Наставникъ 2 - Денис Старый

Он забрал рукописи, план на книгу, обещал, что посмотрит. Я же обещал, что в самое ближайшее время начну писать. И пускай этот мир уже в ближайшем будущем узнает, но не о Шерлоке Холмсе, а о русском провинциальном, но у которого получилось получить достойное образование, между прочим, в Ярославской гимназии учился главный герой будущих романов… И вот он, бедный дворянчик, страдающий от того, как назвали родители, Евпатий Холмогоров станет грозой и петербургской, и московской преступности.

Так что? Получится ли у меня стать писателем? А это уже совсем иная жизнь. Это другие возможности. И тогда, скорее всего, я смогу чуть больше помочь и себе и Насте и России.

От автора:

Я попал в 1942 год вместе с объектом по изучению БПЛА. Война, леса, враги вокруг — и только беспилотники из 2025 помогают мне выжить

https://author.today/reader/517746/4891074

Глава 13

18 сентября 1810 года, Ярославль.

Только вышел Плавильщиков, как тут же зашёл Никифор Фёдорович Покровский. Непосредственный начальник, вернулся в собственный кабинет.

— Прошу простить, господин директор, но у меня складывается такое ощущение, что будто бы ко мне в кабинет входят. Я сижу здесь, люди входят, выходят, вот даже и вы… — усмехнулся я, желая как-то сгладить углы юмором.

— Давайте, господин Дьячков, свои ощущения вы всё-таки направите на то, что попробуете разобраться во множестве бумаг, чтобы привести их в порядок. Неделя осталась до приезда проверки, а у меня… Все плохо. И уже цените то, что я в этом признаюсь перед вами. Смею надеяться, что у нас всё получится, — сказал Покровский-младший, начиная ходить по углам своего кабинета и небрежно сваливая в общую кучу огромное количество документов, явно не системных, разложенных абы как.

— Да, тут не один день работы, — сказал я, не так чтобы сгорая от желания работать.

Покровский промолчал. Было видно, что ему несколько стыдно признаваться, что не справился со своей работой.

А я, похоже, что на сегодняшний день почти что справился с вызовами, вот, даже деньгами обзавелся. Единственное, что Самойлов… Скоро эта фамилия станет для меня синонимом чего-то грязного, дурно пахнущего. Ну никак он не хочет идти на мировую. И не понимает выгод своих. Ну или я не так объясняю. Да и к черту! Сыграю, попробую разобраться по честному ли тут обыгрывают добропорядочных горожан, или нет.

Ну а пока… Я взял первую бумажку и посмотрел, что это своего рода накладная на поставку капусты в столовую. Сконцентрировался, вчитался… Благо что в этом времени больших проблем с почерками не было. Все старались выводить буквы прямо, красиво, читабельно. Ну и текст был не канцелярский, а скорее, как есть. «Я передал… у меня приняли» так что понять можно.

— Вот, господин директор, уже за это вас могут наказать, — показал я бумагу Покровскому. — Где же это видано, чтобы за пуд капусты платили почитай рубль с десятиной. Был я давеча на рынке, так нынче можно и за полрубля купить больше пуда доброй капусты.

Покровский лишь хлопал глазами и всем своим видом показывал недовольство. Это он так тяжело воспринимает мою критику, а если бы подобное нарушение нашёл ревизор, то что, мой бы директор? Расплакался? Впрочем, у меня складывается ощущение, что он, скорее, готовится не к тому, как с честью пройти проверку, а как с честью побриться под каторжанина и принять суровое наказание, может быть, даже в виде повышения.

Ну как с таким малодушием идти в руководители? Или тут и другие похожим образом могут реагировать? А все те, кто обладает настоящим мужским характером, нынче служат? Может быть, и так, хотя я же не служу. Но считаю, что вполне сильный духом.

И это меня, признаться, несколько терзает.

«Что же ещё сделать для того, чтобы приблизить победу не начавшейся войны?» — просматривая бумаги и начиная их сортировать, систематизировать, создавать номенклатуру дел, думал я.

«А будет ли всё-таки Полковников-Ловишников пробовать создать ту самую пулю, о которой мы с ним так долго разговаривали?» — продолжали в этом же направлении течь мои мысли.

Нужно постараться сделать многое в педагогике и не только в ней, чтобы, когда у меня будет особый порыв отправиться на войну и сделать там хоть что-то, я бы обязательно мог, не особо терзаясь сомнениями, отправиться и помочь своей стране в этой Отечественной войне. Ну и оставить же нужно после себя наследие. А уже потом…

Как бы это не звучало трусливо, но и без моего войну выиграют. А вот множество изобретений, которые могли бы появиться в России, без меня не появятся.

Я продолжал перебирать, сортировать, читать документы. И все не только Самойлов является откровенным преступником. Покровский, младший из братьев, определённо совершил преступление. И классификация этого преступления — халатность. Ну и сюда можно было бы приплюсовать нерадивость в ведении документации, откровенный подлог и подделку документов.

Так что, обязательно бы нашлось то, за что и Никифора Фёдоровича отправить за решётку. И при этом он же чуть ли не божий человечек кристально чистой души. А мог бы при других обстоятельствах и сесть.

— Итого выходит, что за отчётный период, за год, по документам, которые мы смотрели, недостача вышла в тысячу четыреста двадцать рублей, — подвёл я итог кропотливой и нелёгкой работе.

Много ли это? Да, очень. Правда не думаю, что за такую сумму тот же Самойлов, явно же имеющий легальной коммерцией немало, мог бы за такие деньги пойти на злостное преступление? Да, мог бы.

Была уже глубокая ночь, возможно, где-то и ближе к рассвету, часов у меня не было, а спрашивать всё время у Покровского опасался. Нет это не тот страх, когда действительно чего-то боишься, это психологический прием.

Когда узнаёшь вдруг, что уже часа четыре утра, а ты всё ещё не спишь, начинаешь паниковать, что утром тебе на работу, что уже через пару часов вставать. Так что я решил поберечь свои нервы и не думать, сколько времени, чтобы пойти спать со спокойной душой. И два часа сна — это тоже сон.

— Как вы справились? Я предполагал, что мы два дня, не меньше, будем разбирать все эти бумаги, — видимо, сильно растерявшись, сказал Никифор Федорович Покровский, когда я назвал ему окончательную сумму недостачи.

—