Азъ есмь Софья - Галина Дмитриевна Гончарова

Так что Любава отговорилась детьми.

А Маша для себя посчитала в уме. Дон Хуан ее старше на тридцать с хвостиком. И время, чтобы погулять, у нее еще будет. И для любви – тоже. Но лучше ж, когда ты – испанская королева-мать, а не русская царевна?

Куда как лучше…

Так что пара обвенчалась и уехала сначала в Архангельск, а потом и на новую родину. В Испании в это время творился бардак. Править Марианна хотела, но ты поди сумей! С этим была напряженка. К тому же кто-то шептался, что Князя морей убили по ее указке, настраивал против нее народ, а сын… сына и настраивать не надо.

Он и так старшего брата обожал всей своей недоразвитой тушкой.

К тому же…

Дон Хуан не просто так пятьдесят лет своей жизни прожил. Имелись друзья, сторонники, сотоварищи, которым инициатива «Марианны» не понравилась. А уж когда они узнали о злоключениях своего лидера…

Особенно старалась Анна Франциска де Борха-и-Дориа, в браке графиня Лемос. Дама была вице-королевой Перу, управляла нехилым куском территории без оглядки на мужа и имела здоровенный зуб на Эскуриал. После нашествий, иначе и не скажешь, пиратов, во главе с небезызвестным Морганом, чтоб ему…

Софья мельком подумала, что у дамы к дону Хуану отнюдь не платонические чувства, но беспокоиться об этом не стоило. Слишком уж оная дама набожна и честна. Хорошие качества.

Так что когда дон Хуан с молодой женой высадился в Гранаде, почва для возвращения героя была подготовлена. И для донны Марианны монастырь нашелся.

Хороший, католический, а главное – с высокими стенами и сговорчивыми сестрами. Которые не собирались ни выпускать дамочку, ни передавать весточки с воли.

Жестоко, да. Но не убили ж! И даже родной сын слова против не сказал. Так что дон Хуан был регентом Испании при его величестве короле Карлосе Втором, а его жена успела уже родить горячему испанцу сына.

Интересно, что они сейчас поделывают?

* * *

Ее высочество принцесса Мария в данный момент вытирала краешком платка умело подкрашенный глаз.

Я тебя никогда не забуду. Я тебя никогда не увижу…

Привет из далекой Руси, от сестрицы, не иначе.

История любви его величества Хуана к русской принцессе Аманде обошла уже половину мира. Персонажи были легко узнаваемы, а вот историю подчистили. В ней имелись и коварная злодейка, которая покушалась на своего пасынка, и пираты, и принцесса, нашедшая на берегу раненого героя, но – увы! Принцесса оказалась замужем, и влюбленным пришлось расстаться.

Он женился на другой, но…

Я тебя никогда не увижу. Я тебя никогда не забуду…

Рядом раздался всхлип.

Проняло даже стальную донну Эстефанию, которую Машка про себя именовала Степанидой. То-то же! А как ворчала, а как шипела, мол, это простонародное зрелище, да еще и песни какие-то подозрительные… не баллады, не канцоны! Зато сейчас сидит, сопли за мантильей прячет! Так тебя!

Сколько же трудов пришлось приложить Марии, чтобы просто выжить! Вот просто – выжить в этой Испании, будь она неладна! Здесь регламентировали каждое движение, каждый чих и пук благородных сеньоров и сеньорит. Доходило до смешного.

Например. Дворцы делились на женскую и мужскую часть, и если после захода солнца кто-то из мужчин, кроме короля, оставался на женской половине – все, смертная казнь.

Регламентировалось все.

Как есть, как молиться, ходить в туалет… Вплоть до формы ночной вазы. Разве что в кровать к ним с доном Хуаном не лезли свечку подержать. И Маша понимала, почему так тревожились за нее старшие брат и сестра. Окажись она чуть слабее, чуть безвольнее – ее бы уничтожили.

Статс-дама, властная и стервозная донна Эстефания, попросту пыталась сломать юную женщину. Маша с неудовольствием вспомнила, как ее пытались третировать, как неодобрительно смотрели, как шипели в спину… Зря, все зря! Маша не собиралась ни молиться в отведенное время, ни вышивать, ни проводить целые часы в обществе своих дам.

Размечтались! Это когда не знаешь другой жизни или скован по рукам и ногам. А она – сестра русского государя! Она таких дам на завтрак без соли слопает!

Первым делом дамам досталось за вырезы на платьях. Потом – за неуместное украшательство. За сплетни, за любовные интрижки, за ханжество. Одну Машка просто выгнала из фрейлин, заявив, что в ее свите не место особе, которая по ночам задирает юбки перед всеми желающими, а днем разбивает лоб в храме, надеясь кого-то обмануть. Либо не греши, либо пошла вон.

Тяжело?

О да. Было адски, каторжно тяжко. Утешало лишь одно – она не королева. Она лишь супруга регента. Королева появилась два года назад, кстати – тезка Маши. Только Мария-Луиза, французская принцесса. Муж наивно надеялся на наследника от любимого братца, Маша не спорила, но была твердо уверена в словах Софьи.

Раз та сказала – бесплоден, значит, хоть кабачками его обложи, а детей не будет.

Вот француженке было тяжко. До нее даже дотрагиваться не имели права. Искоренялось все. Ей-ей, Маше иногда казалось, что испанцам не нужны король и королева. Посадите пару кукол в кресла – и пусть правят! А что? Денег не просят, приказов не отдают, этикетные – насквозь! Но все верно. Работал и тянул на себе весь воз ее супруг. Ну и соратники.

Кое-кого Маша знала еще по временам царевичевой школы, по рассказам Софьи.

Шпионы?

Да, благородный дон отлично понимал ситуацию. Ну шпионы. Так от своих же, родных испанских дураков, вреда куда как больше, чем от заграничных врагов. А уж с Русью ругаться… Дон Хуан отлично видел, что Русь – его естественный союзник, особенно против Людовика.

Собственно, что пока сдерживало французского монарха, так это Нидерланды и отсутствие детей у Карла. Как ни старалась очаровательная француженка – увы! Поцелуи, ласки, сказки – пожалуйста. А вот сам процесс…

Королю это было не дано.

Так что пока наследником испанского престола официально считался их маленький Мигель. Мигель Хорхе Франциск, наследный принц Испании.

И Маша знала, что опять в тягости. Просто пока молчала. Еще месяц-полтора у нее есть, потом опять надо будет гонять лекарей, ругаться с придворными дамами и беречься убийц. Было, все было. И отравить пытались, и наемников подсылали… Если б не охрана, да не простая, а из русских, проверенных людей, давно бы ни ее, ни мужа не было. Сейчас-то чуть полегче, но в самом начале…

Маша вспомнила, поежилась… и бросила цветок на сцену. Там как раз закончился спектакль, раскланивались