Пульс темной магии - Александра Власова

– Не подходи, ты – демон, – твердит Алексей.

Парень, который лежит рядом с Лешей, картинно закатывает глаза.

– Д-да у н-него все д-демоны. От уб-борщиц до с-соседей по п-палате. Н-недавно на с-санитара наб-бросился. Он у нас че… черный – чем не демон?

Острота далась заике с видимым трудом. Возможно, он даже придумал ее заранее и репетировал перед зеркалом. Вышло все равно совсем не смешно.

– Не слушай, – улыбаюсь уголками губ и присаживаюсь на край кровати. Леха смотрит так, будто его собираются заживо съесть, – здесь нет демонов. Я – твой друг.

Леха

Как часто она являлась мне в ночных кошмарах! Вначале я думаю, что происходящее – сон. Но нет, она здесь, из плоти и крови.

Я слышу ее дыхание, вижу притворно доброжелательную улыбку. Ведьма пытается расположить меня, чтобы растерялся и ослабил защиту. Знакомая тактика – колдуны стараются очаровать жертв практически всегда. На парней по палате методы ворожеи сработали безотказно, даже Заика пытается с ней флиртовать.

Как это знакомо! Сейчас ни одна сила в мире, будь то санитар или главврач, не убедит, будто происходящее – «плод больного воображения».

Спустя годы Алика предстала почти такой же, какой я ее запомнил: бледная кожа, черные, будто уголь, волосы. Только лицо колдуньи окончательно утратило полудетское очарование. Оно стало красивее, но приобрело жесткие, даже несколько хищные черты.

Обмануться стало сложнее. Передо мной не невинная девочка, которая увлекается эзотерикой ради забавы, как другие девицы следят за жизнями знаменитостей или тестируют на себе косметику.

Алика – взрослая и очень опасная служительница тьмы. Вспоминаются строки из Святого Писания: «Мужчина ли или женщина, если станут они вызывать мертвых или волхвовать, да будут преданы смерти; камнями должно побить их, кровь их на них».

Почему я раньше не отнесся к предостережению из Библии с должным вниманием? Неважно, сейчас меня не провести. В нашей больнице запрещено иметь при себе личные вещи ради безопасности пациентов. Но кого это останавливает?

Здесь есть все. Кто-то прячет «запрещенку» в нижнем белье, надевая несколько трусов, чтобы не бросалось в глаза. Кто-то, как я, хранит прямо в кровати.

Санитары, словно надсмотрщики в тюрьмах, конечно, догадываются о маленьких нарушениях, но смотрят на них сквозь пальцы.

Опускаю руку под матрас, с удовольствием нащупываю заточку. Я выменял ее на прошлой неделе на выпечку, которую исправно приносит бабуля. Я не позволю ни демонам, ни магам вновь себя уничтожить!

Алика

При виде меня парень визжит, как девчонка, и начинает копаться в матрасе – что у него там? Соль и бутылочка со святой водицей? Оберег? Соседи, видимо привыкшие к похожим сценам, раздраженно переговариваются.

– Вы новенькая? – сочувственно спрашивает постоянно дергающийся и извивающийся, будто червяк, пациент. – Не обращайте внимания. Леша у нас безобидный – он и мухи не тронет. Только всегда пытается спастись от какого-то демона. И порой принимает за него разных людей.

Всегда? Значит, вот как проходят последние годы твоей жизни… Амулет наставницы опаляет шею, будто пытаясь о чем-то предупредить. Обычно магические обереги не оставляют следов.

Но от моего, похоже, будет ожог. Бывший друг впивается в лицо недобрыми напуганными глазами.

– Не говори, что демонов не существует. Не лги! Ты сама одного них призвала!

Кажется, я начинаю понимать, почему местное лечение было на редкость не эффективно. Годами человека, который столкнулся с демоном, пытались убедить, будто их нет в природе. Неудивительно, что он замыкался, уходил в защиту, еще глубже погружаясь в свой невроз.

– Я не собираюсь тебя обманывать. Демоны есть. Но ни один из них больше не причинит тебе вреда. Я не позволю.

Пациенты с недоумением переглядываются. Некоторые многозначительно косятся на дверь. Мои речи изрядно нервируют местных. Время ограничено: еще немного, и они поймут, что в палате не медсестра. Тогда больные вызовут санитаров – уже для меня. Никакой морок не спасет. Снимаю с шеи цепочку. Пододвигаюсь к Алексею.

– С этим любая нечисть тебе не страшна.

Леха

Она приближается ко мне, тянется к шее. Собирается придушить?

В моей дрожащей руке зажато лезвие. Сейчас или никогда! Но что-то в облике колдуньи заставляет повременить с решительными действиями.

Взгляд невольно притягивает камушек на цепочке, который ведьма сжимает в руках. Поистине чародейская вещица! Сложно с первого взгляда определить, что это за кристалл. Он завораживает меня, как сияющие побрякушки гипнотизируют глупых сорок.

Кажется, будто украшение вобрало в себя солнечные лучи. Когда смотришь на него, невольно вспоминается то, что давно было оттеснено на задворки сознания. Теплый свитер, заботливо связанный бабушкой, материнские объятия, долгие семейные вечера за игрой в «монополию» и «мемо».

Навсегда утраченное когда-то ощущение безопасности и покоя.

Конечно, я осознаю: ассоциации ложны. Вещь намеренно будоражит теплые воспоминания, чтобы усыпить мою бдительность. Скорее всего, украшение в руках ведьмы отравлено темными чарами, как и все, к чему она прикасается.

Как только амулет окажется на моей шее, цепочка начнет затягиваться вокруг нее, подобно змее. Или на камушке «переклад». Еще когда «учился» в заброшке, наслушался баек о том, как черные колдуны скидывают на предметы порчи, проклятья и болезни своих клиентов.

В фантазиях я не раз героически расправлялся с ведьмой, чтобы остановить бесконечный круговорот зла. Но в реальности никогда не был смельчаком. Я боялся хулиганов во дворе и бродячих собак. Боялся строгую математичку. А главное, боялся навредить кому-либо, пусть даже и не специально.

Да, передо мной демон, но выглядит он как человек. Проклятье, ее уловка работает. Напасть на девушку, даже зная, что она собой представляет, у меня не получится. Слова ворожеи льются как елей, а обманчиво-теплые зеленые глаза дразнят обещанием: «Я подарю тебе покой. Не надоело ли постоянно сражаться?»

Признаюсь честно, давно надоело. А главное – у меня нет ни малейшей мотивации бороться за жизнь. Что ждет меня в будущем? Вечность в разных психиатрических лечебницах, постоянная оборона…

Стоит ли такая жизнь того, чтобы за нее цепляться? По щекам льются слезы, я чувствую себя смертельно уставшим, мелким и жалким. Мне нет еще и двадцати пяти, а я уже моральный старик. Даже отважься я напасть, не факт, что смог бы расправиться с ней…

Истощение, отсутствие физической активности, скудный рацион психической больницы сделали из меня слабака. Силенок порой не хватает даже на то, чтобы вытащить свое исхудавшее тельце на прогулку по больничному дворику.

Мотаю головой. Эти мысли – дьявольский морок! Колдунья сама их навеяла! Я не попадусь в твои сети, ведьма. Моя жизнь сейчас действительно ничего не