Курсант Империи - Дмитрий Николаевич Коровников

это никак не вязалось с образом избалованного папенькиного сынка. А ведь действовал пацан, по сути, на одних инстинктах, без какой-либо боевой подготовки! Этот молодой человек нравился Кнутову все больше и больше.

Тем тяжелее полковнику было сейчас. Кнутов рывком поднялся из-за стола, смахнув в сторону голографическую проекцию письма адмирала Дессе с вращающимися гербами Российской Империи и логотипами космофлота и в появившемся списке следующих сообщений выбрал одно — серого неприглядного цвета без цифровой подписи. Короткое зашифрованное сообщение, пришедшее по закрытому лучу также из метрополии. Отправитель — некий анонимный абонент, предпочитающий скрываться за неприметным кодом «Доброжелатель».

Кнут прищурился, вглядываясь единственным глазом в россыпь непонятных цифр и иероглифов. Проведя в воздухе ладонью, полковник активировал личный дешифратор, в который перед этим полковник ввел ключ-код, присланный ему на почту в виде обычного рекламного спама днем ранее. Цифровой вихрь взметнулся над консолью, закрутился космической воронкой. Спустя несколько томительных секунд из хаотичного мельтешения букв и символов проступили связные фразы, побежали светящиеся строчки. Однако письмо осталось переведенным не полностью, а только его первая часть. Конец послания по-прежнему светился хаосом символов и пиктограмм…

«Мое обращение покажется вам необычным и даже подозрительным. Так и должно быть — ведь речь пойдет о вещах крайне деликатных и щекотливых. Настолько, что упоминать о них следует лишь иносказательно, в обход официальных каналов и в зашифрованном виде.

Для начала я озвучу оплату, которую вы получите, если выполните мою просьбу, а затем, если она вас устроит — вам будет предоставлен код, и вы прочитаете задание, скрытой за шифром второй части письма.

Награда:

1. Гарантированное восстановление полковника Кнутова в его прежней должности — командира бригады «морской» космопехоты Балтийского космического флота.

2. Окончательное закрытие медицинской карты с пометкой «Годен к военной службе».

3. Перевод на личный секретный счет одного миллиона рублей.

Помните, нажимая кнопку «ПРОДОЛЖИТЬ», вы подтверждаете свое согласие на выполнение задания…»

Нервно сглотнув, полковник дрожащим пальцем нажал на парящую в воздухе зеленую кнопку:

«Я рад, что вы приняли мое предложение. Теперь о задании: Каким образом вы это осуществите, не имеет значения, главное, чтобы Александр Васильков ни при каких обстоятельствах никогда не покидал планету Новгород-4. Если вы понимаете, о чем я…

После нажатия кнопки «СОГЛАСЕН», вам будут предоставлены реквизиты секретного счета Империал-банка, на котором будет находиться задаток в 100 000 рублей. А так же документы с гарантиями выполнения мной остальных пунктов договора… Спасибо за сотрудничество»…

Глава 15

Я вылетел из штаба словно ошпаренный. Обида, злость, недоумение — все смешалось в какой-то ядовитый коктейль, отравляющий сознание. Мало того, что этот одноглазый хрыч как следует промыл мне мозги, так еще и крестный отец отличился — прислал письмецо, от которого за версту разит лицемерием.

Кипя от негодования, я пнул валявшуюся на дороге консервную банку из пайка и зашагал прочь, стараясь унять бушующий внутри гнев. Обогнув приземистое здание арсенала, я свернул на узкую тропку меж двух рядов оцинкованных бараков, гордо именуемых казармами 13-го батальона. Местный колорит, чтоб его! Утоптанная земля под ногами, вездесущая ржавчина на стенах, спертый горячий воздух, насквозь пропитанный зловониями из болот, которые располагались, как я слышал, совсем недалеко от базы. На фоне всей этой унылой картины особенно нелепо смотрелся повешенный голо-плакат с бравурным лозунгом «Служим Родине! Выводим насекомых!». Больше подходит для рекламного слогана фирмы травящей тараканов. Впрочем, разве не тем же самым мы здесь занимаемся?

Я шагал вперед, то и дело прокручивая в голове строки письма крестного. Каждая фраза вызывала у меня новый приступ раздражения.

— Ишь, как расшаркивается перед полканом целый вице-адмирал космофлота, — бормотал я, изображая вычурные манеры Дессе. — «Дорогой Петр Александрович, позвольте засвидетельствовать вам мое нижайшее почтение… Молю вас, присмотрите за моим оболтусом-крестником, а то он без вашего чуткого надзора и недели тут не протянет…». Ага, как же! Чуть ли не сам спихнул на край галактики, в эту помойную дыру, а теперь вдруг забеспокоился. Где была твоя забота, когда бабуля своими махинациями меня кресла генерального директора лишала, а потом на Новгород ссылала? Лицемер хренов.

Я со злостью сплюнул под ноги и невесело усмехнулся. В том, что именно Кристина Ермолаевна так и не дала мне возглавить корпорацию, вполне вероятно при этом подделав завещание отца, я к этому моменту практически уже не сомневался. Слишком уж гладко все прошло, и слишком быстро меня спровадили с глаз долой на этот курорт. Возможно, во мне сейчас кипела злость на моих нерадивых родственников, и я отчасти это все придумал. Но в данную минуту верил в заговор все больше и больше…

— И что это за белиберду он в конце письма приплел? Какой блин йогурт? — мрачно пробурчал я себе под нос, в десятый раз прокручивая в голове загадочные строки постскриптума. — Какое-то там «упорство — бесценный инструмент…». Ну да, упорства мне тут не занимать! Только без толку оно, когда вокруг один сброд да отморозки, готовые за лишнюю порцию баланды глотку друг дружке перегрызть, а через забор бесчисленное количество всевозможных тварей, которым уже ты, чуть зазеваешься — станешь обеденной порцией…

Хмыкнув, я прищурился, вспоминая дальше:

— «…йод — ценный антисептик раны…». Серьезно? Ты из какого века мне письмо прислал, крестный? Или ты зеленкой предлагаешь лоб помазать, перед тем, как застрелиться? Потрясающее послание, ничего не скажешь! Если бы еще понять, что весь этот бред означает…

Я с силой пнул очередной камень и остановился, в задумчивости уставившись на проплешину, пробитую моим ударом. И вдруг, словно вспышка в ночи, меня осенило.

— «Упорство — бесценный инструмент…» «УБИ…», — лихорадочно зашептал я, — «йод — ценный антисептик…» «ЙЦА…». Я не ошибся? Что там дальше было? «раны… дружелюбные ящеры…» какие-то… А нет «ящеры-друзья…», «Р.Я.Д.»… «…остальные местные — съедят…» «О.М.С», «…также открой баночку отличного йогурта» — «ТОБОЙ».

Миг — и пазл сложился. Если прочитать начальные буквы каждого слова этой ахинеи, то выходила фраза «УБИЙЦА РЯДОМ С ТОБОЙ»!!!

У меня волосы на затылке зашевелились от этой догадки. Я застыл как вкопанный посреди дороги, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Похоже, дядя Паша не просто так городил весь этот бред. Он пытался предупредить меня об опасности. Намекнуть, что кто-то в лагере жаждет моей смерти!

Некоторое время я стоял столбом, ошарашенно переваривая это внезапное озарение. Мысли заметались, как перепуганные тараканы.

— Нет, ерунда какая-то, — наконец выдавил я, тряхнув головой и пытаясь отогнать панические картины, мелькавшие перед взором. — У меня от нервов просто паранойя, вызванная действием витаминного коктейля.