Магия рун - Алекс Рудин

придумали ничего лучше, как перессориться между собой. Королевство получилось слишком большим, и намного проще было грабить своих соседей, чем отправляться в дальние походы. а если эти соседи ещё и служат другому ярлу, так чего их жалеть?

Каждая дружина выбрала себе одного духа-покровителя, и стала приносить клятву только ему. Так перессорились между собой и тёмные духи. Они питались силой своего народа. Если народ проигрывал битву, то и тёмный дух слабел и погибал.

— Но ведь кто-то должен был остаться победителем, — вслух задумался я. — Победивший тёмный дух должен был забрать всю силу проигравших и стать всемогущим. Или нет?

Немного отдохнув, я перешёл к следующему камню. До чего же необычные книги! Ну, хоть страницы переворачивать не нужно, и то хорошо.

Я рассчитывал, что другая книга расскажет мне о том, почему исчезла рунная магия северных народов. Но к моему удивлению, этот камень оказался чем-то вроде хозяйственной книги. Руны рассказали мне, что некий Снорре отправился на рынок в Каменном городе, и продал там двенадцать возов сена, а на вырученные деньги купил три топора и двухмесячного поросёнка.

И не лень же было кому-то выцарапывать такую «важную» информацию на камне! Кстати, в этих рунах я не почувствовал даже малейшего намёка на магию.

Я прошёлся вдоль тяжёлых камней, наугад касаясь пальцами вырезанных на них знаков. Здесь были записи о путешествиях, хроники неизвестного царства, даже дневник какого-то неведомого алхимика.

Этот алхимик утверждал, что после долгих экспериментов открыл эликсир бессмертия. Информация меня заинтересовала, и я стал читать дальше в надежде найти рецепт эликсира. Но рецепт алхимик утаил, записал только, что собирается проверить зелье на себе, а потом торговать готовым эликсиром до тех пор, пока не станет самым богатым человеком на свете.

Последние руны были выцарапаны совсем небрежно. Их оставил ученик алхимика. Он коротко сообщил, что его великий учитель скончался под действием эликсира и был похоронен за оградой городского кладбища в общей могиле с бродягами.

Я подумал, что надо будет при случае обсудить эликсир бессмертия с туннелонцами. И перешёл к следующему камню — я ведь так и не узнал, почему рунная магия не захватила мир.

Наконец я увидел возле стеллажей угловатый обломок известняка, покрытый торопливыми знаками.

Присев перед ним, я коснулся пальцами неровных углублений и наконец-то нашёл ответ.

Племя морских разбойников окончательно разбрелось по миру и основательно перемешалось с другими народами. Постепенно менялся их язык, а вместе с ним менялись и руны. И с каждым таким изменением их магическая сила слабела.

Последний потомок древнего вождя стал жертвой дворцового переворота. Его отравили собственные министры, а вместе с ним исчезла и кровная связь племени с тёмными духами. Руны утратили магическую силу и превратились в обычные письмена.

— Получается, нужно убить Аркадия Юсупова, чтобы магия рун исчезла? — вслух задумался я. — Но для этого его нужно сначала найти.

Читать выцарапанные на камнях знаки оказалось нелегко. Спина и ноги порядком затекли, и я решил, что на сегодня хватит с меня рунной магии и древних легенд. Несколько раз взмахнул руками, чтобы разогнать кровь, и отправился обратно в круглый зал.

Акатош дремал прямо за столом — наверное, шаман отсыпался впрок, прежде чем вернуться к своим жёнам. Библиус и Кирилл Алексеевич Стременной пили чай с ячменными лепёшками и неторопливо беседовали. Речь шла о редких книгах, которые Библиусу доставили из Лачанги. Они были написаны на тонко выделанной верблюжьей коже, и теперь Библиус и Стременной решали, как правильно хранить эти книги.

— Думаю, стоит держать их подальше от круглого зала, — сказал Кирилл Алексеевич. — Здесь воздух слишком влажный, от этого на страницах может появиться плесень.

— Ты прав, мой друг, — кивнул хранитель Незримой библиотеки. — Пожалуй, рядом с круглым залом стоит разместить каменные книги, им-то от влажности ничего не сделается.

Когда я вышел из-за стеллажей, Библиус махнул рукой, приглашая меня к столу.

— У жрицы, которую ты привёл, недюжинный кулинарный талант, — сообщил он. — Таких вкусных лепёшек я не ел с тех пор, как варвары разрушили ворота Великого города. Присядь, Александр, перекуси с нами.

— Рад, что тебе удалось полакомиться любимым блюдом, — улыбнулся я. — Пожалуй, предупрежу Ирину Витальевну, чтобы она и в следующий раз испекла для тебя лепёшки.

Конечно, я подшучивал над Библиусом. Но делал это не без умысла, мне хотелось узнать, может ли Суворова рассчитывать ещё на один визит в Незримую библиотеку. Сама она спросить не решится, и будет потом мучиться сомнениями.

— Не стоит так утруждать юную жрицу, — покачал головой Библиус. — Я люблю простую и привычную кухню, но разнообразие тоже ценю. В следующий раз она вполне может принести сладости из какого-нибудь столичного трактира.

Отлично, значит, Суворова заинтересовала хранителя Незримой библиотеки.

Я сел за стол и налил себе кофе.

— Надеюсь, юную жрицу вы накормили? Или она так и бродит по библиотеке и не может отыскать дорогу в круглый зал?

Библиус и Стременной смущённо переглянулись.

— Я собирался позвать твою знакомую к столу, — признался Библиус. — Но потом увлёкся беседой и забыл. Не беспокойся за неё, Александр. Думаю, она просто зачиталась. Ты же знаешь, сколько здесь интересных книг.

— Знаю, — согласился я. — Но Ирине Витальевне пора на службу. Пожалуй, я поищу её.

— И я с тобой, — кивнул Библиус. — Так будет быстрее.

* * *

Я был уверен, что Суворова увлеклась книгами по целительскому делу. Но к моему удивлению Ирина Витальевна читала толстый трактат про особенности ментальной магии. Она услышала нас только тогда, когда мы подошли совсем близко. Покраснела, захлопнула книгу и перевернула её обложкой вниз.

— Теперь пора задавать вопросы? — спросила она. — Я готова.

— Не нужно спешить, — успокоил её Библиус. — Ты можешь прийти сюда ещё раз. Не торопись, и хорошенько подумай, о чём ты хочешь спросить библиотеку.

— А можно мне сначала дочитать эту книгу? — нерешительно спросила Суворова.

— Непременно, — кивнул Библиус. — Нельзя оставлять недочитанные книги на потом, уж я-то это знаю. Однажды я был проездом в Александрии и наткнулся на интересный труд одного философа из Древней Греции. Я не успел его дочитать и решил снова посетить Александрию. Но через несколько дней после моего отъезда библиотека сгорела.

Ирина Витальевна серьёзно отнеслась к словам Библиуса. Мне даже показалось, что она попросит книгу