Вольный наследник. Том 3 - Артём Кей

Я подошёл к телу. Крутов был мёртв. Огненный шар пробил грудную клетку, оставив чёрную, обугленную рану. Лицо его было спокойным — даже умиротворённым. Может, он сам хотел этого. А может, просто не ожидал, что всё закончится так быстро.

Пришлось пошарится по кабинету. Все что находил кидал в мешок. Потом разберусь!

Я вытер меч о занавеску и вышел из кабинета. В коридоре никого не было. Только в конце галереи маячила испуганная девчушка, которая смотрела на меня круглыми глазами и держала в руках швабру видимо, на всякий случай.

Я спустился вниз. Гнида, как ни странно, никуда не делась. Стояла у конюшни, перебирала копытами и смотрела на меня с немым вопросом: «Ну и что ты там натворил? Опять кого-то подпалил?»

— Едем, старуха, — сказал я, отвязывая её. — Быстро. Пока они не очухались.

Она не стала спорить. Мы вылетели за ворота, даже не попрощавшись с охраной. Дождь к тому времени усилился, и дорога назад показалась вечностью. Гнида неслась так, будто за нами гнались все демоны преисподней. Или, по крайней мере, родственники покойного.

В гостинице меня ждали. Ирина и Марина, увидев мою физиономию, одновременно побелели.

— Что случилось? — спросила Ирка. — У тебя лицо... ну, такое.

— Крутов мёртв, — сказал я, снимая промокший плащ.

— Как? — выдохла Марина.

— Так получилось, — ответил я.

Я сел за стол, налил себе кружку чая и рассказал всё по порядку.

— И что теперь? — спросила Ирина.

— Пока ничего, — вздохнул я. — Работаем дальше.

Мы сидели в гостинице уже второй час. Я ворошил бумаги, которые успел прихватить из кабинета Крутова перед тем, как ретироваться. Ирина раскладывала их по кучкам: «важное», «неважное» и «что это вообще?». Марина подливала чай и изредка комментировала.

Я уже собирался отложить очередную пачку и объявить перерыв, когда взгляд упал на плотный пергамент с сургучной печатью. Печать была не обычная — с гербом Крутова и какими-то дополнительными значками. Нотариальная, что ли?

— А это что у нас? — я потянул конверт.

— Похоже на завещание, — сказала Ирина, заглядывая мне через плечо.

Я развернул пергамент. Пробежал глазами первые строки. Потом перечитал ещё раз. И ещё.

Я замолчал, глядя в документ. В документе никого не было вписано.

И тут почему-то в голове у меня созрел дьявольский план. Опять.

— Марин. У тебя родственники есть?

— Ну так то есть, а что? Я правда приёмная.

— Угу, — задумчиво сказал я.

Жаба с хомяком, почуяв наживу, быстро активизировались и начали меня отговаривать.

— Ну подумай сам, — вещала жаба. — Зачем ты всё отдаёшь?

— Нам ещё имение строить! — орал хомяк.

Я начал объяснять, что всё это очень палево. Ну какой я наследник какого-то графа? Я ж принц, всё-таки. Уж совсем горбатого лепить здесь нельзя.

В общем, дрожащей рукой, под крики, я вписал имя Маринки в завещание. Она у нас не титулованная. Если что, потом расскажу. Сюрпризом будет.

Глава 14

На следующий день я хотел было заняться графом Малининым Владимиром Петровичем, но посчитал, что информации недостаточно. Так что девчонок отправил собирать ещё инфы, а сам начал изучать то, что есть.

Вроде бы всё было понятно. Вот он три года назад начинает активно общаться с купцами из Теократии. А нафига он наёмников нанимает? Причём нанял несколько больших отрядов, которые отправились непонятно куда и непонятно зачем. Говорят, он за это денег кучу отвалил. Может, в Стронбилд? Или куда-то ещё, куда соваться не следовало бы.

Его сынули, как говорят, неплохие бойцы. Вот они одного барончика прессанули. Так, здесь с купцов деньги содрали. Там — землю отжали у какого-то разорившегося дворянина. Всё, в общем-то, понятно. Типичные гопники-отморозки с титулом, которые привыкли, что батя всё уладит.

А вот зачем они вот этим вот ребяткам помогали — совсем непонятно. У одного купца дочь сильно заболела, нашли какое-то лекарство редкое. Причём всё сделано тихо, без афиширования. Никто не трубил на всех углах, никто не требовал благодарности. Просто помогли — и всё. А второй раз помогли одному купцу, когда тот влез в жир ногами с каким-то сомнительным контрактом. Может, какие-то друзья детства или ещё что? Что-то непонятно. Надо бы разузнать. Может, появятся какие-то рычаги воздействия. Было бы неплохо, конечно.

Вечером Ирка с Маринкой опять припёрлись и начали рассказывать о том, как что и где. Обе были уставшие, но довольные — день прошёл не зря.

То, что они мне рассказали, в общем-то подтвердило всё, что я знал, только к этому добавилось, как они дочь одного барона спасли от позора. Какой-то скандал с женихом, угрозы, чуть ли не похищение. И вдруг всё само собой рассосалось. Жених исчез, угрозы прекратились, баронская дочка вышла замуж за нормального парня и живёт счастливо.

— Ну что, действуем? — спросила меня Ирка со своей присущей кровожадностью. Глаза у неё горели, как у охотничьей собаки, учуявшей дичь.

— Погоди, что-то мне тут пару моментов не понятно.

Ирка на время отстала от меня, а Маринка особо-то не лезла с вопросами. Я сидел и пытался сложить картинку.

Только как-то не складывается. То есть эти ребятки, периодически совершая какое-то злое дело, вдруг каким-то образом рандомно выбирают, кому помочь? То дочь купца спасают, то барона выручают, то какого-то разорившегося дворянина от долгов избавляют. Прямо рыцари в блестящих доспехах, а не предатели. Что-то сомнительно.

Может, они собирают таким образом лояльность? Создают сеть должников, которые потом будут обязаны им помочь? Или просто прикрываются добрыми делами, чтобы отвести подозрения? В любом случае, в этой бочке мёда явно была ложка дёгтя. И очень большая ложка.

В общем, ладно. Что-то мозги кипят. Пора прогуляться.

Я вышел на улицу. Вечерний воздух немного освежил голову. В какой-то момент ноги сами притащили меня в кабачок. Обычное такое заведение, не первой свежести, но и не последней. Пахло жареным луком, кислым пивом и надеждой на хороший ужин.

Я уселся за стол, заказал какого-то мяса, хлеба и морса, чтобы поесть и подумать.

По сути, вопрос с Малининым решить можно быстро. Только всё же хотелось сначала попробовать поговорить. С Крутовым, конечно, нехорошо получилось. А я, между прочим, на него как раз и надеялся. Думал, раз мужик в