Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

клубов пыли вырвались кампанские всадники, на всех  парах уносящиеся от македонцев  их преследовавших. Катафракты прорвали строй противника и теперь свободно обходили фалангу для удара сзади. Спасая положение, стратег бросил им навстречу свой конный резерв, который должен был задержать их. Вновь схватились в отчаянной схватке кавалеристы, которые сразу окутались клубами пыли. Однако это уже не спасло положение кампанцев. Македонские гоплиты прорвали строй греков и теперь гнали их перед собой, разбивая мелкие отряды врага поодиночке.

  Каликрат мгновенно вспрыгнул в седло и первым ударился в бегство, оставив все кампанское ополчение на произвол судьбы. Вскоре к сарисофорам присоединилась скифская кавалерия, которая принялась безжалостно преследовать неуклюжих гоплитов на своих маленьких, но очень выносливых конях. По мере продвижения преследования, скифы приняли в свой круг, катафрактов и кавалерию Гегелоха, успешно разогнавших своих противников.

  Победа было полной, десять тысяч кампанцев осталось лежать на земле, тогда как македонцы потеряли всего около полутора тысяч. Упоенный победой, Кратер не стал преследовать побежденных врагов, решив проявить к ним милость. Подойдя к Ноле, он дал день на размышление горожанам, после чего приказал готовиться к штурму города. И уж здесь македонцы показали, на что способны их инженерные части.

  Забросав защитников стен камнями и стрелами из баллист и катапульт, гоплиты пошли на штурм стен. Нола пала с первой атаки. Доставив к городским стенам лестницы, воины начали ловко взбираться по ним под прикрытием стрелков. Битва на стенах была недолгой и вскоре гоплиты, перебив защитников, уже ломали ворота обреченного города. Расправа была короткой. Озверелые от сопротивления солдаты, перебили почти всех мужчин и полностью разорили Нолу.

  Конечно, столь небольшой город Кратеру не был очень, нужен и его можно было долго держать в осаде в расчете на голод. Однако стратег торопился завершить дело в Кампании, и Нола была необходима ему как пример расправы с непокорными греками. Двойная победа сделала свое дело. Напуганные кампанцы выразили свое согласились заключить союз с македонским царем. Не теряя времени, македонский стратег подошел к Неаполю и ввел в него свой гарнизон. Прибывший вскоре Птоломей, сразу заставил подписать горожан договор о признании власти царя Александра над Неаполем, гарантируя в обмен на это, защиту и целостность всех владений горожан.

  После этого, уже никто из кампанцев не противился уговорам Птоломея. Аналогичные договоры подписали Кумы и Капуя, сохранив при этом свои внутренние вольности. Ободренный успехом, Кратер ждал прибытие царя, что бы сложить к его ногам свой жезл власти.

  Тем временем пока царские войска шли ускоренным маршем в Кампанию, Неарх прибыл в Таренту. Его основной задачей было полное занятие тарентского порта. Дело было в том, что выход из гавани запирала маленькая крепость, в которой укрылись остатки греческого гарнизона, сумевшие избежать резни македонцев при взятии города. В самом Таренте, Кратер оставил гарнизон, состоящий из эпиротов, посчитав, что в этом случаи от них будет больше толку в этом походе.

  Флотоводец сразу оценил трудности штурма тарентийской крепости. С трех сторон ее защищало море и высокие прибрежные утесы, а с четвертой, со стороны города - стена и широкий ров. Любая попытка взять ее штурмом, обернулось бы большими потерями в рядах атакующих. К тому же осажденные очень часто проводили ночные вылазки, что очень тревожило македонский гарнизон и подавало надежды горожанам на возвращение утраченной свободы. С каждой успешной вылазкой эта надежда крепла и хирела при неудачной. Для окончательного македонского спокойствия в Таренте, крепость следовало брать как можно скорее, пока в одну прекрасную ночь горожане не подняли бы бунт.

  Будучи моряком, критянин ничего не смыслил в сухопутной осаде. Поэтому Неарх решил прибегнуть к самому радикальному способу. Заранее известив командира эпиротов, он подвел к крепости несколько пентер оснащенных огненными баллистами и начал методичный обстрел. Стоя вне зоны поражения тарентийцев, корабли безнаказанно обрушивали свой смертоносный груз на головы засевших в крепости воинов.

  От адской смеси горело все, на что попадали брызги из разорвавшегося от удара глиняного горшка. Когда огонь достиг своего максимума горения, с противоположной стороны, на штурм бросились эпироты. Быстро достигнув стен крепости, они попытались взойти на них, но были встречены стрелами и камнями защитников которые, спасаясь от огня, собрались на не простреливаемом участке стены.

  Не выдержав яростного отпора, эпироты отступили с узкой полоски земли ведущей к крепости. Неарх быстро изменил позицию и, подойдя вплотную к берегу, моряки начали обстрел стен из всех видов оружия. Прикрываясь щитами от ответного огня, они мужественно посылали свои снаряды и стрелы на головы защитников крепости. 

  Обрадованный столь быстрой и сильной поддержкой, командир эпиротов вновь построил солдат и погнал на штурм. Завидев приближающихся к стенам гоплитов, моряки  быстро перенесли огонь внутрь крепости. Штурмующие, на этот раз не встретили особого сопротивления и смогли взойти на гребень стены. Греки отчаянно отбивались, но эпироты быстро одолели их и ворвались внутрь крепости. Один за другим с громкими криками сбегали они со стен вниз, чтобы полностью подавить последние силы вольного греческого города Тарента. 

  Оказав атакующим воинам существенную поддержку, флот отошел, чтобы со стороны наблюдать последний акт этой трагедии. Эпироты открыли ворота крепости и впустили своих товарищей. Прорываясь сквозь клубы дыма и огня, солдаты искали противника, находили, убивали, гибли сами и вновь двигались дальше. Часть уцелевших пыталась бежать через ров, но попали в засаду лучников и были поголовно перебиты, прежде чем смогли выбраться на волю. Другие заперлись в главной башне, и все заживо сгорели и задохнулись от дыма костра, который разложили солдаты у дверей строения. Тела погибших, было разрешено забрать только на третий день, после того как погасили все пожары и крохотный клочок Тарента был полностью очищен от его защитников.

Так наступил конец свободы в Великой Греции на пятнадцатый од правления Александра Великого царя Македонии.

                Глава XI. Неудачное союзничество.

                В ожидании прибытия Александра в Кампанию, Кратер находился в приподнятом настроении. Из всех царских стратегов только он и Эвмен получили из рук царя жезлы власти, и было доверено самостоятельно вести войну на очень важном направлении. Молодой македонец с блеском оправдал оказанное ему Александром доверие и теперь по праву ожидал проявления к себе благосклонности со стороны монарха. Однако вместо гонцов с радостным известием о приближавшемся царе, к нему явился вестник от самнитов. Новые союзники извещали Кратера, что подверглись нападению со стороны римлян и просили срочной помощи в