Бабочка на золотой шпильке - Алексей Котейко

– Какие шутки? Идея Ла-Киша опубликовать портрет блондина в газетах оказалась просто превосходной. Один мой знакомый «кот» припомнил, что видел этого господина у девочек, работающих на северо-западе Дубового Холма.

– Каких ещё девочек?

– У «честных куртизанок». Местечко называется «Три сестрички». Это что-то вроде салона, почти у границы с Сити. Его держат две девушки, которых зовут, – Вути сделал драматическую паузу, – Роза и Лилия.

– Прямо цветник, – беззлобно фыркнул Те Каеа.

– Лилия… – глаза Шандора раскрылись чуть шире. – Погоди, если их две – почему тогда «Три сестрички»?

– Понятия не имею, – развёл руками Абекуа. Потом кивнул дракониду:

– Про цветник ты прав. По словам моего «кота», девочки очень даже соответствуют своим именам. Чистенькие, ухоженные. Это тебе не уличные проститутки. В их салон заходят дельцы из Сити, люди влиятельные, при деньгах.

– И при этом там же ошиваются два опиумных наркомана? – ввернул Равири.

– Видимо, они не такие простые наркоманы, как нам показалось. В конце концов, мы ведь даже не знаем их фамилий. Кто поручится, что это не громкие и весомые фамилии?

Компаньоны помолчали, обдумывая такое предположение. За окном уже сгустились сумерки, сквозь приоткрытую форточку в контору долетали обрывки возобновившихся гуляний: смех, гитарные аккорды, переливы аккордеона, выкрики, нестройное пение. В дверь постучали, и на оклик Равири: «Входите!» мальчишка из паба «Петух и колокол» внёс большую плетёную корзину. По комнате тотчас потянуло запахом жареной рыбы и крепкого пива.

– Господин Ульрих извиняется за задержку! – пропыхтел посыльный, опуская корзину на пол посреди помещения.

– Ничего страшного, – Лайош бросил пареньку монетку, тот ловко поймал её на лету и, коротко поклонившись, умчался. Те Каеа принялся распаковывать ужин.

– Как бы то ни было, – заметил Абекуа, присоединяясь к дракониду, пока Шандор доставал из шкафа кружки, – мой информатор клялся и божился, что ничего не попутал. Он довольно точно обрисовал и Зигфрида, как его тебе описывали ростовщики.

– А что «кот» вообще делал у салона «честных куртизанок»?

– Понятно что – ловил клиентов, – Вути достал из заднего кармана брюк большой складной нож и, щёлкнув лезвием, принялся нарезать пирог. Потом остановился, приоткрыл крышку на сковороде и, подхватив одну рыбку, целиком отправил её в рот. – Ты не поверишь, – продолжил он, жуя, – какое это прибыльное занятие. Понимаешь ли, девочки из салона далеко не всегда соглашаются на то, чего хотят их посетители. Скандалить с «честными куртизанками» – себе дороже. У них же всё официально, враз вызовут констеблей и выставят буяна. Но недовольному клиенту ведь надо где-то найти то, чего ему не предоставили. Вот и…

– Ясно. И когда в последний раз Бартоломью с Зигфридом посещали «Трёх сестричек»?

– А это как раз самое интересное, – Абекуа салфеткой вытер нож, закрыл его и снова спрятал в задний карман брюк. – Зигфрид появился в салоне в четверг, ближе к вечеру. И «кот» не видел, чтобы наш парень оттуда уходил.

– Это ещё ни о чём не говорит, – заметил Равири, разливая пиво. – Хотя, конечно, можно проследить за салоном, и если подозреваемый прячется у этих девушек, то дальше нужно будет просто известить Ла-Киша.

– Если он там прячется, то уж наверняка не на виду, – скептически заметил Вути. – И вот на этом моменте утренние публикации портретов начинают играть уже против нас. Зигфрид, вполне возможно, знал, куда намерен отправиться Бартоломью. А если знал, то сказки про обнаруженное на улице тело его не убедят. Он сообразит, что с приятелем случилась беда, и затаится в своей норе. Так что, – муримур отправил в рот ещё одну жареную рыбку, – я бы предложил скрытно проверить, что творится в салоне. И для этого заслать туда Лайоша.

– Я вообще-то помолвлен, – сыщик взял свою кружку и глотнул пива.

– Ну и что? Я же не предлагаю тебе изменять невесте! Это салон, дружище. Туда приходят не только для того, чтобы переспать, но и чтобы просто приятно провести время. Тем более сегодня, в последнюю ночь карнавала, там наверняка будет гораздо более пёстрая публика, чем обычно – и ты в маске легко затеряешься среди завсегдатаев.

Глава 17. «Три сестрички»

– У меня есть для вас ещё один подарочек, – заявил Абекуа, когда компаньоны покончили с ужином и начали готовиться к выходу.

Муримур подошёл к своему плащу, висевшему на вешалке, и достал из кармана плоскую деревянную коробочку квадратной формы.

– Это что, сигары? – полюбопытствовал Равири.

– Не-ет, – усмехнулся Вути. – Это, друзья мои, техника.

Он откинул крышку и компаньоны увидели лежащий на зелёной бархатной подложке металлический диск с каким-то выступом по центру.

– Абекуа… – начал было Лайош.

– Не волнуйся, это не от Юлиуса. И при этом законно. Ну, почти.

– Абекуа!

– Проблем у нас не будет, – пообещал муримур.

– Где ты взял камеру? – поинтересовался Те Каеа, с интересом рассматривавший шпионский фотоаппарат.

– Ну, сперва я хотел договориться с Юлиусом на рассрочку. Шестьсот крон вместо четырёхсот, только на год, по пятьдесят в месяц.

– Но не договорился, – Шандор глядел на приобретение с таким видом, словно это была бомба с часовым механизмом.

– Честно говоря, даже не пытался. Пока я ехал к своим, мне подумалось, что для начала можно поспрашивать у папаши. Я так и сделал, и он подсказал мне ребят, через которых, скорее всего, наш ловкач Юлиус получил и свой экземпляр. А раз я уже знал, где можно купить без посредников, не было смысла платить этому балбесу. Тоже мне, нашёл дурачка.

– Дай-ка угадаю, – в агатовых глазах Равири блеснули озорные огоньки, – те ребята никогда не заполняли таможенных деклараций?

Муримур оскалился:

– Я всегда считал, что на таможне слишком много суеты.

– Сколько? – Лайош склонился над коробочкой, чтобы поближе рассмотреть камеру.

– Всего сто пятьдесят крон.

– А те твои ребята, – сыщик помолчал, что-то прикидывая, – живут в Лайонгейт?

– Нет, – ухмылка Абекуа стала шире. – И это как раз самое замечательное. Они из Абертана. Собственно, поэтому сто пятьдесят. Скидка, по-свойски. В Лайонгейт наверняка можно достать такой же агрегат, но обойдётся это дороже. У моих новых знакомых более надёжные контакты со Штирвальдом, ведь уголь оттуда везут как раз по реке.

– У меня при себе только тридцать, и неизвестно, сколько потребуется отдать в салоне. Так что я тебе верну свою долю завтра, – сказал Лайош.

– Я тоже, – присоединился Равири.

– Это подарок! – запротестовал Вути.

– Нет, старина. Всё должно быть по-честному, на троих.

– Или ты сейчас же унесёшь камеру домой, – Те Каеа протянул руку и коснулся крышки, будто намереваясь закрыть коробочку.

– Вот же упрямые, – проворчал Абекуа. – Ладно, согласен! А пока что надевай эту красавицу – проверим,