Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1 - Юй Сы

не упустить ни одного движения. Его грудь наполнял восторг: его Учитель столь прекрасен! Так изящен! Его меч так остер и точен! Последний выпад взметнул опавшие листья в воздух, превращая их в ледяные иглы. Они ринулись во все стороны, но, долетев до А-Цю и главы секты, растаяли, упав на землю.

Цин Юйдунь опустил меч, тяжело дыша. Он пошатнулся, опираясь на Бинжэнь.

– Шиди! Хватит! – раздался громкий женский голос.

– А-Цю, ты запомнил? – Губы старейшины стали еще бледнее, но его острый взгляд пригвождал мальчишку к месту.

– Д-да, Учитель! А-Цю все запомнил! – быстро сказал он.

Ему хотелось броситься к Учителю, который, видимо, исчерпал последние силы на его обучение, странное чувство вины поднялось в груди, но на поляну уже опустилась женщина. А-Цю знал ее – это была его шигу[69] Хуа. Она спрыгнула с меча и схватила Учителя за запястье. Ее красивое лицо исказилось от тревоги.

– Я запретила тебе использовать ци! – в ярости вскрикнула она, отпуская его запястье. – Ты хочешь умереть?!

А-Цю ахнул. Он не знал, что его Учитель так тяжело ранен, и теперь чувство вины вгрызлось в его сердце еще сильнее. Он опустил голову, не смея произнести ни слова и повторяя про себя шаги Цин Юйдуня, чтобы силы Учителя не были потрачены напрасно. Увидев его состояние, И Чэнь похлопал юношу по плечу.

– Это не твоя вина. Цзисюань… не хотел оставлять тебя ни с чем. Видимо, он пробудет в уединении больше года… – Его теплый взгляд ужесточился, когда он уставился на Хуа Сюй, которая хлопотала вокруг Цин Юйдуня, заставляя его пить какое-то снадобье из своей бездонной сумки.

– Больше года? Сколько? – с тоской спросил Чэнь Цю, тоже не отрывая взгляд от Учителя.

– Кто знает… – протянул И Чэнь. Он отпустил плечо юноши и шагнул к своим соученикам.

Кот на нижней ветке дерева дернул ушами. Ему не понравились эти слова. Он чувствовал, что потоки ци в теле его хозяина нестабильны, и от этого хвосты нервно дергались из стороны в сторону. Но что делать с этим, Маомао не знал. Он взглянул на черный кончик хвоста и снова дернул ушами. Котенок, почти уже превратившийся во взрослого кота, спрыгнул с дерева и мягко приземлился рядом с А-Цю, который потерянно стоял на краю поляны.

«Глупый детеныш совершенно бесполезен», – подумал кот, глядя на понурого мальчишку. Этот человеческий ребенок ничего не делал, чтобы сдержать его хозяина от чего-то неприятного под названием «уединенная медитация»! Может быть, если он лизнет рану, потоки ци у Цзисюаня восстановятся? Обдумывая этот вопрос, Маомао наблюдал, как с помощью снадобий женщины (оказавшейся не такой бесполезной, как ребенок) цвет лица хозяина перестал быть таким ужасным. Глава секты стоял позади него, направляя свою ци в его тело (тоже не такой бесполезный). Кот сделал вывод, что взрослые человеческие особи все-таки не столь глупые, как маленькие. Значит, они подлатают его человека?

Однако через некоторое время Цзисюань поднял руку.

– Хватит, – сказал он, заставляя И Чэня прекратить вливать в него энергию. – Это не поможет, шисюн. Я должен самостоятельно восстановить меридианы. Духовная пещера подойдет для этого лучше всего. Я запечатаю вход, чтобы потоки ци оставались в пещере.

– Хорошо, – вздохнул И Чэнь, устало опуская руки. Уже почти стемнело, и небо, розовое от заходящего солнца, походило цветом на подушечки лап кота, которые тот спрятал под хвосты.

– Спасибо, шисюн, шицзе, – сказал Цин Юйдунь, кланяясь им. – Пожалуйста, позаботься о моем ученике, шисюн. И о… коте.

Он бросил взгляд на край поляны, где сидело двое: А-Цю, обнявший свои колени и не решающийся подойти, и кот, неотрывно следящий за хозяином. Это было странное, незнакомое старейшине чувство – что на пике Цунчжэ кто-то будет ждать его – может быть, даже с нетерпением, и ему вдруг захотелось восстановиться как можно скорее. Он отбросил эти мысли – нельзя спешить с ци и меридианами. Если он будет тороплив, то энергия пойдет в неправильном направлении и его настигнет отклонение ци.

– Вот эту пилюлю раз в месяц, – инструктировала его Хуа Сюй, впихивая в руки мешочек с лекарствами. – Вот это для успокоения. Это воскури для духовного просветления, эту, – вытащила она кроваво-красную пилюлю, – в крайнем случае, – и нахмурилась. – Надеюсь, что тебе не придется использовать ее.

– Спасибо, шицзе. – Привязав мешочек за тесемки к поясу, Цин Юйдунь снова поклонился. – До встречи. – Он быстро пошел к обрыву, когда А-Цю наконец встрепенулся и побежал за старейшиной. На середине рощи он догнал его.

– Учитель, я провожу вас, – твердо сказал он не терпящим возражений тоном.

Цин Юйдунь еле заметно улыбнулся, ероша волосы мальчишки. Эта холодная ладонь почему-то чуть не заставила юношу прослезиться. Они в тишине дошли до обрыва, и Цин Юйдунь махнул рукой, решая, что добавлять больше нечего. В конце концов, он не собирался прощаться навсегда. Очень скоро он вернется, и его дни потекут по-прежнему…

Стоя на краю обрыва, старейшина посмотрел на А-Цю и, хотя не собирался этого делать, все-таки добавил:

– Учись хорошо, А-Цю, – и слабо улыбнулся. Когда улыбка озарила его лицо, в закатных лучах солнца черты лица Цин Юйдуня стали еще прекраснее – в них было что-то неземное, что-то божественное. Юноша замер, глядя на Учителя и не находя слов для ответа. Этот человек был самым прекрасным и самым непостижимым в его жизни.

– Мяу! – Белый толстый кот, недовольно махнув тремя хвостами, приземлился на землю прямо перед Цин Юйдунем. Он настойчиво потянул хозяина за подол. Улыбка на лице Цин Юйдуня померкла, он наклонился, поднимая кота.

– Много не ешь, – наказал ему, и эти сухие слова разозлили кота. Он вцепился клыками в запястье мужчины, прокусывая до крови. – И не безобразничай, – безмятежно добавил Цин Юйдунь, отрывая Маомао от своей руки и ставя на землю.

Оправив рукава, он пошел по тропинке вдоль скалы. Кот, оказавшись на земле, потрусил за ним, явно не собираясь так просто сдаваться. Однако дойти до пещеры он не смог – в какой-то момент позади Цин Юйдуня опустился непроницаемый барьер, похожий на тот, что разделял два мира, – бледно-зеленый, но этот не был прозрачным. Часть тропы пропала из виду. Кот в раздражении ткнул лапой, но барьер не поддался.

Цин Юйдунь ушел в совершенствование за закрытыми дверями. И даже не взял его с собой! Ну ничего, скоро он выйдет, и кот ему покажет, как пренебрегать им!

Арка II

Мышей не ловишь, но я не попрекаю,

Корзина с рыбой тебе точно в срок.

Весь день лежишь – я тихо наблюдаю,

Но