Корректор. Назад в СССР. Часть 3 - Влад Радин

Она мне сказала, что не против личной встречи. И этот Дима вроде тоже. Но пока ничего не выходит. По разным причинам. Главным образом из за этого Димы. Он отказывается бывает очень занят. Так, что встреча всё срывается и срывается.

— А может быть это банальный розыгрыш? Вот представь, что нет никакого молодого парня Димы, а есть какой ни будь ветхий старикашка, который удовлетворяет свои сексуальные потребности, телефонными разговорами с молодой девушкой. Где, кстати, работает этот самый Дима? Неужели он так загружен на работе, что не может изыскать пары часов, для встречи с Вероникой?

— Вроде в каком то КБ. И да, живёт он не в Краснознаменске, а в Семаково. И поэтому вроде пока не может выкроить время. Хотя вроде и сам жаждет встречи. А насчёт розыгрыша… Ну не знаю. Вероника, клятвенно заверяла меня, что никакого розыгрыша тут нет.

— Вечно у нашей Вероники, всё, никак у других людей,- глубокомысленно изрёк я.

Через неделю с небольшим я под вечер возвращался домой из центра города. Проезжая возле остановки напротив которой располагался галантерейный магазин, я вдруг заметил, стоящую на тротуаре Вику Потоцкую, в руках которой был букет из роскошных тюльпанов. Рядом с ней стоял высокий, парень в джинсовом костюме.

— Видимо, Вероника, всё таки сумела встретится со своим телефонным ' воздыхателем' — подумалось мне,- вылезти, что ли и посмотреть, что это за Дима такой.

Мысль конечно была глупая. Какое мне в конце, концов дело до личной жизни Потоцкой? Но почему то я решил незамедлительно последовать за ней. Выскочив с задней площадки троллейбуса, я нацепил на нос импортные светозащитные очки ( три пары их, принесла нам позавчера Октябрина в подарок, в знак благодарности), хотел было двинутся к Потоцкой, но застыл вдруг с поднятой ногой.

Бросив ещё один взгляд на стоящего спиной ко мне парня ( при этом он очень удачно закрывал от меня Потоцкую, так, что Вика не могла видеть меня) я испытал вдруг острую тревогу. Хотя я никогда в жизни не видел этого парня, но вот как то он мне не понравился. Просто очень не понравился. Можно сказать, что с самого первого взгляда. Не понравился до такой степени, что я испытал буквально приступ острой тревоги за Вику.

Чадя соляркой к остановке подъехал «Икарус» на котором было написано 116 Краснознаменск — Семаково. Вероника с «Димой» быстро залезли в среднюю дверь. Как видно «Дима» сумел уговорить Потоцкую посетить его родные пенаты.

Не теряя ни секунды я заскочил в «Икарус». На мой счастье Вика и Дима находились далеко впереди и в принципе им было бы наверное трудно заметить меня ( а мне, напротив, было видно их совсем не плохо).

' Икарус' двинулся вперёд. Автобус проезжал одну остановку за другой, люди входили и выходили из него, а моей главной задачей было не попасться на глаза Потоцкой и одновременно не упустить из виду её и её нового приятеля. Пока мне удавалось успешно решать эту задачу. Я видел, что Вероника, села на сиденье, а её спутник, нагнувшись рассказывал ей, что то увлекательное.

Тем временем автобус выехал за пределы города и катил по шоссе по направлению к Семаково. Вскоре за окнами замелькали дома этого предместья Краснознаменска.

— Остановка Пятницкая,- раздался из динамика голос водителя. Двери «Икаруса» открылись и Вероника со своим спутником вышли на улицу.

Выскочив вслед за ними, я немедленно отвернулся, заметив, что Вероника смотрит в мою сторону. Сделав два шага, я подошёл к стоящему возле остановки мужичку лет сорока, несколько запойного вида.

— Слышь зёма,- обратился я к нему,- сигареты не найдется?

— Найдётся, почему не найтись! — ощерил он свой щербатый рот, густо пахнув на меня застарелым перегаром.

Покопавшись в своём кармане он вытащил на божий свет смятую пачку «Ватры» и протянул мне одну сигарету.

— Спасибо зёма,- сказал я ему, зажав в кулаке сигарету,- век твою доброту помнить буду!

Тем временем я заметил, как Потоцкая со своим спутником прочь от остановки. Я прикурил сигарету ( огонька пришлось попросить всё у того же мужика) и как только Потоцкая с кавалером отошли на достаточно большое расстояние от остановки, осторожно двинулся за ними в след.

Нужная мне парочка в начале шла от остановки прямо по улице, а затем свернула влево. Прикуренную сигарету я бросил в попавшуюся мне по пути, ближайшую урну ( вот никогда не мог понять, как с удовольствием можно курить такую гадость!). Содержимое урны было подожжено и из неё валили густые клубы дыма. Впрочем, надо сказать, что подожжённые урны, равно, как и загаженные грязными ногами уличные скамейки ( почему то в СССР было принято сидеть на спинках скамеек, поместив свою грязную обувь на сиденье, почему не знаю) были непременной деталью городского пейзажа в позднем СССР. Честно говоря, меня всё это бесило неимоверно, но воспитывать ' хомо советикуса' особенно в его русской ипостаси, и особенно в таком пролетарском предместье, каким было Семаково, было занятием во — первых, совершенно безнадёжным, а во — вторых, крайне рискованным. «Хомо советикусы» крайне болезненно воспринимали любые критические замечания в свой адрес, стремясь сразу же при помощи кулаков, кастетов и велосипедных цепей отомстить обидчику. Впрочем эта психология гопников не исчезла и в двадцать первом веке. Наоборот она расцвела ещё более пышным цветом, что позволяет сделать вывод, что общественный строй здесь в общем то не причём, а всё дело в неких изначальных этнических стереотипах поведения.

Вика со свои спутником довольно быстро шли по улице. На моё счастье навстречу мне попадалось много людей, что позволяло мне беспрепятственно осуществлять слежку. Конечно филёр из меня так себе ( с этим ремеслом я был знаком только из книг и кинофильмов), но с другой стороны Вика и её новый приятель вряд ли ожидали того, что кто то будет наблюдать за ними, когда они идут по улице, и вряд ли они были обучены навыку отрываться от наружного наблюдения. Так, что на мой взгляд мы находились в равных положениях, и моей задачей было слишком очевидно, не попасться им на глаза.

Наконец Вика со своим спутником ещё раз свернули влево, я ша ними и через сотню метров мы оказались во дворе панельной двухэтажной ' хрущёвки'. Они быстро пошли через двор и зашли в средний подъезд. Я побежал за ними. Когда я вбежал в подъезд, со второго этажа до