Фантастика 2026-111 - Сергей Витальевич Карелин

Ловким движением нацепил ошейник на него, скрутив его концы узлом на тонкой шее ублюдка. Заметив меня, княжич попытался атаковать Инсектом, но не смог.

Отлично, минус один.

Вскоре пыль всосало в вентиляцию, и я увидел Михайлова-старшего. Он слепо брёл посередине, пытаясь протереть глаза. Я схватил его сынка за ногу, как дубинку, и князь в этот момент заметил меня. Он не решился использовать Инсект, зато я решился использовать его сына. Вмазал пару раз по мужику его собственной плотью и кровью, а потом выкинул.

Уже хотел ему череп пробить, как князь, лёжа у кровати, что-то сделал руками, и невидимая нога ударила не вертикально, а горизонтально. Проще говоря, пнула меня и вдавила в колонну.

Я видел, что княжна пытается помочь. На стенах и полу начал появляться лёд, но слишком медленно. Да и Василиса едва стояла на ногах, держась за дальнюю стену.

— Я убью тебя! — прошипел князь. — За моего сына, ублюдок!

Меня ещё сильнее вдавило в колонну. Потолок надо мной начал крошиться и осыпаться. Не, ну если так и дальше пойдёт, то меня тут завалит!

В этот момент в подвал влетел огромный шерстяной шар. Следом кубарем вкатился герцог, тут же развернувшись и пустив длинную очередь из автомата в коридор. Кто-то вскрикнул, умирая. Альфачик прыгнул вперёд и попытался перегрызть глотку князю, но тот увернулся.

В комнате становилось тесновато. Это плохо. Зато численный перевес теперь на нашей стороне. А это хорошо.

Лютоволк снова атаковал, оттолкнувшись от одной колонны, чтобы увернуться от атаки князя. Достаточно проворно для такого крупного зверя. И почти сомкнул челюсти на голове Михайлова. Буквально за миг до смерти ублюдка я мысленно остановил волка.

Потому что юный княжич, избитый и со сломанной рукой, держал у горла княжны нож. Василиса вжалась в стену, пытаясь отодвинуться от острого лезвия, и посмотрела на меня, будто смутившись от того, в какую ситуацию попала. Ничего, голубовласка моя, я тебя вытащу.

— Отпустите моего отца, — прохрипел княжич, харкая кровью. — И дайте нам уйти. Или вашей княжне конец.

Больше условий выставить он не успел. Герцог растаял в воздухе и тут же появился возле Михайлова-младшего. Тот даже среагировать не успел, как отправился в полёт. Его встретил мой кулак. Хорошо так встретил. Насквозь. Через секунду я стряхнул обмякшую тушку на пол, как грязную тряпку. А его папаша заскулил:

— Не убивайте! Я… я всё расскажу!

— Зачем? — пожал плечами Билибин. — Нужда в вашем признании, Ваше Сиятельство, пропала ещё пару сотен патронов назад.

Он был прав. Хватит показаний княжны. Я приказал Альфачику выпустить князя, дав мысленную команду «Плюнь каку!»

Затем герцог закончил начатое. Оба Михайлова были мертвы. Последний выстрел поставил жирную точку в этой истории. Герцог снял палец со спускового крючка — всё было кончено.

Мрачная радость опустилась на мои плечи. Наконец-то всё позади. А князь с сыном получили то, что заслуживали.

Я подскочил к княжне и взял лёгкую как пёрышко девушку на руки. Она обвила мою шею руками и уткнулась лицом в грудь. Я отозвал Инсект. Решил, что не очень приятно поливать слезами морёный дуб.

— Ты в порядке? — спросил её тихо.

— Дай мне пару минут, — прошептала она.

— У нас их нет, — вернул нас к реальности герцог Билибин. — По дороге сюда видел дружины князя Разумовского и герцога Короленко. У них много людей и техники, и они идут сюда…

Снаружи донеслись звуки выстрелов.

— Подчищают хвосты, — догадался я. — Михайловых списали в утиль.

Герцог кивнул:

— И похоже, они уже начали. Скорее, уходим!

— Не уйдём, — качнул я головой.

Радость улетучилась. Поместье князя грозило стать могилой и нам.

— Унеси её. — Я передал княжну на руки герцогу. Та попыталась вцепиться в меня руками и ногами, но я был настойчив. — Используй Инсект и унеси за пределы поместья.

— Нет! — кричала Василиса. — Как ты можешь так со мной? С нами? Тебя же убьют!

— Да с чего это? — пожал я плечами. — Это вас убить могут, а меня вряд ли. Уходи, Макс, а я пробьюсь сам.

Герцог кивнул и растаял вместе с княжной в воздухе. Только тень мелькнула, улетая по коридору. Я с облегчением выдохнул. Одному будет гораздо проще.

Вдруг снаружи донеслась натуральная канонада взрывов. Будто целый воздушный флот лупил изо всех пушек по поместью!

Стены и потолок дрожали и осыпались кусками бетона и штукатурки, пока я бежал по подвальным коридорам, сбивая лампочки головой.

Взрывы не утихали, а только приближались.

Вашу ж мать, да на меня сейчас весь особняк рухнет! Мы так не договаривались!

Глава 14

Глухо рокотали взрывы и звуки стрельбы. Потолок над головой трескался и посыпал мои плечи пылью и каменной крошкой. Лампы раскачивались и мерцали от перебоев с электричеством. Уцелевшие колонны рядом со мной начали ломаться и осыпаться, и я бросился бежать.

Быстрее-быстрее-быстрее! Пока меня тут не похоронило вместе с Михайловыми!

Я выскочил из комнаты, где остались тела охранников и князя с княжичем. Альфачик, поскуливая, следовал за мной.

Близко от особняка взорвалось что-то крупное, и пол тряхнуло. По стенам поползли трещины. С оглушительным треском сзади начал рушиться потолок, и нас накрыло густое облако пыли. Она лезла в нос, рот, глаза. Я посторонился, пропуская напуганного зверя вперёд, дал ему мысленную команду, чтобы выбирался наружу и не ждал меня. В крайнем случае, если меня завалит, просто останусь в Инсекте. Уже проходили такое.

Но повторять тот опыт я совсем не хотел!

Двигался на ощупь, то и дело натыкаясь на стены коридора. К счастью, я помнил путь, каким пришёл. Наконец, увидел в пыльной завесе тусклый свет. Лампа над входом. Снаружи ночь, так что светить могла только она.

Стрельба и взрывы стали громче, нетерпеливо залаял волк. Я выскочил наружу и тут же согнулся в приступе кашля.

Чёртова пыль.

Потом ещё шальная пуля разбила лампу над моей головой. Волк прижался к земле и прижал уши.

Вокруг шла настоящая война.

Выход из подвала был сбоку от основного входа, в восточном крыле. Трёхэтажный богатый особняк зиял провалами выбитых окон, крыша местами провалилась внутрь. Та же судьба постигла некоторые стены.

Люди князя Михайлова ещё продолжали сопротивление, занимая позиции внутри особняка и на большой лестнице крыльца. Постепенно их заставляли отступать с улицы чужие бойцы. А в небе темнела громадина дирижабля. Кажется, тёмно-синего, но в ночи не разобрать.

Прожекторы на его бортах рыскали в поисках целей, по которым вёлся постоянный огонь, и крупнокалиберные снаряды орудий взрывали