Цифровой призрак - Николай Некрасов

ФИО: Иванов Андрей Сергеевич.

Пол: мужской.

Возраст: 32 года.

Фамилия и имя показались мне знакомыми. Откуда же я его знаю?

— Ну-у, — он с издевкой посмотрел на меня. — Соображай быстрее.

Он точно не нападал на меня в пабе, точно не мог быть нигде в МФО, потому что там со мной общались только девочки, и точно не мог быть сотрудником «ТехноДрайва» — я слишком хорошо помнил события того дня и не забыл бы такую наглую рожу.

— Что, я так сильно не похож на себя, когда надеваю костюм? — спросил он, и они со вторым мужиком обменялись усмешками.

— Если ты намекаешь, что я видел тебя без костюма, то это — очень вряд ли. Я предпочитаю девочек.

— А какую сторону силы предпочитаешь, уже определился?

И вот оно! Щелкнуло! Передо мной стоял хлыщ из торгового центра, который так бесцеремонно влез с расспросами, когда я смотрел видео на своем смартфоне. Без футболки Бэтмена и с зализанными назад волосами его было сложно узнать.

— О-о-о, — он покрутил пальцем у виска, — начал соображать, да?

— Тебе че надо? — рявкнул я, понимая, что «костюмы» не только пасли меня, они уже и вступали со мной в контакт, о котором я даже не подозревал.

— Сразу к делу, да? — ответил он вопросом на вопрос. — Хорошо… — потянулся к папке, лежащей на столе, и раскрыл ее. — Поговорим…

* * *

Алена была не единственной, кто записывал все мои передвижения. У Бэтмена, как я окрестил этого наглого тощего псевдопрограммиста, на меня тоже имелось досье. Рассказывать, что именно в нем содержится, он желанием не горел, но отчетливо дал понять, что знают они больше, чем мне бы хотелось.

— Значит, это вы приперлись в мой любимый паб, чтобы скрутить меня и привезти в свой клоповник? — спросил я, с наигранным презрением рассматривая окружающую обстановку.

— Именно мы, — спокойно ответил он, игнорируя мой выпад. — Только никто не собирался вести тебя силой. А ты почему-то напал на Сергея, который всего лишь должен был следить, чтобы ты не вышел из паба, пока тебя ищут двое других наших сотрудников.

— И зачем я вам сдался? Ну знаете вы, что я всякое умею, и что теперь — на винтики меня разберете?

Он усмехнулся.

— Ты такой же, как и мы. Нам нет смысла разбирать тебя на винтики. Только в отличие от тебя, мы знаем, как все работает. И для чего. А ты — случайная переменная в большом сложном уравнении.

— И зачем вы меня сюда притащили тогда?

— Мы решили провести инструктаж и обозначить границы.

— Вы это кто? Стремная группка избранных? Сверхлюдишки с завышенным ЧСВ?

Он развел руками.

— Мы простые офисные клерки, если можно так сказать. Работаем по восемь часов в день, иногда берем сверхурочные. У нас не совсем обычная работа, но работа. Семьи, дети, ипотека.

— У вас?

— У нас.

— При ваших-то способностях? Ничего печальнее и представить нельзя, — я бросил на него сочувственный взгляд.

— Ничего печального. Работа отличная, деньги хорошие. И нет риска, что нас обнулят.

— Обнулят? — Тут я занервничал.

— Ага, — буднично ответил он. — Всех, кто прошел инициацию по ошибке, обычно обнуляют. Лишают способностей, чистят память и вуаля! Никаких больше сомнительных колебаний во вселенной.

— Каких еще колебаний? — не понял я. Разговор начал съезжать с накатанных рельсов.

— Неестественных, выбивающихся из общего темпа, — он бросил папку с моим досье на стол позади себя, сел удобнее. — Понимаешь, каждый живой человек испускает вибрации. Все действия, так или иначе, влияют на других людей и вселенную в целом. Они имеют разный окрас и отличаются по интенсивности. Когда человек выходит за привычные рамки, вибрации становятся сильнее. Возникают колебания, влияющие на баланс.

— Какие колебания? Какой баланс? Ты дунул, что ли, пока твой кореш не видел?

Бэтмен усмехнулся и глянул на товарища, который все также неподвижно стоял у двери.

— Ты, — Бэтмен указал на меня пальцем, — тоже создаешь колебания. И тебя бы тоже стерли, но ты оказался слишком хитрожопым. Не светился особо, и колебания испускал слишком слабые, чтобы мы могли тебя сразу заметить и отыскать. У новичков обычно крышу рвет от открывшихся возможностей, и они быстро становятся видны на радарах. Мы их находим и обнуляем. Но ты… Ты достаточно долго был в тени.

— И что вам теперь от меня нужно? — я опять перешел к главному. — Хотите обнулить?

— Мы хотим, чтобы ты не отсвечивал. Не играл в Супермена, не становился Доктором Зло. Чтобы не лез, куда не нужно, не менял ход вещей. Не светил свои способности на камеру, не пытался стать президентом и влиять на мировую политику и экономику.

— И все? — не поверил я. — Если я не буду путаться под ногами, вы оставите мне способности?

— Именно.

— Окей, — я потер ладони о колени. — Теперь вопрос на миллион. На Ларису вы напали?

Бэтмен усмехнулся.

— Серьезно? — он посмотрел на меня осуждающе. — Думаешь это мы?

— Не мог не спросить, сам понимаешь.

— Нажил врагов — разбирайся сам. Но! — он поднял указательный палец.

— Но не отсвечивай?.. — продолжил я за него.

— Умница. Садись, пять.

— А почему ты сразу не вырубил меня в торговом центре и не приволок сюда? К чему была вся эта беготня?

— К тому, что воля у тебя прокачана больше, чем сила. Ты был закрыт для контакта, а после случая в пабе ушел в глухую оборону. Но теперь — сам нас позвал. А это как пригласить домой вампира. Одно-единственное «да», и лазейки открыты.

— А что, если я понавешу крестов на окна, разложу по подоконнику чеснок?

Он пожал плечами — «попробуй».

— А мужик, который меня обратил, он тоже из ваших?

— Да, был из наших.

— Был?

Бэтмен вздохнул.

— Паша выбрал не ту сторону… — начал он. — И инициировал тебя, в общем-то, случайно. Он был ранен и хотел тебя высушить, забрать твою жизненную силу и подлечиться за твой счет, но, к твоему счастью, что-то пошло не так.

— То есть, можно лечиться, используя чужие жизни?

— Нет! Нельзя, —