Фантастика 2026-86 - Женя Юркина

Скрытый утренним туманом, Пернатый дом взмыл над городом и направился на северо-восток. Сверившись с картой, Илайн скорректировала маршрут.

– Твой выход, Фе, – сказала она с ухмылкой. – Покажи этим заносчивым домографам, как нужно искать безлюдей.

Дарт с интересом наблюдал, не представляя, что будет происходить дальше.

Офелия была напряжена и стояла у окна, вцепившись в поручень так крепко, что костяшки пальцев побелели. На ее лице вдруг проступили взрослые черты: появилась в них острота, строгость и усталость. Дарта одолевал десяток вопросов, но задать их он не решался, чтобы не мешать работе, пусть и суть ее казалась ему непостижимой. Постепенно то, что поначалу было для него бесполезным созерцанием пейзажа, простирающимся внизу, словно огромная карта, захватило его. Он тоже прилип к окну, глядя, как меняется ландшафт. Каменный город мельчал и редел, а в образовавшихся проталинах проступали поля и долины, пронизанные венами рек. Домов становилось все меньше, и первый безлюдь они засекли нескоро.

– Видели?! – воскликнула Офелия. – Он откликается!

Дарт проследил за направлением ее взгляда и тоже заметил столб дыма, вырывавшийся из трубы одинокого дома, стоящего посреди пустоши. Дым не поднимался над трубой, как обычно, плавно и тягуче, а ритмично выталкивался плотным облаком, словно табачный дым изо рта курильщика.

– Мы приземляемся? – спросил Риз, стоящий за панелью управления.

– Да, проверим первую находку.

Пернатый дом стал терять высоту. Это было похоже на фантомное чувство падения в момент, когда тело погружается в сон, что неприятно напомнило Дарту действие сонной одури.

Обнаруженный безлюдь оказался всего лишь брошенной хижиной, где обосновались сборщики моллюсков. Неподалеку текла река, и все многочисленное семейство было задействовано в промысле. Они как раз вернулись с «охоты» и перебирали добычу. Летающий дом, едва ли не свалившийся с неба, напугал их. Детвора бросилась врассыпную, опрокинув ведра, полные моллюсков, и попряталась кто где.

Глава семейства – коренастый бородач с обветренным лицом – встретил незнакомцев с дубиной наготове. Ризу, постигшему искусство переговоров, пришлось объяснять, что нет причин для беспокойств. Достаточно было увидеть их быт, чтобы понять: это вовсе не тот безлюдь, что был им нужен. И все же они проверили хижину, что не заняло у них много времени. Пара комнат, заставленных кроватями, не представляли особого интереса, и сам безлюдь оказался тихим, безобидным отшельником, который заняли такие же жители.

Первый промах не сломил Офелию, а лишь распалил ее старания. Следующего безлюдя она нашла через несколько минут полета. Этот оказался куда смелее и отозвался сам – крыша ощетинилась сколотой черепицей.

Когда они приземлились и подошли к дому, то увидели на крыльце лютена, что можно было понять по глазам – нечеловечески желтым и зорким глазам хищной птицы. Почувствовав волнение безлюдя, он вышел проверить, в чем дело, и, воспользовавшись своей силой, быстро вычислил в небе Пернатый дом, почти собрата, поэтому ничуть не удивился их появлению.

– Как приятно встретить людей из своей стаи! – с театральной торжественностью приветствовал он и, перегнувшись через перила, протянул руку Ризу, подошедшему первым. – Падальщик. Так меня здесь зовут.

– Мародер? – помрачнев, спросил он, отнимая руку.

– Обижаешь, – хмыкнул лютен. – Тут скотобойня неподалеку. Иногда работаю там. За еду. – Он криво усмехнулся, словно потешаясь над своим тощим телом, изобличающим, что рабочие дни случались в его жизни нечасто. – Ну еще из-за этого. – Лютен моргнул, и его глаза снова стали желтыми. – Да и безлюдь у меня не из простых.

– Можно взглянуть? – спросил Дарт, пожимая сухую костлявую ладонь.

Лицо Падальщика вмиг стало серьезным. Брови хмуро сползли к переносице.

– Я никого к нему не пускаю. Тем более после того, что он пережил.

– А что произошло?

– Нападение. Как раз в тот день, когда я работал, – ответил Падальщик. – Не знаю, кому нужно было осквернять хартрум. Но мы везучие, а потому оба выжили в этой передряге.

– И пострадала стена… – задумчиво проговорил Риз.

– Откуда знаешь? – Падальщик бросил на него подозрительный взгляд. – Я никому не сообщал. До нас тут никому дела нет, так что властям все равно, если мы оба тут сдохнем.

– Вы не служите Протоколу?

– Я не из этих, не из городских рабов, которые под дудку домографа пляшут. Свободный лютен свободного безлюдя, так‑то, – с гордостью заявил Падальщик. – Я здесь просто живу. Помогаю ему, а он помогает мне. – Он похлопал по деревянным перилам лестницы, словно друга по плечу. Потом зыркнул на Риза хищно, осуждающе и сказал: – Ты не ответил. Откуда знаешь про хартрум?

– Это не первый подобный случай в округе. И мы ищем того, кто это делает.

– Ну ищите дальше, – небрежно сказал Падальщик, не впечатлившись. – Ничем помочь не можем. Безлюдь говорит, что спал, когда на него напали. И от боли ничего не запомнил.

Дарт заметил, как Риз и Илайн переглянулись. Им повезло отыскать безлюдя, не только пережившего нападение, но и способного разговаривать.

– Можно к нему? – спросил Риз и уточнил: – Это важно.

– Он вам все равно ничего не скажет.

– На что поспорим? – хмыкнула Илайн, поднимаясь по лестнице. Она, в отличие от них, не собиралась ждать дозволения.

Глаза Падальщика хищно блеснули.

– Да хотя бы на твой поцелуй, милашка.

Риз многозначительно кашлянул, но его вмешательство не потребовалась. Илайн могла постоять за себя сама.

– Проиграешь – съешь кусок мыла.

Не сомневаясь в своих силах, она толкнула дверь и едва не врезалась в нее носом. Безлюдь оказался заперт.

– Уже проблемы? – осклабился Падальщик.

Илайн невозмутимо вытащила из петельки в рукаве склянку и плеснула ее содержимое на замок. Жидкость зашипела, превращаясь в облачко пара. Мгновение спустя замок щелкнул, и дверь поддалась легкому толчку. С гордым видом Илайн переступила порог, а Падальщик в недоумении застыл на крыльце.

– Да кто вы, мать вашу, такие?! – воскликнул он.

– Городские домографы, – ответил Дарт, поднимаясь по лестнице.

Когда они все ввалились в дом – такой же темный и невзрачный, как и снаружи, Илайн уже добралась до хартрума и истратила несколько микстур. Стекло от разбитых склянок хрустело под ногами. Зато теперь безлюдь не противился их вторжению.

– Ты про эту стену говорил? – спросила она, стоя перед нишей со следами от гвоздей.

– Да. Раньше здесь было что‑то вроде шкафа. Или склепа. Его по-разному использовали.

– Склепа? – переспросила Илайн, изогнув бровь.

– У моего безлюдя увлекательная история. – Падальщик подошел к ней и, движимый желанием удержать ее внимание, охотно начал рассказывать: – Когда‑то здесь поселился трудяга. Работал на местной скотобойне. Тихий и спокойный с виду, но вспыльчивый был до ужаса. Только тронь. Ну