мне их еще везти.

Когда я грузил пенопластовые короба с моллюсками поверх упаковок с водой, «Имперор» заметно просел на заднюю ось. Теперь в салоне к запаху сыра примешался отчетливый аромат моря и йода с устрицами. И, клянусь богами прошлого мира, я искренне надеюсь, что мне не придется менять обшивку салона после этой поездки.

— Надеюсь, Шувалов оценит, — пробормотал я, закрывая дверь. — Иначе я его этими ракушками лично накормлю. Насильно.

Последний пункт. Лилии.

Время поджимало, вечерние пробки сгущались. Я нашел цветочную базу на окраине, куда навигатор вел меня какими-то козьими тропами.

— Белые лилии? — флористка, уставшая женщина в зеленом фартуке, посмотрела на меня с сомнением. — Есть партия, но она… скажем так, не выставочная. Бутоны еще закрыты.

— Покажите, — потребовал я.

Она провела меня в холодильник. Цветы действительно были свежими, стебли упругими, но бутоны плотно сжаты.

— Мне нужно, чтобы они раскрылись к завтрашнему вечеру, — сказал я, осматривая цветы.

— В тепле постоят, добавку в воду сыпанете — раскроются, — заверила она. — Зато простоят долго.

— Беру все что есть.

Охапка лилий, завернутая в крафтовую бумагу, заняла все свободное место, которое еще оставалось в салоне. Теперь сочетание запахов было настолько разношерстным, что это даже описать тяжело.

Я сел за руль, чувствуя, как ноет спина и гудят ноги. Список был закрыт.

Выехав на трассу, ведущую за город, я позволил себе немного расслабиться. Включив музыку погромче, чтобы заглушить шуршание пакетов и плеск воды в багажнике, я придавил педаль акселератора.

Подъехав к особняку, я едва не рассмеялся. Двор напоминал разгрузочную зону крупного логистического центра. У служебного входа стоял белый микроавтобус, из которого двое крепких парней в униформе кейтеринговой службы таскали ящики с продуктами и оборудованием. Григорий Палыч с планшетом в руках руководил процессом, словно дирижер.

Я припарковал «Имперор» рядом, стараясь не задеть суетящихся грузчиков.

— Виктор Андреевич! — воскликнул Палыч, заметив меня. Он тут же подбежал к машине, но, заглянув в салон, его брови поползли на лоб. — О боги… Вы что, ограбили продуктовый склад?

— Почти, — устало улыбнулся я, выбираясь из-за руля и разминая затекшую спину. — Все по списку, Палыч, и даже немного больше. Устрицы, коньяк, сигары, вода, лилии… и ТЕ САМЫЕ, как вы выразились ПАРОЧКА МОМЕНТИКОВ.

Дворецкий виновато отвел взгляд, но тут же нашелся, как выкрутиться из положения.

— Грузчики! — тут же скомандовал дворецкий. — Сюда! Разгружаем машину господина!

Парни, бросив микроавтобус, метнулись к моему автомобилю. Я открыл багажник и задние двери.

— Осторожнее с пенопластовыми коробками, — предупредил я. — Там лед и устрицы. Упаси вас небо, если оно протечет.

Работа закипела. Я тоже не остался в стороне, подхватив ящик с драгоценным коньяком и пакет с сигарами, решив, что такие стратегически важные ресурсы лучше доставить лично.

Через двадцать минут машина была пуста, а кухня забита под завязку. Повара, уже начавшие подготовку, с уважением смотрели на гору устриц.

— Ну вы даете, Виктор Андреевич, — покачал головой шеф-повар, утирая пот со лба. — Дальневосточные? Живые? Где ж вы их достали в субботу вечером?

— Места знать надо, — подмигнул я.

Оставив кухню на растерзание профессионалам, я прошел в столовую. Здесь было относительно тихо. Григорий уже убежал гонять декораторов, которые начали развешивать гирлянды в холле.

Я рухнул на стул, чувствуя, как гудят ноги. Налил себе кофе из стоявшего на подогреве кофейника. Умеет же Григорий позаботиться о хозяевах. Напиток был уже не первой свежести, горьковатый, но горячий.

Сделав глоток, я откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. День выдался суматошным, но продуктивным.

В голове всплыла мысль, которая заставила меня открыть глаза и уставиться в потолок.

Прием. Танцы, музыка, светское общество…

Грядущая перспектива весь вечер выслушивать щебетание о новых коллекциях сумочек или, того хуже, отвечать на вопросы о погоде в Крыму, меня не прельщала. Мне нужна компания. Кто-то, с кем можно перекинуться понимающим взглядом, кто не будет падать в обморок от моих циничных шуток.

Кто-то свой.

В голове тут же возник образ. Темные волосы, умные глаза и сногсшибательная красота по меркам людей.

Я достал телефон, открыл чат и быстро напечатал:

«Не хочешь прийти ко мне завтра на прием?»

* * *

Пробуждение было вязким, словно Алиса выныривала из густого киселя. Сначала вернулись звуки: тихий, размеренный гул, похожий на работу вентиляции, далекие, приглушенные шаги. Затем пришло ощущение тела — тяжелого, ноющего тупой болью в каждой мышце. Во рту было сухо, как в пустыне, а голова казалась набитой ватой.

Алиса попыталась открыть глаз, но свинцовые веки не поддавались. С первой попытки удалось лишь приподнять их, впустив тусклую полоску света, который тут же резанул по сетчатке, заставив болезненно поморщиться.

Она лежала на чем-то мягком, но это определенно была не больничная койка с жестким матрасом и запахом хлорки.

Потолок над головой был высоким, сводчатым, выкрашенным в темно-бежевый цвет. Никаких ламп дневного света — только мягкое, теплое свечение откуда-то сбоку.

— Алиса! — раздался знакомый, полный тревоги голос, прорвавшийся сквозь пелену в ушах.

Рядом послышалось шуршание одежды, быстрые шаги.

— Наконец-то ты очнулась!

Чьи-то прохладные пальцы сжали ее ладонь. Алиса с трудом повернула голову. Образ расплывался, двоился, но она узнала силуэт, темные волосы, собранные в строгий пучок, который сейчас был слегка растрепан.

— Лидия… — прохрипела она. Собственный голос показался чужим. — Г… где я?

Лидия сидела рядом на стуле, наклонившись к ней. Ее лицо было бледным, под глазами залегли тени, но во взгляде читалось такое облегчение, что Алисе стало стыдно за то, что она заставила подругу волноваться.

— Все в порядке, — раздался другой голос, мужской, низкий и спокойный. Он звучал откуда-то из глубины комнаты. — Ты в безопасности. Ты у нас в резиденции.

Алиса моргнула несколько раз, пытаясь сфокусировать зрение. Картинка медленно обретала четкость.

Комната была небольшой, но уютной, похожей на келью в дорогом монастыре. Каменные стены, дубовая мебель.

Мужчина в черном одеянии с вышитым золотым крестом на груди подошел ближе. Его лицо обычно было суровым, но сейчас на нем играла легкая, ободряющая улыбка.

Корней. Мастер Инквизиции. Друг