Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

За время моего отсутствия на этой планете большие топовые кланы определились с тем, как им следует поступить с Данжем Воли, и сделали с ним большое топовое ничего.

И решили, что все остальные тоже ничего с ним делать не будут.

Они разбили возле Данжа Воли небольшой лагерь, шатров на пятнадцать, и просто следили за тем, чтобы в подземелье никто не входил.

Ну, их стоило бы поблагодарить уже за то, что они откопали вход. Наверное, так его было легче контролировать.

У входа скучало пятеро недотопов. Два танка, два мага и стрелок. Вполне возможно, где-то в невидимости еще и стелсер дрыхнет. Ребята, должно быть, изрядно проштрафились, если их назначили на этот пост.

Я отозвал «ласточку» и направился к ним неторопливой уверенной походкой в стиле «это наша территория, а вы вообще непонятно откуда нарисовались».

Судя по тому, что никто не стал судорожно хвататься за оружие и принимать позы для быстрого каста, они меня не узнали.

Или вовсе обо мне не слышали.

— Заблудился, турист? — лениво спросил танк, сплевывая через плечо.

— Мне только спросить, — сказал я и махнул свободной рукой в сторону данжа.

— Так ты у нас спроси, — сказал танк. — Если будешь достаточно вежлив, мы, может быть, даже ответим.

— Вас-то о чем спрашивать, видно же, что вы не шарите, — сказал я и включил в настройках полный доступ к своей личной информацией. Ну, чтобы не только здоровье, но и ник, и уровень, и место в рейтинге сразу всем желающим высвечивалось. — Ребят, я, как никто, ценю такие базары и иногда часами могу их поддерживать, но сегодня у меня просто настроение неподходящее. У меня был долгий тяжелый день, и я хотел бы закончить его в хорошей компании. И, если что, примечание для особо непонятливых. Под «хорошей компанией» я имел в виду не вас.

— Это же физрук, — один из волшебников оказался Архимагом Очевидность. — Второе место в общем топе.

— И он здесь уже бывал, — сказал танк.

— Все так, — подтвердил я. — И я там кое-что забыл, что так просто заскочу на минутку и заберу. Вы можете об этом даже никому не докладывать.

— Мы не можем, — сказал танк. — У нас приказ.

— Это другое дело, — сказал я. — Но я все равно войду.

— Но там уже ничего нет, — сказал танк. — Босс ушел. Теперь это не данж, а просто дырка в земле.

— Тогда зачем вы ее охраняете?

— Потому что у нас приказ.

— Ты хотя бы сам понимаешь, насколько странно это звучит? — спросил я.

— Это политика клана, — сказал танк. — Я в нее не вникаю. Приказали стоять, я стою. Приказали никого не пускать, я никого не пускаю. Я тебя уважаю, физрук, но мне не нужны проблемы.

— Тогда зачем ты их так настойчиво ищешь? — спросил я.

Вместо ответа он положил правую руку на меч, а в левой материализовал здоровенный щит. Я покачал головой.

— Если ты обо мне слышал, то должен понимать, что это не поможет.

— Но никто не упрекнет меня, что я не попробовал.

Откровенно говоря, мне не хотелось их убивать. Да, они были околотопа, и на всех наверняка висели Амулеты Воскрешения, но уж я-то знал, что стопроцентной гарантии респауна они не дают.

А эти игроки не были моими врагами. Они всего лишь оказались на моей дороге в самый неподходящий для этого момент.

Поэтому я стал действовать аккуратно.

Для начала я сокрушительно пнул изготовившегося к бою танка в коленную чашечку, отчего его нога выгнулась в другую, не предназначенную для этого природой, сторону. В моей прошлой реальности человек после такой травмы скорее всего остался бы хромым на всю жизнь, а тут ему стоит полежать полтора часа в тенечке и он снова будет скакать козлом.

Второму танку я смазал стальным кулаком по башне. Он был парнишка крепкий, так что сдерживаться я не стал.

Его глаза закатились и он стал медленно оседать на землю.

Еще до того, как он осел, я ткнул Архимага Очевидность Клавдией в солнечное сплетение, а обратным движением воткнул рукоятку биты второму магу в живот.

Оба согнулись, обхватив себя руками, и потеряли подходящее положение для каста.

В следующий миг я увернулся от стрелы, пущенной в меня лучником практически в упор. Он попытался было наложить на тетиву вторую стрелу, когда я погрозил ему пальцем.

Он кивнул и убрал тетиву обратно в колчан.

— Это было последнее китайское предупреждение, — сказал я. — Я все-таки войду. Любой, кто последует за мной, умрет. Я доступно излагаю?

Он судорожно кивнул.

— Запомни сам и передай другим, — танк со сломанной ногой попытался дернуться, и я для острастки пнул его в голову.

А потом продавил спиной радужную пелену входа и оказался в данже.

Танк со сломанной ногой оказался прав.

Когда Брюс покинул свой пост, а на смену ему никто не пришел, магия ушла из этого подземелья, и туда ей и дорога. На мою психику здесь больше ничего не давило, воздух не напоминал кисель, уровни не начали стремительно падать.

Просто дырка в земле.

Не знаю, зачем они ее охраняют. Может быть, просто на всякий случай.

Пройдя метров пятьдесят, я остановился и обернулся. Никто за мной не шел. Разве что какой-нибудь стелсер, но тогда он должен быть очень хорош.

Впрочем, все стелсеры этого мира для меня сейчас никакой опасности не представляют. Их кинжалами только наноботов изначального мира смешить…

Виталик, что было вполне ожидаемо, находился ровно в том месте, где я его и оставил. Он сидел, привалившись спиной к стене, а на его окаменевших коленях, сжимаемые окаменевшими руками, лежал его верный дробовик. С окаменевшим указательным пальцем рядом со спусковым крючком.

Я положил Клавдию на пол и достал из инвентаря древний могущественный артефакт. Он все еще выглядел достаточно невзрачно и не производил впечатление древнего могущественного артефакта. Интересно, что бы сказал Такеши, когда его увидел?

Наверняка он бы подумал, что я пытаюсь его наколоть.

Я покрутил Венец Демиурга в руках, пытаясь почувствовать исходящие от него эманации силы, способной менять существующую вокруг нас реальность, но ничего, кроме его тяжести, так и не почувствовал.

Но все же я был уверен, что наколоть меня Магистр не пытался. Артефакт не был заслуженной наградой за отлично выполненный квест, это была всего лишь приманка, которая должна была вывести на меня Селену и организовать встречу, которую один из нас должен был не пережить.

Я не питал по отношению к Селене особо теплых чувств. Делая свою работу или то,