"Фантастика 2026-188". Компиляция. Книги 1-13 - Харальд Хорф

— Есть немного. Лёня, сейчас не хотела срывать прелюдию, но если у нас будет следующий раз, начни, пожалуйста, с душа.

Он думал не более трёх секунд.

— Тогда бегу в ванную! Уж очень хочется ещё!

Утром он отвёз младшего научного сотрудника в общежитие, благодаря библиотечным дням девушка могла себе позволить несколько часов отдыха, Леонид себе такого не разрешил и отправился в Ленинку. Кроме того, нужно было принимать решение относительно Калинина. Что не ехать — и так понятно, но под каким соусом сообщить?

Он набрал межгород с телефона прокуратуры и нарвался на маму Лены, что было даже кстати.

— Передайте ей, что наша встреча на выходных не состоится.

— Давно бы так! Дуришь голову девке, кобель.

Да, кобель. Если бы он был сукой, то однополый секс… Фу-фу-фу…Нет, не про нас.

Леонид опустил трубку на аппарат в приёмной Каракозова, и тут выглянул сам генерал.

— Ты ко мне?

— Да. Спешил поделиться. Кажется, я нащупал след к источнику золота через Минск. Каким боком там подвязан Борисов — выясним на месте.

— Зайди.

У начальника присел на привычное кресло — ближе к окну.

— В начале года, пока мы откапывали вечно живого мёртвого Ильича, ЦК и Совмин приняли совместное заявление о развитии парка ЭВМ, особое место отведено заводу имени Орджоникидзе в городе Минске. Но ещё задолго до этого постановления вышло закрытое служебное распоряжение, касающееся Министерства обороны, Министерства среднего машиностроения и прочих министерств: выводить из эксплуатации старые ЭВМ, особенно серий «Урал» и «Минск-1», передавать их минчанам для утилизации, а также, по возможности, использования их деталей и узлов для машин серии ЕС.

— Читал в «Правде» про ЕС. Говорят, новая серия. Точно по заветам Хрущёва — догнать и перегнать Америку. Неужели наши учёные и ЭВМ сделали лучше, чем за океаном?

— Настолько хорошо, что программы и схемы полностью соответствуют американским! В «Правде» этого не пишут, а в журналах под грифом «секретно» в режимном отделе Ленинской библиотеки настоящую правду не скрывают.

— Лёня! Следи за языком.

— Да знаю… У нас в Мядельском районе после войны случай был, как раз на пятилетие Победы. Ветеран один достал бутылку самогона и говорит: вот дела, есть что выпить, есть за что выпить, а закуски нет… Донесли, забрали, вкатили срок за антисоветскую агитацию, только по хрущёвской амнистии вышел.

— Тем более. К чему ты клонишь?

— К тому самому. Нет и не может быть у первых советских ЭВМ каких-то узлов, что подойдут к современным американским аппаратам или их копиям. А из каждой электронной машины «Урал» можно выдоить больше 100 грамм чистого золота. Понимаете? Они со всего Союза свозятся в Минск и утилизируются. Кто-то очень хорошо подсуетился ради этого, пользуясь, что высокое начальство не понимает ничего во внутренней требухе разных поколений ЭВМ. Я бы в первую очередь начал трясти Орджоникидзе. Тем более в ОБХСС Минского УВД есть надёжные ребята, один, по крайней мере. Что-то раскопаем.

— Хорошо. Пусть Орджоникидзе будет первой и приоритетной целью проверки. Но и остальные заводы нельзя упускать. Посмотрим, сколько людей призовёт Самвел. И скольких привлечёте на месте. К сожалению, твои знакомые по белорусской милиции вполне могут быть связаны с криминалом. Золото — страшный соблазн. Не побоишься стрелять по своим?

— Герман Петрович! С моей подачи посадили начальника мядельского угрозыска, тот был мне как отец родной. Продажный мент — для меня ни разу не «свой».

— То-то же… Готовься. Стартуете утром в понедельник, едете на машинах, ночуете в Минске в гостинице и начинаете трясти заводчан. Удачи!

Леонид вернулся домой, ожидая трель междугороднего звонка и обиженный девичий голос, доносящийся по проводам через сотни километров. Нет, не позвонила. Зато утром в субботу его набрала Лейла, и ей обрадовался куда больше.

— По правилам этикета мужчины звонят первыми, мой рабочий ты записал. Но я в институте только в понедельник, ты уже будешь в командировке…

— Зато впереди — целое воскресенье, если не возражаешь. И можем не тянуть до вечера.

Условившись по времени и положив трубку, Леонид раскрыл записную книжку на странице, где был помечен номер Валентина Гафта.

Глава 10

10.

Если бы Лейла пришла в столь же асексуальном наряде, в котором посещала Ленинку, он вполне бы сгодился для посещения достаточно народного театра, это был не Большой, не Малый и не МХАТ. Ограниченный по времени, Гафт смог подкинуть из числа дефицитов только приглашение в Театр кукол Образцова. Но девушка не разочаровала. Когда она переступила порог квартиры Леонида и позволила помочь снять с себя дублёнку, под ней обнаружилось вполне эстетическое огненно-красное платье, очень короткое — до колен. И косметики наложила больше, как на свидание, а не для работы в библиотеке. Сняв сапоги, достала из сумки туфли.

— Я — сражён! Думал, что красивее, чем ты в ночь на пятницу, женщин вообще не бывает. Сюрприз!

Она оценила комплимент.

— Спасибо. Рада, что в платье нравлюсь тебе не меньше, чем без него.

— Платье — это обещание, что под ним окажется нечто божественное.

— Но ты уже видел! — Лейла обняла его за шею.

— А вдруг на этот раз иначе? Хочу убедиться. Только не сразу. Вдруг ты голодная?

Ответом был поцелуй. Лишнего времени на обед они не потратили.

Когда тела сказали друг другу всё, что хотели сказать, и вновь настало время устной речи, Леонид продолжил тему дресс-кода:

— Ещё раз про платье. К походу в театр оно отлично подходит. Как ты посмотришь на культурную программу?

— Опера? Балет? Психологическая драма? Впрочем, мне всё равно. На твой выбор.

Девушка лениво перевернулась на бок.

— У сатрапов более приземлённые вкусы. Сегодня премьерный показ «Необыкновенного концерта» в новом здании театра Образцова на Садовом кольце. Смотрела «Необыкновенный концерт»?

Спустя несколько лет вопрос не имел бы смысла — его телевизионную версию скоро узнает вся огромная страна.

— Приземлённые⁈ — она даже в ладоши хлопнула. — Да это просто мечта! Но билетов не достать! Наверно, ты заранее планировал…

— Планировал — когда? Мы же только познакомились! Купил, чтоб идти не с тобой? Обижаешь. Я торчал в командировке и даже примерно не представлял, когда вернусь в Москву. Так что время у меня было очень ограниченно, мой товарищ Валентин даже извинялся, что ничего серьёзнее не получилось.

— Валентин?

— Гафт.