Балкания - Александр Ермак

уже во весь рост и тянулся дальше, пытаясь сделаться еще выше. Глядя поверх голов Тони и Стефана, он обвел рукой пространство вокруг себя. – Но их будет очень немного, и, как показывает история, их можно сломить иначе. Так, в тринадцатом веке католическая церковь предприняла альбигойский крестовый поход против катаров. Предлог – еретические воззрения катаров, которые верили, что Иисус Христос и Мария Магдалина были супругами. Катары отличались миролюбием. Их главной целью была простая, скромная, добропорядочная и мирная жизнь. Подобный характер катарской религии привлекал к ней множество верующих, и это не устраивало католическую церковь. Результат: за годы похода было убито более ста тысяч человек – катаров и простых жителей. В частности, в городке Безье крестоносцы велели жителям-католикам выдать проживавших в городке еретиков, но те, несмотря на угрозу отлучения от церкви, отказались выдать катаров и пообещали защищать их. Взятие города вылилось в настоящую резню, унесшую жизнь пятнадцати тысяч человек – мужчин, женщин и детей, среди которых было всего двести двадцать два катара. Огнем и мечом действовали крестоносцы, насаждая веру Христову. Они освобождали территории, присваивая их богатства. И мы – крестоносцы наших дней! Афганистан, Ливия, Ирак, Украина. Еще погибнет немало людей, но мы добьемся своего! Мы заставим всех верить так, как нужно, как это выгодно нам!

Произнеся эти слова, Марк застыл, как римская статуя, обнаженный, указующий куда-то в темноту перстом.

– А потом? Правильно ли я понимаю, что когда в Балкании все устроится и она будет полностью подчинена как материально, так и духовно, то…

Тело Марка по-прежнему оставалось неподвижным. Потом шевельнулась голова. Марк как будто всматривался в Стефана:

– Хм, как ни странно, но ты все правильно понимаешь! Подготовительная работа идет по всему миру. На разных этапах. Когда мы отработаем новую Библию здесь, то пойдем дальше – сначала по ближайшим, соседним странам. Потом возьмемся за всю Европу, за Азию, за весь мир. И для тебя найдется работенка – Коран, Трипитака… Что домик?! Сможешь купить себе весь Капри целиком! Мы, стоящие над ними, над этим развращенным и разъединенным быдлом, будем иметь все, что захотим! Все будет так, как завещал нам их великий и всемогущий:

«Когда подойдешь к городу, чтобы завоевать его, предложи ему мир; если он согласится на мир с тобою и отворит тебе ворота, то весь народ, который найдется в нем, будет платить тебе дань и служить тебе; если же он не согласится на мир с тобою и будет вести с тобою войну, то осади его, и когда Господь Бог твой предаст его в руки твои, порази в нем весь мужеский пол острием меча; только жен и детей, и скот, и все, что в городе, всю добычу его возьми себе и пользуйся добычею врагов твоих, которых предал тебе Господь, Бог твой…»

Мы – крестоносцы наших дней!..

Неожиданно Марк покачнулся, закрыл глаза и начал медленно оседать. Тони с готовностью подхватило обмякшее тело, снова уложило его на мраморное возвышение посредине купели.

Стефан хотел было броситься на помощь, но Тони остановило его успокаивающим жестом и теми словами на английском, которые знало:

– Все нормально! Все хорошо!

Видимо, такое с Марком происходило не в первый раз. Из темноты снова возникли двое других Тони. Сбросив с себя накидки, они присоединились к Тони-первому в купели. Принялись в шесть рук массировать тело Марка. У того дернулся кадык. Не открывая глаз, Марк заговорил с придыханием:

– Целуйте, рабы! Целуйте меня все! Целуйте меня всего!

Стефан развернулся на выход, но остановился, услышав:

– Писатель, ты еще здесь? Ты вспомнил, о чем мы говорили в Кувейте?.. Если бы не Беркли!.. Да, целуйте, рабы! Целуйте меня все! Целуйте меня всего!..

В ПЕЩЕРЕ

Боян отвез Стефана, молчавшего всю дорогу, обратно в Трен. Войдя в квартиру, тот первым делом налил себе полный бокал виски и залпом опрокинул его. Рухнул в кровать.

– Потерпи, Стефано! – ладонь лежала на его горячем лбу. – Бог терпел и нам велел!

– А зачем он терпел? Он не мог сходить в аптеку или вызвать врача?

– Не мог.

– Он был очень-очень болен? Больнее, чем я?

– Да, в жизни бывает намного больнее…

– А Авелю было больно?

– Конечно!

– А Каину?

– И ему тоже!

– Они были любовниками?

– Что ты такое говоришь!

– Они – свиньи, свиньи, свиньи! Они все – свиньи, свиньи!

– Что ты, о чем ты?

– Я знаю, знаю, что им нужно!..

Утром, вспомнив о том, что работа с Соломоновыми островами ведется и что ему совсем не хочется оставаться слишком долго, Стефан засел за работу. Он хорошо представлял себе, что и как делать: оставить часть из первого подготовленного варианта, а к ней добавить кое-что вычеркнутое им прежде из оригинальной Библии и новое – то, что нужно Марку. Писать с нуля предстояло не так уж и много. Больше времени уходило на обдумывание того, что и чем именно заменить, где и в каком виде сделать новые вставки. Утро, день, вечер. Утро, день, вечер. До сдачи работы осталось двенадцать дней, одиннадцать дней, десять, девять.

Когда до завершения работы осталось совсем немного, он решил, что может позволить себе прерваться. Сходит за продуктами и заодно разомнется, проветрит голову.

Выйдя на улицу, он тут же порадовался своему решению. Приятный свежий вечерний воздух просто сбивал с ног. Над головой, даже сквозь свет городских фонарей, виделось множество звезд. Казалось, они мигают, моргают и сладко шепчут с высоты: «Капри… Капри… Капри…»

Чтобы продлить приятную прогулку, Стефан пошел к магазину кружным маршрутом. Шагал по улочкам и переулкам не спеша, подняв голову вверх, улыбаясь звездам и своим мыслям: финал уже полностью сложился в голове. Нужно было только написать. Еще каких-нибудь несколько часов работы – и свобода: «Капри. Капри. Капри.»

Утонув в сиянии звезд и мечтах о будущем, он не обратил внимания на шум сзади, на звук приближающихся шагов. Потом наступила темнота. Как будто накинули мешок на голову. Сковывая движения, его крепко обхватили несколько пар рук.

– Не сопротивляйтесь, не кричите, и мы не навредим вам, – прошептали ему в ухо голосом, очень похожим на тот, которым пели «Три журналиста пошли коверкать Слово. Один из них разбился. Другой подавился, а третий.».

Стефан ничего не успел ни сказать, ни сделать, как ему связали руки за спиной. Провели несколько шагов, потом аккуратно усадили, как он понял, на заднее сиденье машины. Автомобиль тут же тронулся с места, натужно взревев видавшим лучшие времена мотором.

Опыт военных командировок