"Фантастика 2026-188". Компиляция. Книги 1-13 - Харальд Хорф

К вечеру снова приморозило, дождевая влага замёрзла, улица Веры Хоружей превратилась в каток. Ни один начальник транспортного участка по такой погоде грузовую машину не выпустил бы, ДТП практически гарантировано. Леонид и Алексей честно разделили 100 грамм пополам под плавленый сырок, опер потопал на троллейбус, чтоб вернуться домой, Ловкнис с Вороновым поехали в гостиницу. Айварс вёл машину с величайшей осторожностью, о том, чтоб посыпать улицы песком с солью, здесь пока никто не догадался.

Переменчивая и очень недружелюбная погода толкнула Леонида на следующий шаг. Он вышел из «волги», не доезжая гостиницы, и отправился к почтовому отделению на правой стороне Партизанского проспекта, поминутно поскальзываясь на предательски блестевшем асфальте. На почте скормил 15 копеек автомату междугородней связи и набрал калининский номер. На этот раз трубку подняла Лена. Голос был радостный, и до чёртиков не хотелось её обламывать. Но — надо.

Он сказал, что был срочно отправлен в командировку в Белоруссию, после чего, скорее всего, их прямо из Минска перебросят в Узбекистан не менее чем на три месяца. Встречаться с девушкой и, тем более, что-то ей обещать, а также просить ждать, очевидно, он не имеет права. В общем, спасибо за всё, ты — лучшая в мире, но служба и судьба не велят быть вместе, прощай. И повесил трубку, ощущая себя последним гадом, ровно так, как его охарактеризовал Айварс. Но лучше рубануть с плеча, чем затягивая до бесконечности. И дело не в Лейле. Милая студентка из областного центра ему была симпатична, но не более. Воспользовался её расположением? Да. Но девушке самой был полезен этот роман, а мучить её, доводить до черты, чтоб первой сказала «прощай», куда менее гуманно.

Второй пятнашки не нашлось. Пока разменял рубль, часы показали начало седьмого. Лейлы точно на работе уже нет, и разговором с ней не смыть неприятное послевкусие от разрыва с Еленой.

В гостинице собрались все, Карапетяну прибыло пополнение из двух человек. Ничего интересного за день УБХССники не добыли. На других заводах Минска оборудование, содержащее драгметаллы, всё же разбирали, чтоб отдельные элементы отправить на аффинаж, если нарушения и встречались, то далеко не столь наглые, как на заводе ЭВМ. Поэтому предприятие, пестрящее лозунгами «Тебе, Родина, наш ударный труд», стало объектом №1 для наблюдения, а следующий день принёс плоды, отчасти — неожиданные.

Буквально через час после того, как газовский самосвал опорожнил кузов, сбросив как хлам оборудование, ещё лет 6–8 назад стоившее десятки тысяч, если не сотни тысяч рублей, на свалку приехал тентованный ЗИЛ-131 армейского цвета хаки. Вот тут началось самое интересное.

— Чтоб глаза мои лопнули… Это зэки! — воскликнул Карапетян, Громов едва ли не силой вырвал у того бинокль.

Леониду с Айварсом бинокля пока не досталось, напрягали зрение как могли, припарковавшись в четырёх сотнях от места упокоения очередной ЭВМ. Наконец, полковник смилостивился и тоже им дал посмотреть.

Из кабины с водительской стороны вылез военный в шинели и шапке-ушанке, с противоположной стороны показался офицер. А из кузова, откинув задний борт, ссыпались четверо в одинаковых чёрных телогрейках и чёрных шапках. Они уложили доски типа сходней и начали по ним затаскивать блоки ЭВМ в кузов — двое тянули за верёвку вверх, вторая пара толкала снизу. Тем самым четвёрка осуждённых заменяла гидравлический погрузчик.

— Хватаем их? — возбуждённо предложил Айварс, поглядывая через запотевшее стекло на вторую «волгу», где ждали двое оперов Карапетяна. Итого за московскую команду 6 человек, пятеро с оружием, соотношение вполне в их пользу, но…

— А что мы им предъявим, Айварс-джан? — справедливо заметил Карапетян. — Имущество выброшенное, бесхозное. Мало ли зачем им понадобилось — для зэковской художественной самодеятельности, например.

— Какие-то нарушения сможем найти, — согласился Громов. — Например, кто и зачем выделил машину и уголовников на этот рейс. Вряд ли сбор металлолома входит в «исправление и перевоспитание» осуждённых. Но это — пыль. Аффинаж им не докажем. Зато присутствие группы оправдано. Офицер — в форме внутренних войск МВД. Наш клиент!

— Значит, наблюдаем, куда они едут. Аффинаж в столе не спрятать. Так, Сергей Михайлович? — предложил Леонид.

Громов кивнул.

— Конечно, хочется операцию провернуть быстро. Но не выйдет. Самвел, командуй своим. Поедем за ЗиЛом двумя машинами, одна уходит вперёд, ждёт, догоняет, меняемся. Ох, чему я, прокурор, учу оперативника?

— Век живи — век учись, — поскромничал Карапетян. — Именно вы выявили завод с расхитителями. Ваше оперативно-розыскное мероприятие называется «разведопрос», когда спрашиваешь одно, а выясняешь совсем другое. Может, вы и не учили теорию оперативно-розыскной деятельности, но сработали верно. Так что вы — прирождённый опер, Сергей Михайлович.

«Выяснилось позже, я с испугу разыграл классический дебют», — Леонид процитировал Высоцкого, но только про себя, не будучи уверенным, прозвучала ли уже песня «Честь шахматной короны» в этой реальности.

Пока они сидели и беседовали, а военные из внутренних войск курили, итого 8 человек пребывало в праздности, одна только четвёрка осуждённых вкалывала как ударники социалистического труда. Зэки набили блоками ЭВМ весь кузов, закинули обратно доски и с трудом уместились сами между грузом и задним бортом.

Ехали часа полтора — к Борисову и до поворота с указателем «Новосады».

— Айварс! Тормози. Не поворачивай за ними, — попросил Леонид с заднего сиденья, когда ЗиЛ свернул направо с дороги на Москву. — Я там не был, но знаю — в Новосадах расположена колония строго режима. Наверно, самая суровая в Белоруссии. Больше им некуда ехать. Не будем привлекать пока внимания.

Латыш исполнительно притормозил, сзади остановилась «волга» УБХСС.

— Тут хорошо надо подумать. ИТУ — это целая крепость с вооружённой охраной, — прикинул Громов. — Охрана подчиняется «хозяину», то есть начальнику исправительно-трудового учреждения. Они имеют право не пустить нас внутрь без соответствующего предписания, даже на моё постановление об обыске не обратят внимания. В тюрьме свои правила. Так что на штурм с набега не пойдём.

Айварс тем временем вытащил из бардачка атлас.

— Смотрите. Новосады — это посёлок. Поехали не в колонию, а туда, в центр. Поговорим с местными жителями. Я слышал, что при выделении золота вонища стоит запредельная. Узнаем…

— При всём уважении, Айварс Раймондович, — возразил Самвел. — Но ты второй раз за сегодня предлагаешь глупость. В маленьком посёлке, где расположена колония, жизнь крутится вокруг неё. Заговоришь с продавщицей в сельмаге, а