Газлайтер - Григорий Володин

Ого, как залечил. Еще и деревенщиной обозвал. У меня даже перепончатые пальцы зачесались сжаться в кулак. Но понятно, что Владислав специально провоцируют, может, с целью изучить мой характер и посмотреть внутренний стержень, может, зачем-то другим. Уж вряд ли глава Охранки подвержен снобизму, да и вообще имеет время на такие глупости.

— Позвольте заметить, Ваше Высочество, — с грустью вздыхаю, снова невольно глянув в окно. — Что я дворянин не потомственный. Личное дворянство же подразумевает, что мои заслуги и даже мой Дар телепата не столь значимы, чтобы и мои дети пользовались правами знатного сословия, как я. Соответственно, как ни прискорбно, но само государство не мотивирует меня на первостепенную обязанность благородного, которую вы только что описали.

— Вот значит, почему ты постоянно скачешь в полымя? Пытаешься дослужиться до потомственного? — Владислав будто бы кидает очередную затравку. Но это оказывается риторическим вопросом, потому что сам он сразу же продолжает: — Что ж, поздравляю: твоя попытка увенчалась успехом.

И замолкает на полуслове, этакий интриган.

— Служу Царю и Отчеству! — встаю и бью себя в грудь, и, кажется, немного удивляю этим матерого змея.

— Ты хоть понял, что я сказал? — слегка морщится он.

— Понял: Его Высочество меня поздравили с присуждением потомственного дворянства, — продолжаю стоять по стойке смирно.

— Садись давай, герой, — вздыхает он, а когда я усаживаюсь обратно, говорит чисто деловым тоном: — Правильно, значит, понял. Новую Жалованную грамоту получишь на одном из следующих награждений в Кремле, тебя позовут, но имей в виду: степень твоего участия в возвращении Алабмаша остается в строжайшей секретности. Так надо. В Алабмаше ты лишь участвовал в царской операции как взятый со стороны специалист. Повод для Грамоты будет совсем иной, менее привлекающий внимания, потом тебе сообщат какой конкретно. Поэтому не распространяйся о Алабмаше.

— Значит, жду повод, — конечно, я настораживаюсь, а то, как бы у меня еще и город не отобрали в их «целях секретности».

— Что с мутантами? — переводит тему Владислав.

— Реестр жителей города я передал в канцелярию Наместничества, — продолжаю настораживаться. Ведь в списке указана так же и Лакомка под вымышленным именем. — Сейчас они привыкают к обычной жизни и нормализуются.

— Судя по твоим показаниями, в катаклизме виновата некая девушка Гепара, — замечает Владислав. — Она всё еще находится под твоей стражей?

— Да, ордер на заключение мне не предоставили, — киваю. — Посмею заметить, она была всего лишь марионеткой Демона и непредумышленно совершила проступок.

— Но за свою вину преступница всё рвано должна ответить, — бросает Начальник Охранки.

— Конечно. Как насчет того, чтобы она помогла с изучением Астрала? — выкладываю предложение. — Уверен, Гепара способна предоставить полезные сведения для Охранки… вернее, для Охранного Отделения, — поправляюсь после пристального взгляда Владислава. Тоже мне формалист.

— Что ты предлагаешь?

— Гепара предоставила табличку, с помощью которой был призван Демон. — Я уже давал точно такие же показания Охранке, но видимо, не грех повторить. — Эта древняя табличка сама по себе очень интересный артефакт. Его можно изучать и изучать чуть ли не до бесконечности. Но новый факт в том, что Гепара до сих пор привязана к артефакту призыва. Не знаю, насколько связь долговечна и крепка, но несомненно, что табличка и Гепара и сейчас по-прежнему соединены.

— Хм, а почем ты только сейчас это сообщаешь? — хмурится Владислав, глянув на бумаги на столе, видимо, с моими показаниями.

— Я выяснил об их связи уже после допроса, — я и глазом не моргаю, потому что это правда.

— Хорошо, что сообщил, — кивает Владислав. — Тогда мы заберем Гепару на Лубянку.

— В каких условиях она будет содержаться? — не могу не спросить. Всё же если бы не Гепара, я бы не попал в Алабмаш. Потом я уже узнал, что именно она крикнула Слопсу, который и вытащил меня из реки. И пускай гепардоухая виновата в катаклизме, но также присутствуют смягчающие обстоятельства — их немного, но они есть.

— В приемлемых, — сообщает царский брат. — Для полезных преступников у нас есть специальная программа сотрудничества. А для мотивации мы используем не только кнут, но и пряники. Эти преступники живут в охраняемых гостиничных номерах, пользуются благами цивилизации и даже получают оклад за свою работу.

Мда, неплохо. Многие простолюдины только мечтают о таком наказании.

— Как сюзерен Гепары, я хочу иметь доступ к ней, — твердым голосом заявляю. А почем бы нет? Мало того, что гепардоухая красавица присягнула мне, так еще и имеет связь с древнейшим ментальным артефактом. Пропустить результаты столь интересных исследований я просто не могу.

— Очень заботливо с твоей стороны, — усмехается Владислав. — Тогда мы также будем привлекать тебя и к изучению артефакта. Ведь на ваших встречах эта мутантка всё равно расскажет тебе о результатах.

Заманчивое предложение, Владислав Владимирович. Конечно, оно с двойным дном: в свою очередь Охранка сможет наблюдать за моими манипуляциями с артефактом, но почему бы и не да? В накладе-то, думаю, не останусь.

— Согласен, Ваше Высочество.

— Остается вопрос с самим Алабмашем. — Сладкое он оставил на десерт.

— Жители присягнули мне. — Читайте по слогам «Город мой, не отдам!»

— Земля принадлежит Наместничеству, — произносит Владислав. — Но город твой, да. Со всеми предприятиями и инфраструктурой. Только не подведи: городскую жизнедеятельность необходимо наладить в ближайшие сроки. Сейчас к Алабмашу прикипело пристальное внимание журналистов, а потому город должен быть благоустроен и возвращен к цивилизованной жизни, как достойный пример поддержки Царства.

Поддержка целого Царства в единоличном исполнителе Даниле Вещем? Меня от такого почета едва не распирает смех. Но приходится сдержаться.

— Всё будет, — коротко отвечаю. Как-никак, это и в моих интересах: если проявлю себя как успешный градовладелец, фиг кто отберет у меня Алабмаш.

— Тогда договорились, — сообщает Владислав. — На этом всё…Ах да, не забудь про пересдачу рангового экзамена на телепатию — не сейчас, но через пару-тройку месяцев. Ты явно уже не Воин.

На этом уже точно всё, и я отбываю обратно к себе в Алабмаш. Вообще дел на Кавказе лично у меня осталось немного. Я всё же градовладелец и инвестор,