Ужасающие Странствия Темного Владыки - Guiltythree

Он пожал плечами.

«Так что не так уж важно, останемся ли мы у причала или нет. Процесс уже запущен, так что он продолжится, даже если Ночной Сад покинет гавань».

Санни какое-то время смотрел на него, после чего перевёл взгляд на Джет.

Затем он улыбнулся.

«Вот что я хотел услышать!»

Процесс исцеления, вероятно, достиг бы завершения быстрее, если бы Ночной Сад оставался в цветущем доке, но он мог продолжаться незаметно, даже если живой корабль погрузится обратно в сокрушающую тьму Штормового Моря.

Это была поистине прекрасная новость — не только потому, что она позволяла Санни использовать живой корабль в битве за Вечный Город, но и потому, что давала им возможность отступить без лишних волнений. Даже если другие цели экспедиции в конечном счёте не будут достигнуты, Ночной Сад всё равно получит пользу.

Так что Санни больше не приходилось слишком переживать.

«Тогда отчаливаем».

Он с улыбкой посмотрел на них, на мгновение заколебался и затем добавил небрежным тоном:

«…Кстати, а как нам это сделать?»

Как выяснилось, покинуть причал было так же просто, как и войти в него.

В данный момент Ночной Сад был соединён с гаванью ветвями, поддерживавшими его вес. Его корпус и причал стали единым целым, и поэтому колдовство живого корабля распространилось и на колдовство, питающее титаническую гавань.

Так что человек, управляющий Ночным Садом, мог управлять и гаванью. Правда, инструкции по эксплуатации не прилагалось — тем не менее, Эфир смог научиться активировать простейшие функции после короткого периода экспериментов. Вскоре Санни услышал звук бегущей воды и увидел, как величественные водопады низвергаются в обширный резервуар причала. Уровень воды медленно поднимался, и по мере этого гавань один за другим медленно убирала свои ветви, отделяясь от живого корабля.

Наконец, великие ворота гигантской гавани распахнулись, и вновь открылось тёмное водное пространство.

Ночной Сад медленно выскользнул из причала и достиг краёв купола, защищающего Вечный Город.

Затем, развернув нос, он взял курс на Маяк.

Глава 2644

Страдая от успеха

Битва на трёх мостах началась с захватывающего дух взрыва насилия и по мере развития становилась всё ужаснее. Сражаясь с падшими бессмертными Вечного Города, Санни почувствовал, будто наконец-то испытал, каково это — сражаться против него самого и его Теневого Легиона. Излишне говорить, что это ощущение было весьма неприятным.

Не имело значения, насколько могущественны были его фантомы или насколько искусно он управлял их движениями. Не имели значения и личное мастерство, и доблесть его Теней — сколько бы врагов они ни убили и как бы хорошо ни сражались, падшие бессмертные неизбежно возвращались к жизни и бросались обратно в бой, их чудовищная плоть вздувалась смертоносными щупальцами и превращалась в ужасающие пасти.

Сами фантомы не могли быть уничтожены, но после поражения им требовалось гораздо больше времени, чтобы вернуться на поле боя. Так что время работало против Санни. С лёгкой дрожью он ясно осознал, что его окончательное поражение неизбежно — рано или поздно жители Вечного Города полностью уничтожат Теневой Легион и поглотят его самого. Спасения просто не было.

…Если бы, конечно, он играл по правилам, чего Санни совершенно не собирался делать.

Зачем следовать правилам и проигрывать, если можно сжульничать и победить?

«Хотя это всё равно немного тревожит».

Его собственное намерение и способность справляться с бессмертными узниками Вечного Города служили суровым напоминанием, что и сам Санни не был неуязвим. Его фантомы были неразрушимы, это правда — но лишь до тех пор, пока он не встретит существо, также не склонное следовать правилам.

«Бессмертие — это действительно проклятие».

Или, по крайней мере, может им стать.

На каждом из трёх мостов его фантомы пытались достичь одного и того же результата разными способами.

Святая и её воины выстроили неприступную стену и стойко выдерживали натиск голодной плоти, Убийца и её звери выслеживали врагов в снегах, а защитники Тёмного Замка обрушивали на жутких мерзостей шквал атак дальнего боя — но их конечная цель была одинаковой.

Свести к минимуму потери и постепенно обездвижить противника, пока не подействует Проклятие Снов. Оборона, наступление и их комбинация.

На западном мосту Чёрные Многоножки охватили падших бессмертных с флангов, и те оказались зажаты между ними и основными силами Убийцы. Сама смертоносная Тень потратила колчан мощных зачарованных стрел и ринулась в бой, приняв облик причудливого зверя, чьё гигантское тело и длинный хвост были покрыты непробиваемой чешуёй и который мог сворачиваться в бронированный шар.

Чешуя оказалась практически неразрушимой — по крайней мере, щупальца падших бессмертных не могли её пронзить, тогда как сами бессмертные легко раздавливались катящимся зверем или разрывались на части его острыми когтями, когда тот распрямлял своё гигантское тело.

Змей тоже двигался в их гуще, переключаясь между различными формами…

На центральном мосту Тёмный Замок неуклонно продвигался вперёд. Мимик был всего лишь Трансцендентной Тенью, но сейчас он был усилен одним из воплощений Санни, так что его стены стали достаточно прочными, чтобы выдерживать скользящие атаки падших бессмертных, пусть и с трудом.

Большинство мерзостей разрывалось на куски дистанционными атаками защитников, прежде чем они достигали замка, но в конечном счёте многие из них неизбежно начинали карабкаться по стенам. Добравшись до зубцов, они встречались с тенями Даэрона и человеческих Святых, уничтожались и поглощались чёрными цепями.

Перед марширующим замком, на мосту, Осквернённый Искатель Истины извергал облака смертоносной миазмы, Остаток Нефритовой Королевы испускал потоки едкого вулканического пепла, а Голиаф взирал на несущихся мерзостей, испепеляя всё, на что падал его взгляд, сжигающим жаром.

На восточном мосту стена из чёрного хитина отказывалась поддаваться под натиском лавины голодной плоти. Асуры Осуждения и звериные ужасы Божьей Могилы продвигались сквозь бреши в строю гротескных многоножек, сокрушая и рассекая тела падших бессмертных. Изверг буйствовал перед оборонительным построением, служа его авангардом.

Сама же Святая проложила кровавый путь, продвигаясь вперёд. Окружённая со всех сторон чудовищными ужасами Вечного Города, она спокойно активировала [Щит Ничего] и обрушилась на отвратительных тварей, двигаясь под покровом истинной тьмы.

Санни и Кукловод управляли всеми тремя армиями, напряжённо следя за меняющимся ходом битвы.

«Это… проблема».

Падшие бессмертные были могущественны, и их было много. Не все эти мерзости когда-то были людьми — среди них были и звериные ужасы, каждый из которых был подобен движущейся бездне отвратительной, убийственной плоти. Однако Санни удалось преодолеть разрыв между Теневым Легионом и обитателями Вечного Города благодаря мастерству, стратегии и сплочённости его безмолвных войск.