Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

  С каждым боем у сиракузян возрастала уверенность в себе, а у афинян падала. Все это привело к полному поражению противника и пленение основных сил афинян во главе с Никием. Взяв на вооружение эту тактику, Агафокл решил провести вылазку сразу в нескольких местах осады, но этим планам помешал приход к стенам города войска Птоломея.

  Получив под свое начало конницу, Эвмен смог взять под свой контроль все пространство вокруг Сиракуз и когда греки предприняли две вылазки одновременно, быстрыми рейдами кавалерии разгромил их отряды. Когда на следующий день Агафокл попытался повторить этот маневр, результат оказался прежним.

  У македонцев также имелась своя, хорошо отлаженная система оповещения и при помощи легкой кавалерии, вылазки осажденных были отбиты. В сложившейся ситуации, единственным разумным шагом было большое сражение, но Агафокл не стал это делать. Все указывало на то, что противник получил подкрепление и в случае неудачного исхода, Агафокл мог лишиться большей части своего войска. После этого, штурм Сиракуз не представлял бы для македонцев большой трудности.

  По этой причине тиран Сиракуз решил отказаться от дневных вылазок, полностью сосредоточив свое внимание на ночных атаках. Зная, что у противника нет непрерывной линии осадных укреплений, Агафокл выяснить, где находится ставка Эвмена и под покровом ночи атаковать её. Шаг был рискованный, но в случае удачи мог заставить македонцев, если не снять осаду города, то вынуждал перейти к пассивному сидению. Армия, лишившись командующего, или разбегается или надолго исключается из активных действий – гласит старая мудрость и любой её вариант устраивал Агафокла. Временно лишившись поддержки карфагенян, он надеялся на помощь свободных городов «Великой Греции» в борьбе с иноземными захватчиками.

  Вернув Эвмену войска, Птоломей торопил кардийца со штурмом Сиракуз, но тот упрямо не желал этого делать, любезно предложив стратегу лично возглавить штурм, в исходе которого он сильно сомневается.

  Неизвестно когда и чем закончилась бы оживленная дискуссия между царскими стратегами, но судьба улыбнулась Эвмену. Один из солдат, находясь в секрете в районе Гексапил, сделал интересное открытие. Внимательно разглядывая участок стены, он сосчитал число рядов каменной кладки, прикинул в уме высоту каждого камня и понял, что стена в этом месте гораздо ниже, чем казалось раньше. Продолжив свои изыскания, он сравнил полученную им высоту с высотой самой длинной штурмовой лестницы и выяснил, что она свободно достанет до гребня стены.

  Узнав об этом открытии, Эвмен приказал тщательно готовиться к возможному штурму в самое ближайшее время. От перебежчиков он  узнал, что в городе собираются отметить празднество в честь богини Артемиды, которое согласно обычаям предстояло справлять целых три дня. Зная, также, что со съестными припасами в осажденном городе туго, а вина много, Эвмен решил напасть на Сиракузы именно в этот момент.

  Подготовив отряды из лучших воинов с самыми длинными штурмовыми лестницами, стратег с нетерпением стал ждать ночи. Время было уже за полночь, когда Эвмен отдал приказ идти на штурм. По подсчетам стратега пировавшие горожане уже должны были основательно захмелеть и не смогли бы оказать должного сопротивления.

  Около пятисот человек, крадучись в полной тишине с лестницами наперевес подошли к выбранному Эвменом месту. Глазомер солдата наблюдателя не подвел стратега, и штурмовые лестницы точно легки на, казалось бы неприступную стену. Без суматохи и шума солдаты поднялись по лестнице и перемахнув через гребень, двинулись к Гексапилам.

  Нигде не было ни души – караульные беспробудно пьянствовали в башнях и были совершенно не готовы дать отпор врагу. Перебив застигнутых врасплох стражников в районе ворот, солдаты подали знак огнем к началу всеобщей атаки.

  Сразу же  остальные штурмовые отряды бросились на стены, взбираясь на них совершенно свободно. Не мешкая, македонцы принялись выламывать ворота Гексапила, после чего стройными рядами ворвались в Эпиолы, северо-западный квартал Сиракуз. Здесь они совершено, открыто принялись избивать стражу и подвыпивших горожан. Началась паника, которая постепенно охватывала все большую и большую территорию квартала, но не распространилась на остальной город.

  Агафокл узнал о пришествии только под утро, когда протрезвевшие караульные, путая правду с ложью, донести до него страшные вести о появления македонцев в городе. Основываясь на их докладах, тиран посчитал, что  это только небольшие силы врага, сумевшие просочиться в город по вине караульных, и их можно будет легко выбить обратно. Поэтому, собрав небольшой отряд, он ринулся в Эпиолы горя желанием восстановить былое положение.

  Подобная небрежность сыграла трагическую роль в его судьбе. Продвигаясь к Гексапилу, Агафокл налетел на стоящую в засаде македонскую заставу, которая забросала его копьями и дротиками, завидев богатые доспехи скакавшего впереди всех всадника.   

  Один из дротиков врага попал Агафоклу в шею и перебил сонную артерию. Тиран отчаянно пытался зажать рану ракой, но ничего не помогло и от потери крови, Агафокл скончался через несколько минут. Так бесславно закончил свою земную  жизнь человек, который вполне мог бы стать повелителем всей Сицилии.

  За тело павшего сразу же началось настоящее сражение, в котором с обеих сторон подходили все новые и новые подкрепления. Всадники и солдаты яростно бились друг с другом, словно хотели воздать своей силой и храбростью последние почести погибшему Агафоклу. В конце концов, победа осталась за греками, которые, выставив шеренгу копий и щитов, сумели подхватить труп тирана за ногу и вытащили его прочь из центра сражения.

  Увидев гибель своего правителя, жители квартала сразу же в страхе разбежались по своим домам, опасаясь погромов и резни со стороны македонцев. Через несколько часов после случившегося, к Эвмену прибыла делегация Эпиол с просьбой не чинить насилие над мирными жителями. Стратег велел всем сидеть по домам, и ни под каким видом не участвовать в сражениях. Получив гарантии, жители быстро разбежались и до самого конца не помышляли о сопротивлении. 

  Не желая дать врагу шанса опомниться и стремясь избежать возможного удара в спину, Эвмен приказал солдатам продвигаться к кварталам Тихо и Неаполь и блокировать важный опорный пункт Эвриал стоявший на самом краю Эпиол. Подойдя к стенам крепости, македонцы предложили гарнизону капитулировать с сохранением жизни. В крепости сидел небольшой гарнизон во главе с комендантом Эпикидом, которого на этот пост, поставил сам Агафокл. Еще не зная достоверно о гибели тирана, Эвмен постарался склонить грека к сдаче различными посулами, но неудачно.

  Эпикид гордо отверг предложение о сдаче и даже попытался сделать вылазку. Вышедшие