Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

Кратер в Лукании тоже действовал успешно. Навязав луканцам выгодное ему условие мира, он проводил успешные рейды своего войска по всей области, в поисках нужных ему людей. А преследовал он их не только в Лукании, но и за ее пределами со всей рьяностью и настойчивостью. И так он этим увлекся, что сгоряча занял, совершено чужой город Метапонт, несмотря на резкие протесты его жителей.

  От былого внимания и учтивости к свободным гражданам Великой Греции, у македонского стратега в раз ничего не осталось. Собрав возмущенных жителей города и потрясая жезлом власти, стратег объявил, что отныне они все подданные македонского царя. А кто не согласен быть поданным великого монарха может покинуть город со всем своим скарбом. Правда он забыл сказать, что при этом стража на воротах могла пограбить выезжающего, но это право пустяки, когда вершиться история.

  Тарент высказал резкое несогласие с действиями Кратера и направил послов к царю Александру с требованием наказать зарвавшегося стратега и очистить вольный город от иноземного гарнизона. Так в ожидании ответа  прошла долгая зима и наступила весна, которая в лице специального царского посланника Птоломея принесла новости. 

  Македонец известил благородное собрание свободных граждан, что некогда великого Карфагена пал под ударами армии Александра, а так же просьбу македонского царя к тарентийцам, который просил не спешить в решении столь важного вопроса и отложить его рассмотрение до самоличного визита монарха. От такой тонкой наглости весь совет Тарента пришел в ярость и поспешил объявить царю Александру войну, несмотря на полученные известия. На собрании раздавались голоса о необходимости захватить в заложники посла Птоломея, но это решение с гневом было отвергнуто большинством, ведь Тарентом управляла демократия.

  Как показало время, этот жест был совершенно напрасным, ибо уже через пять дней, у ворот города стояло мощное македонское войско во главе с Кратером и Птоломеем. Вышедшему на битву войску, македонцы в полной мере продемонстрировали свою силу и умение бить врага. Вступив в схватку с фалангой, греческие гоплиты сполна оценили на себе силу удара и длину знаменитых сарис, меткость пельтеков и с удивлением обнаружили у себя в тылу вражескую конницу, которая опрокинув кавалерию тарентийцев, ударила в тыл.

  Греки моментально сломали строй и бросились бежать, яростно отбиваясь от висящих, на их плечах македонских кавалеристов. Был большой соблазн, что они смогут ворваться в город вместе с беглецами, но этого не случилось. Караульные заранее заприметили врага, закрыли ворота и ударили по македонцам из всех самострелов и баллист. От  этого, вражеская конница понесла наиболее ощутимый урон, чем за всю битву. Отойдя от стен, они позволили недобитым гоплитам войти в город. Началась осада.

  Тарентийцы зорко наблюдали со своих стен за поведением врага, утешая себя тем, что у неприятеля нет осадных машин и поэтому штурма можно не бояться. Пользуясь отсутствием морской блокады, греки отправили свои посольства с просьбой о помощи во все свободные греческие города, италикам, этрускам и римлянам. Хитрые купцы были согласны на любые условия, лишь бы была оказана военная помощь. 

  Но не дремал и Птоломей. Оставив Кратера осаждать тарентийские стены, он вновь окунулся в дипломатические переговоры с многочисленными племенами, населяющими юг Италии. Всем им он предлагал выгодный союз городов по типу сицилийского или греческого, под эгидой македонского царя. Этим он сводил, на нет все просьбы Тарента и его ухищрения найти себе нового заступника.

  Пока Птоломей ораторствовал, Кратер с тоской глядел на стены Тарента. Он действительно не мог штурмовать городские стены, так как, не имел осадных машин. Но как это часто бывает, не сила покорила Тарент, а его сгубила измена, поселившаяся в сердцах его некоторых граждан.

  Один из жителей города Филон, человек очень высокого о себе мнения, но которого не оценили в полной мере власти города, решил, что пришел его звездный час прейти на сторону Александра. И не просто перейти, а преподнести ему сам город. Уговорив караульного, он под видом ночной охоты, сумел покинуть город и отправился напрямую в лагерь македонцев.

  Там он обратился к Кратеру, который с восторгом принял его. Быстро сойдясь в цене, они ударили по рукам и Филон, со счастливой душой отправился обратно. Для того, что бы, никто не заподозрил молодого человека, Кратер приказал дать Филону большого оленя, недавно убитого на охоте. Богатая  добыча поразила сторожей, особенно когда охотник согласился отдать им часть своей добычи.

  С тех пор Филон пристрастился к охоте. Очень часто стал он уходить в ночь и почти всегда приносил добычу, которой честно делился с караульными. Доверие стражи к удачливому охотнику было очень высоким, и они открывали калитку по первому его свисту. Македонцы в это время стояли в одном дне пути от города и не  предпринимали активных действий, что бы  греки ничего не заподозрили.

  Получив весть о полной готовности Филона, Кратер выделил семь тысяч человек воинов, которые затемно вышли из лагеря, убивая всех на своем пути, что бы сохранить тайну своего выхода. Засветло они дошли до укромного места, где затаились. В это же время по всем полям и окрестностям города начали двигаться скифы, создавая своими действиями, что орудуют мародеры или грабители. Это отвлекло внимание осажденных, думающих, что Кратер далеко.

  С наступлением темноты македонцы приблизились к Таренту. Проводником шел сам Филон вместе с носильщиками, которые несли тушу кабана. По условному свисту Филона, караульный открыл калитку и впустил охотников с их добычей. Пораженный видом огромной туши, он склонился над кабаном, уже мысленно деля его на части, при этом, совершенно не обращая внимания на стоящих рядом с ним людей. 

  Воспользовавшись этим, Филон в одно мгновение пронзил его тело своей рогатиной. В тот же момент ворвались двадцать воинов, которые перебили остальную стражу, взломали ближайшие ворота и впустили остальных.

  Как только ворота открылись, Кратер ввел свою пехоту, которой было приказано идти на рыночную площадь. В полной тишине продвигался отряд через спящий город. Возле рыночной площади стояла казарма, окружив которую, македонцы начали избиение спящих солдат и горожан. В один миг город проснулся от крика, и звона метала. Жители в страхе выбегали на улицы и попадали под македонские мечи и копья. С криками и стонами они вновь убегали домой,  в ужасе не смея более выйти на улицу снова.   

  Гоплиты, застигнутые врасплох в своей казарме, не смогли оказать должного сопротивления. Ничего, не поняв со сна, многие  из них были убиты, другие