Алхимик - Галина Мерзлякова

прогуляться. Ну как посовещавшись… Сяо Ма — надо выяснить, как нормально зовут парня — просто сказал, что он в лес. На моё резонное возражение:— Там же опасно! — мальчишка неподдельно удивился и уточнил:— Там? Да в этот лес даже малые дети ходят. Тут из опасного — кривые тропинки.

Уточнять, где тогда охотник наохотил шкуры волков воот такого размера, что могли без проблем проглотить не только Красную Шапочку, бабушку и волка, но и всю деревню в придачу на ужин или обед, я не стала.

Как оказалось, я не слишком правильно воспринимала саму мысль прогуляться по лесу. Опять срабатывали намертво въевшиеся установки городской жительницы, для которой лес — это просто чуть более дикий парк. При этом, находясь на тропинке от города до домика и обратно, эту часть леса я тоже воспринимала как безопасную, удобную и практически парковую зону. А вот стоило свернуть с тропинки — и всё становилось не так радужно. Буквально с первых же секунд я начала бояться заблудиться. У Сяо Ма такого страха не было. У осла, кстати, тоже. Решила довериться своим спутникам. Я отпустила себя и принялась собирать сухостой, да и вообще всё, что попадётся на глаза. Травник вытаскивать из дома не решилась, но некоторые грибы с пометкой «съедобные» перерисовала на обрывках бумажек — сделаем себе этакие шпаргалки. Таким образом, в мою небольшую корзинку полетели несколько грибочков, усмотренных мною исключительно чудом, десяток непонятно каких ягод и небольшой букетик цветов. Единственное, что меня смущало, — это то, что на мои передвижения от гриба к цветам и обратно и осёл, и Сяо Ма смотрели с некоторым снисхождением, как на ребёнка неразумного. Периодически очень хотелось развернуться и напомнить им, что я здесь главная, но потом мне на глаза попадался кустик, цветочек или ягодка, и я опять забывалась.

Таким образом я вышла на заросли деревьев, ветки которых гнулись к земле от обилия плодов. Эти ягоды я обожала ещё в своём мире и обычно с премии покупала килограмм, а то и два, и наслаждалась сладковатой, похожей на желе мякотью. Единственное, что я не любила делать, так это чистить их. Впрочем, сейчас это не мешало мне увлечься сбором личи. Помимо того, что их просто можно съесть, я была уверена, что из них можно приготовить чай, а ещё семечки личи можно прорастить, посадить, и у нас во дворе будет своё собственное дерево! Интересно, а есть способы заготовить ягоды впрок? Может, высушить? Когда буду в городе в следующий раз, надо будет спросить у вдовы Шэнь, может, она что-то да знает. Ну и заодно ягод ей принесу как гостинец. И дядюшке Ли тоже — мелочь, а старику приятно будет.

Полностью погрузившись в сбор ягод, я упустила, как Сяо Ма нашёл меня и окликнул:

— Госпожа Лу Шиань.

Я вздрогнула, почувствовав себя кошкой, которую погладили против шерсти, и, переведя взгляд на мальчишку, уточнила:— Мне не нравится, когда ты меня госпожой называешь, — напомнила я. — Можешь называть по имени или, если уж очень хочется, то сестра Шиань.

Может, это был не самый подходящий момент, но лучше поздно, чем никогда, а то как представлю, что меня будут постоянно звать госпожа Лу Шиань, так сразу начинает голова болеть. Мелкий только хмыкнул:

— Вот, сестра Шиань, вам это должно понравиться.

— Что это? — заинтересовалась я, глядя на полную самодельную корзинку каких-то плодов.

— Дикие сливы. Там чуть дальше дерево есть, — указал мальчишка.

А у меня в голове что-то щёлкнуло. Кажется, я знаю, чем мы будем ужинать, ну или обедать завтра. Я хочу харчо!

Глава 15

Когда мы спустились в город за мясом, мелкий всё бухтел и бухтел, бухтел и бухтел. Вот, казалось бы, с того момента, как я объявила о новом походе, прошло уже три дня, пора бы принять и смириться, но нет. Сяо Ма казалось, что мы слишком много тратим. На его рачительный и хозяйственный взгляд совершенно не было никакого смысла покупать какое-то дополнительное мясо, если можно использовать сушёных зайцев, которых он принёс от охотника. Крыть мне было нечем, кроме одного: я с трудом представляла себе харчо на сушёных зайцах.

За то время, что мальчишка числился моим… ну, пожизненным слугой, а по факту рабом, он успел залечить практически все свои синяки, ссадины, отъесться и округлиться. Да и в общем и целом выглядел довольным жизнью. А я привела в порядок вещи, которые выдала вдова Шэнь, кое-что перешила, подогнала по размеру, и теперь он уже не походил на уличного побирашку, а выглядел как более-менее приличный мальчик из не очень богатой семьи.

Было бы неплохо купить ему обувь, но с этим было сложно. Как я понимаю, обувь почти вся либо шилась на заказ, либо своими руками. Если сшить одежду для меня проблемы не составляло — спасибо исходному телу, — то вот с обувью я даже не знала, как это решить. Мои туфельки тоже были далеки от идеала. С плотной подошвой были только одни, остальные — мягкие, тканевые, но зато богато украшенные вышивкой. Моей, кстати. Точнее, вышивкой Лу Шиань. Интересно, как это пропустил торговец Ли? Впрочем, это даже хорошо, иначе бы он меня разул. Уж это-то ему бы совесть точно позволила. Правда, я слабо представляла, кто бы рискнул купить ношеную обувь. Хотя… Если эта условно чья-то ношеная обувь будет давать условные плюс пять к ловкости, скорости или делать шаг бесшумным, думаю, найдутся желающие. С учётом того, что у меня даже платье даёт свой плюс к скрытности.

Я невольно нахмурилась. По всему выходило, что в моём скромном жилище, открытом всем ветрам (мы его даже не запирали, когда уходили), немало ценных вещей. Там, конечно, мыши на хозяйстве, но что эта троица может? Ну, кроме как смотреть умильно из щёлки в полу. Оставалось надеяться, что дядюшка Ли в интересах своей торговли не будет